Прохладный кондишен приятно освежает. На лице девицы профессионально расцветает улыбка, ресницы идут вверх, за ними поднимаются глаза. Прозвучало «добрый день». Глаза девицы против воли крутнулись вниз, задерживаются на груди, мучительно медленно опускаются ниже и ниже, намертво заморозились в центре и Василий увидел сверху только прикрытые ресницами белки. Лицо безглазо смотрит на него! Рот полуоткрылся, голые колени шевельнулись, непроизвольно раздвигаясь«О Господи! пронеслось в голове, никак перебор! Надо сдать назад». Громко кашлянул в могучий кулак. Девица даже не дрогнула, только глаза закатились под лобик, потом вернулись в исходное положение и наконец сфокусировались на лице удивительного посетителя.
Да-а проблеяла девица. Интонация такая, что могла означать все, что угодно, начиная от «чего желаете» до «как изволите».
Я хочу начал Василий бархатным, с сексуальной хрипотцой, голосом и осекся (Боже, что говорю!) э-э я прочитал объявление о предоставлении индивидуальных туров по национальному парку. Хотел бы узнать условия и расценки. Василий замолк и перевел дух.
Девица, совсем было обалдевшая от «я хочу», огромным усилием воли возвращается в реальный мир. Громко сглотнула, колени схлопнулись, взгляд тускло осветился мыслью. Рука с кровавыми ногтями вытягивается Василий едва удержался, чтобы не отпрыгнуть пальцы сжимают рекламный проспект на краю стола. Хруст лощеной бумаги окончательно привел девицу в себя и она начала заученно рассказывать, что и как.
Минутку, мисс, вежливо прервал Василий, я слышал от знакомых, что можно попасть на экскурсию по осмотру частной коллекции. За хорошие деньги, разумеется, многозначительно закончил он.
У девицы заметно крутнулся счетчик в голове.
У меня тоже есть коллекция и есть, что предложить хозяину парка, вкрадчиво говорил Василий, с вашей помощью это легко сделать.
С этими словами достал пачку долларов, положил под руку девице. Рука метнулась с быстротой атакующей кобры, деньги исчезли. Из дальнейших расспросов выяснилось, что хозяин иногда бывает в ресторане (кстати, завтра вечером). Ресторан называется э-э (еще сотня), ах, да, как я забыла, «Виндзор», ну конечно! У них как раз какое-то мероприятие семейного характера и в такие моменты господин Андре бывает добр и отзывчив. Можно побеседовать о культуре, искусстве. Но это будет только завтра! «Так, задумался Василий, а сегодня, похоже, придется защитить честь Родины». Тут же предложил встретиться после работы и продолжить интересный разговор, можно в том же «Виндзоре». Девица опустила ресницы, демонстрируя мучительное колебание и сомнения (ах, я вас не знаю!), но взгляд предательски остановился на голубых джинсах и со словами «ну, я подумаю» она согласилась. По пути в отель Василий ни разу не поднял глаз от земли, но все равно чувствовал радостные взгляды женщин и раздраженные мужчин. «Хорошо, что солистом балета не работаю, а то бы совсем хана»! раздраженно думал он, почти вбегая в номер.
Проводить девицу из отеля на следующее утро не составило труда торопилась на работу. Зная, что это навсегда, Василий простился как можно нежнее и договорился созвониться. До вечера куча времени, надо обдумать церемонию знакомства. Андре осторожен и умен, фальшь раскусит сразу. Василий включил компьютер, занялся просмотром сайтов коллекционеров.
Портреты венценосных особ подозрительно провожали взглядом каждого вошедшего в «Виндзор», особенно этого русского с манерами дворянина в светлом костюме. Король Георг внимательно смотрел, как сел за стол, рука небрежно подхватила картонку меню. Одна только королева Виктория ободряюще подняла на мгновение уголки губ. Или это игра света от хрустальной люстры? Василий счел, что улыбнулась. Публика в зале сидит чинная, под стать обстановке. Официанты в камзолах и париках невозмутимо принимают заказы и растворяются в воздухе. Администратор величаво двигается по залу, словно герцог обходит владения. Прислуга от властного взгляда разлетается, как семена одуванчика порывами ветра и слетаются вновь по мановению длани. Секстет музыкантов приглушенно играет что-то «чисто английское» и меланхолическое, отчего хотелось немедленно отпустить бакенбарды и вкусить овсянки без масла. Подчиняясь обстановке, Василий напускает на себя строго-отрешенный вид, разглядывает портреты. Иногда, опуская глаза в зал, ловит себя на мысли, что неплохо бы вон того старичка с внешностью лорда хранителя печати сунуть постной рожей в суп, а тому толстячку с сигарой а ля Черчилль засунуть за шиворот смокинга горячий стейк, да еще по спине похлопать. «Что-то я шаловливый сегодня, озабоченно подумал Василий, наверно, к драке». Драка в планы не входила. Постарался отогнать ненужные мысли, стать серьезным. Время идет быстро, вот-вот появится Андре. Василий еще раз взглянул на портрет королевы Виктории Двери распахнулись!
Администратор склонился в церемонном поклоне господину Бибикоффу и супруге. Если на фотографии Андре Василий насмотрелся, то даму видел впервые. Одного возраста с Василием, даже моложе, ведь женщин не сразу разгадаешь, маленького роста, пропорционального сложения. Разрез больших глаз, густые черные волосы сразу напомнили Алику. Василий отвернулся. Опомнился, снова посмотрел. Крупные бриллианты в ушах, на шее сверкают на смуглой коже, свет хрустальной люстры заливает гладкую кожу. Женщина на мгновение словно оказалась в потоке белого света. Василий почувствовал, как дрогнуло лицо, поспешно опустил глаза. Залпом выпил минеральной воды. «Да у нее глаза, как у ящерицы, начал убеждать сам себя, и вообще вся крашеная и холодная. Муж и жена одна сатана». У Андре действительно бесстрастное холодное лицо аристократа, но умные глаза светятся сдержанной радостью. Пара в сопровождении администратора проследовала к столику под портретом здравствующей королевы. Послышался тихий приказ, плавный полет камзолов официантов резко ускорился. Василий в раздумье осматривал зал да, просто так не подойдешь, нужен серьезный повод. Хорошо, что заранее побеспокоился, но полной уверенности все же нет.