Мартин Гал - Дверь Кафки стр 2.

Жестокое испытание предстояло Кафке. И когда в середине января 1922 года Макс Брод принес ему официальное приглашение из Клуба, Кафка отнесся к этому с полным равнодушием. Он сказал, что ему незачем носить куда-то свои произведения, а тем более читать их вслух. «Это не может улучшить или как-то изменить текст моих книг. Во всяком случае,  говорил Кафка,  это дело хлопотное и совершенно лишнее. Если мои книги чего-то стоят, то их рано или поздно оценят по достоинству, но если они несовершенны, то никакой временный восторг двух сотен читателей не может им помочь». Со всем присущим ему хладнокровием Кафка отказался от приглашения «Клуба Читателей».

Макс Брод знал характер Кафки и помнил, что на него нельзя давить. Кафке не прикажешь, но его можно попытаться переубедить, нужно лишь время и другие аргументы. Несколько дней спустя Брод снова встретился с Кафкой. Он начал издалека по заранее продуманному плану. Предложил Кафке новый вариант, для которого не требовалось никаких усилий. Брод был готов сам прочитать произведения Кафки, если тот даст ему разрешение на это. Кафка обещал подумать. Теперь он не отказывался, и у Макса Брода появилась надежда. Он знал, что Кафка никогда не согласится доверить ему чтение своих текстов. Причина этого проста: у Брода были проблемы с произношением. Но отказать своему другу по этой причине Кафка, в силу своей воспитанности, не мог, следовательно, подобным предложением Брод ставил Кафку в тупик. Расчет оказался верным: на следующий день Кафка отправил Максу Броду записку, в которой уведомлял, что уже нет надобности читать вместо него его тексты, потому что он изменил свое предыдущее решение и готов посетить «Клуб Читателей» в указанное в приглашении время. Об этом событии 22 января 1922 года Кафка в своем Дневнике написал так: «Решение, принятое ночью».

Мечта Макса Брода осуществилась. Будущий триумф Кафки был для него делом решенным. Он не сомневался, что «Клуб читателей» вынесет книгам Кафки оправдательный приговор. Другого решения Макс Брод себе не представлял. Успех Кафки на этом читательском суде сулил известность и славу. И если Кафка как человек был равнодушен к успеху, то Кафка-писатель нуждался в читателях. Ибо что такое писатель без читателя? Это, так сказать, недоразумение, сумасшествие, своего рода несчастный случай нечто, даже не существующее. А книга, которую никто не читает, собственно говоря, она ведь и не написана.

Читательский суд над творениями Кафки был назначен на десять часов утра 20 февраля 1922 года. У Кафки оставалось четыре недели для окончательной подготовки своих текстов к этому событию. Он внимательно прочел все свои произведения и распределил их на три части: одну составили уже «готовые» произведения, не нуждающиеся в правке, в другую были включены тексты, требующие окончательной редакции, третью же часть составили работы, исправлять которые не было никакого смысла их было больше всего Кафка считал их слабыми и неудачными. Эту группу произведений Кафка даже не собирался брать с собой. Его усилия сосредоточились на текстах, которые нуждались в окончательной правке. Три недели Кафка напряженно работал: правил старые и новые рукописи. Измученный бессонницей и кровохарканьем, Кафка временами уже не понимал, что с ним происходит. Напряжение достигло предела в последнюю неделю. Кафка переутомился и смотрел на свои рукописи с настоящей ненавистью. Он вложил в них все свои силы и теперь ощущал жуткую опустошенность. Кафка твердо решил, что последние два дня он будет отдыхать и не притронется к рукописям.

В первый день, отведенный отдыху, он хорошо выспался, затем выехал за город и целый день гулял в лесу. На следующий день Кафка катался на лошади, затем играл в бильярд, а вечером осчастливил неожиданным приходом свою любовницу, у которой, уставший от любовных утех, остался на ночь. Утром, свежий и отдохнувший, он вернулся к себе домой, взял портфель, наполненный рукописями, и направился по адресу пражского «Клуба Читателей».

Как человек пунктуальный Кафка пришел чуть раньше установленного часа. Было без семи десять. Он осмотрел дом, который имел овальную форму и три этажа. На уровне второго этажа висела огромная вывеска: КЛУБ ЧИТАТЕЛЕЙ. Буквы были из дерева и окрашены в темно-коричневый цвет. Все окна первого этажа наглухо закрыты. Входная дверь металлическая, состоящая из двух половин-створок, которые плотно прилегали друг к другу. Кафка решил, что дверь закрыта и стал прогуливаться вдоль здания. Он смотрел по сторонам и почему-то совсем не думал о предстоящем. Ему мыслилось легко и свободно. Он вспомнил тело своей любовницы, которое было таким податливым ночью, снова и снова проживал в памяти приятные мгновения, проведенные с ней. Картины прошедшей ночи целиком завладели им. Кафка шел вперед, а когда остановился, то увидел, что слишком далеко отошел от здания Клуба. Он взглянул на часы было без двух минут десять. Из страха опоздать Кафка побежал по направлению к зданию. Дважды останавливался, чтобы отдышаться, а затем снова бежал. И он не опоздал. Ровно в десять часов утра 20 февраля 1922 года Кафка стоял у двери. Металлические створки прилегали плотно. Кафка сразу понял, что дверь закрыта. Возможно, он опоздал, и дверь уже не откроют, или ее еще не открывали и в скором времени откроют, либо она закрыта для него и ее не откроют ему никогда. Как бы там ни было, но Кафка решил подождать. Он отошел от двери и поначалу просто стоял на месте. Затем стал ходить под окнами, всматриваясь в них. Вдруг ему показалось, что он слышит какой-то шорох за окном, но звук больше не повторился, и Кафка продолжил бесцельно бродить. Потом он вернулся к двери и внимательно осмотрел ее со всех сторон. Она была закрыта очень плотно. Железные створки двери, по всей видимости, закрывались специальным внутренним механизмом. Отверстия для ключа снаружи не было, и Кафка пришел к выводу, что дверь открывается только изнутри. Снаружи торчала только ручка. Кафка постоял возле двери, а затем повернулся к ней спиной и условился сам с собой, что если двери через двадцать минут не откроют, то он уйдет и больше сюда никогда не вернется.