Всего за 90 руб. Купить полную версию
Итак, добро есть дух от Бога. И зло есть дух, хотя и всегда не от Бога. Тот и другой дух имеют свое соответствие в олицетворяющих их ангелах и демонах. В том словоупотреблении, которое сложилось к нашему времени, ангелы это олицетворение духов добра, а демоны зла. Хотя я хочу напомнить вам, что далеко не всегда было так. Если мы вдумаемся в изначальный смысл этих слов ангел как вестник и демон как некая природная, часто космическая, сила, то мы поймем, почему это так, почему в изначальном значении совсем не обязательно демоны это злые духи, а ангелы совсем не обязательно добрые вестники.
Что же такое грех? Люди стремятся и это особенно видно в наше время освободиться от грехов. Из этого следует, что люди чувствуют свою порабощенность греху. Не просто захотел совершил грех, не захотел не совершил. Или: на меня повлиял кто-то, и я совершил грех, а могло бы этого и не быть. Нет, люди достаточно ясно себе представляют, что они бывают служителями греха и, таким образом, рабами греха. Как и в Писании сказано: «Кто кому служит, тот тому и раб». И еще: «Всякий делающий грех есть раб греха».
Грех есть то, в чем воплощается зло в мире, в жизни и в человеке. Зло есть дух, но когда этот дух воплощается, мы имеем дело именно с грехом. Я хотел бы обратить ваше внимание, во-первых, на воплощенность этих духов и, во-вторых, на то, что зло воплощается и в человеке, и в жизни, и в мире. Это не значит, конечно, что грешить может животное, или растение, или камень. Нет, грешить может только человек. Это очень важно. И тем не менее грех распространяется на весь мир, заражает собой весь мир и имеет универсальный, вселенский характер.
А что же такое закон? Если мы с вами договорились, что закон противостоит греху, то я постараюсь для простоты дать определение закону аналогично определению греха. Закон это то, в чем воплощаются добро и гармония. Ну а коли добро, значит, и доброта, и красота. Обратите на это внимание. Очень жаль, что об этом редко и мало приходится людям задумываться. В Законе Божьем всегда воплощаются вместе и доброта, и красота. Этот Закон обладает качеством того и другого. Мы же в жизни часто встречаемся с такими законами, которые не обладают ни тем, ни другим свойством, и поэтому просто забыли, что так и должно быть, что нормальный закон это только тот закон, в котором максимально воплотились красота и доброта.
Нам сейчас даже трудно себе представить, что закон может быть добрым, что «он добр», как говорит апостол Павел, «и свят». Свят значит от Бога, добр тоже значит от Бога. Но он еще и красив. Если мы сейчас этого не поймем, то мы совершенно ничего не поймем в тех многочисленных местах Священного писания, большей частью Ветхого Завета, где говорится о том, что Закон можно и нужно любить. Ведь мы себе очень хорошо представляем, что можно любить красоту, что вообще красота с любовью прекрасно сочетается как и доброта. Не надо смешивать любовь и красоту, любовь и доброту, это верно, но их сочетание очень легко ложится нам на сердце. Еще раз подчеркиваю, подлинный Закон, который от Бога, это Закон, который обладает тем и другим качеством.
Когда сейчас произносишь это словосочетание «Закон Божий», как-то чувствуешь, что начинает в тебе и вокруг тебя разливаться какое-то ощущение тягомотины, чего-то такого не слишком привлекательного. От этого и мы с вами не избавились. Вот сейчас часто приходится говорить о преподавании Закона Божьего. Мы видим, например, по телевидению, как подходят к людям на улице и спрашивают, хотят ли они, чтобы их детям преподавали Закон Божий. Наиболее интересные ответы тогда, когда люди не хотят этого. Их спрашивают: «А почему? Неужели говорится о чем-то плохом?» Да нет, все понимают, что ни о чем плохом там не говорится, но тем не менее не хотят. Доброты хотят, красоты хотят, правды и справедливости хотят, а Закона Божьего не хотят. Как же это могло случиться в нашей жизни? Отчего? Думаю, оттого, что когда-то давно в народе произошла подмена и тогда под Законом Божьим стали понимать какие-то очень относительные нравоучительные правила и традиции, не очень прямо связанные собственно с Законом Божьим, и поэтому их изучение навевало и навевает непреодолимую скуку.
А Закон Божий главное орудие в борьбе с грехом, в борьбе за правду. В Первом послании апостола Иоанна Богослова говорится о грехе, и говорится очень кратко, сильно и ясно: «грех есть беззаконие». Если закону противостоит грех, то понятно, что есть не только этот закон, но и грех, противостоящий закону. Поэтому он и есть само это беззаконие. Отвечая на вопрос, что есть грех, иногда чувствуешь, что люди испытывают недоумение. Я никогда не встречал понимания этих вещей сходу, с первого раза. Если просто сказать, что грех есть беззаконие, то начинаются возражения. Тут же начинают спрашивать: закон вещь изменяемая и относительная, чуть ли не просто человеческая, а может ли быть столь изменчивым и относительным понятие греха? Но давайте еще подумаем, что такое Закон Божий. Можно утверждать, что закон и правда вещи вполне синонимичные: Закон Божий есть Правда Божья. О любой правде имеет смысл говорить если уж не прямо в этом контексте, то обязательно имея в виду этот «законный» и «божественный» контекст. Вот когда мы читаем, например, бердяевскую статью «Об интеллигентской правде и философской истине», то должны иметь в виду уже и другой контекст. Однако и тут мы совершенно ничего не поймем, если не соотнесем ту правду и истину, о которой пишет Бердяев, с Правдой Божьей и Истиной Божьей.