Всего за 160 руб. Купить полную версию
Олеся покачала головой и аккуратно повесила куртку в шкаф.
Это твоя комната, я толкнула дверь в маленькую светлую комнату с большим окном. В комнате стояла кровать, а напротив окна было порядком обшарпанное трюмо с трехстворчатым зеркалом.
Ого! поразилась Олеся. Какая древность! Сейчас, наверное, таких уже не делают
За деньги сделают все. Тебе повезло, кровать не такая древняя. До моего переезда на ней спал Егор.
Надеюсь, ты сменила белье?
Надеюсь, это шутка?..
Конечно! Олеся фыркнула, но потом, смутившись, закашлялась.
Шкафа, прости, нет. Можешь распихать вещи по ящикам трюмо. Не переживай, здесь все чистое. Большую часть того, что стояло в этой комнате, я выкинула. Но у тебя, наверное, с собой и так не много вещей?
Олеся промолчала.
В общем, располагайся. В ванной чистое полотенце желтое. Туалет, к счастью, отдельный.
Повезло, что потолки высокие, философски заметила Олеся, обводя взглядом стены, оклеенные обоями в сиреневых колокольчиках.
Здесь это тебя не спасет, засмеялась я.
Пока Олеся принимала душ, я прошла в свою комнату, бросила сумку в кресло и открыла окно. С улицы немедленно проникли воробьиные переклички, потянуло свежестью впрочем, воздух уже начал прогреваться. Распахнув створки шкафа, я запихнула туда джинсы с джемпером, а потом наскоро натянула домашнее платье.
Комната, в которой я располагалась, была чуть ли не в три раза больше той, что я отвела для Олеси. Раньше мы принимали в ней редких гостей, сидели за компьютером, обедали словом, из нее получилось что-то вроде гостиной. Сейчас же это была полноценная спальня диван никогда не складывался (зато я купила пару мягких кресел), на тумбочке стоял светильник с выложенным мозаикой плафоном. Платяной шкаф с множеством отделений занимал целую стену. Он неимоверно раздражал меня, старый, стоящий тут с советских времен, сделанный из прессованных опилок, но все-таки туда все вмещалось майки, блузки, пальто, сумки, книги и журналы В комнате было много свободного места, на подоконнике с облезающей краской стоял хлорофитум и пара фиалок, и в бывшей гостиной не осталось ни единого напоминания о Егоре.
Я уже все, сообщила заглянувшая в комнату Олеся. Что это у тебя?
Она устремилась к пушистой белой шкуре, лежащей перед диваном.
Не вздумай на ней прыгать. И не топчи ногами я на ней растяжку делаю Иногда.
Когда это?
Когда шея от фотоаппарата устает. После съемок.
Понятно, протянула Олеся, я тоже такую хочу. Дорого, да?
Сто рублей в «Икее», я подмигнула.
Шутишь? Всего стольник?
Шучу, расслабься. Но, конечно, она недорогая. Это же искусственный мех Пойдем завтракать.
По моим меркам, в холодильнике было шаром покати. Вчера я вернулась с работы поздно, несмотря на то, что это была пятница. Ближайший к дому магазин был уже закрыт.
Но кое-что все же нашлось: грибы, яйца, пара помидоров и сосиска, жалко съежившаяся в пластиковой упаковке.
Но кое-что все же нашлось: грибы, яйца, пара помидоров и сосиска, жалко съежившаяся в пластиковой упаковке.
Не возражаешь против омлета?
С чего бы мне возражать Олеся с веселым изумлением рассматривала кухню.
Да, конечно, тут совсем не как дома, заметила я, ставя керамическую сковородку на огонь.
Ну что ты Все просто отлично
Ты очень тактична, хмыкнула я и критическим взором обвела помещение. Размеры кухни не могли компенсировать скудность обстановки. Натужно гудел холодильник, забрызганный нестираемыми каплями жира. Возле шаткого стола стояли табуреты с облупившейся краской. Сушилки не было посуда покоилась на стиральной машине, накрытой махровым полотенцем. Пол вокруг плиты казался выцветшим: мне стоило вечера и половины флакона «Пемолюкса» отдраить черные пятна неизвестного происхождения. Глаз радовала только ярко-зеленая тумбочка, в которой хранились макароны. Я красила ее сама, во время затяжной депрессии, пытаясь хоть чем-то занять себя, а не срываться в истерику.
Полюбовавшись грибами, скворчащими в масле на сковороде, и помидорами, истекающими на разделочную доску соком, Олеся схватила заварочный чайник.
Ты чего?
Хочу что-нибудь помочь!
Да ладно. Поставь, я сама.
Но было поздно.
Ой! отшатнулась сестра, сунувшая было нос под крышку.
Ситечко, туго набитое разбухшей заваркой, было увенчано плесенью.
Я же говорила Иногда я поздно прихожу с работы. Бывает много дел
И ты обходишься без чая?
И я завариваю пакетики.
Нужно немедленно избавиться от этой гадости!
Когда омлет был готов, Олеся, подцепив тарелки, вознамерилась нести их в комнату. Я сообщила, что в родительском доме слишком маленькая кухня, чтобы там есть, а вот размеры здешней это как раз позволяют. Побурчав для вида, Олеся уселась на облезлый табурет. Некоторое время мы ели в молчании: обе успели проголодаться. Я даже не могла вспомнить, ужинала ли я вчера, и если да, то чем.
Закончив, Олеся, вместо того, чтобы отложить вилку, нацелилась ею в меня:
Ты обещала мне все рассказать!
Долгие месяцы, проведенные за монитором, недели, окунающие в безвоздушное глухое пространство, день за днем в непонимании, ощущение безысходности и короткие сообщения как отписки, сдержанные, малоинформативные, оптимистичные