Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
По карте до озера километров десять, заметил Эдик. Успеем до дождя.
Графин глубокомысленно покивал и закурил:
По прямой, да, глубоко затянулся и замолчал, радуясь тревоге, которая отразилась в глазах Шуйской.
А мы по кривой? Она хорошо помнила второе правило в походе, которое убеждало «Не молчать и не геройствовать!»
Заболочено, продолжал радовать своей краткостью Графин. Придётся обходить по верху.
Он с удовольствием наблюдал, как белобрысая стропилина впадает в панику.
Не надо по верху, воспротивилась Алиса и оглянулась на Громову. Подруга хмурилась, но не протестовала.
Проводник окончательно развеселился. В его маленьких глазках светилось явное злорадство.
Это вам, девоньки, не на шпильках по городу выступать. В поход пошли
В поход мы пошли, Графинчик, перебила его Даша, чтобы здоровья набраться, а не последнее потерять. Давай ты не будешь бежать вприпрыжку и волочь нас туда, где ходить опасно.
Привалы через каждые пятьдесят минут, внесла свою лепту Алиса, вытряхивая камушек из второго кроссовка.
Графин отшвырнул тлеющую сигарету и сплюнул. Подмигнул Эдику, как сообщнику и вполголоса спросил, кивая на Алису.
Учится-работает ваша цаца?
Она скрипачка в камерном оркестре.
Скрипачка?! возрадовался Графин. То-то я гляжу пальчики беленькие, холеные.
Он радостно подскочил.
Отдохнули? Подъем!
Эдик и Даша одновременно поднялись и потянули на себя рюкзаки. Алиса поспешно втискивала ноги в обувь. Она поднялась с травы последней и с помощью Эдика взгромоздила на спину проклятый рюкзак.
Графин к тому моменту уже находился на краю поляны. Он вознамерился дать понюхать пороху этой городской фифе.
Евграф Силантьич, окликнула его Алиса, я могу одолжить вам груз, чтобы вы не бежали так быстро.
Она подёргала за лямки рюкзак и шагнула с места, по пути затоптав тлеющую сигарету Графина. В новой цепочке Эдик выступал замыкающим. Даша шла второй, став рычаще-сдерживающим фактором для слишком ретивого проводника.
«Этот Дантов ад не закончится никогда». Алиса заправила за ухо выбившуюся прядь и покосилась на беспросветно-серое небо. Левая нога соскользнула с камушка, проехалась по гладкой щебенке и остановилась в десяти сантиметрах от обрыва.
Будучи неподготовленной к длинным переходам, она смертельно устала. Груз чугуном давил на плечи, кроссовки натирали ноги, и весь путь они, как специально, шли в гору. К этому обстоятельству подсоединилось новое несчастье: каменистая дорожка, по которой они поднимались, неожиданно сузилась и превратилась в тропинку. С одной стороны ее подпирала неровная, отвесная скала, с другой поросший редкой травой, крутой обрыв. Сверху наблюдались кроны сосен: они тёмно-зелёной шапкой поднимались из обрыва, и угрожающе скрипели, шелестели и шумели.
Громова оборачивалась всё чаще, переживая за неестественно бледную Шуйскую. Последние двадцать метров та три раза спотыкалась, с шумом раскидывая камни, а минуту назад подруга вцепилась обеими руками в скалу.
Графин тоже оглянулся, чтобы выдать с интонацией массовика-затейника:
Господа туристы, смотрим под ноги и мотаем на ус. Глубина пропасти сорок пять метров. Падать не советую! Живым оттуда никто не возвращался.
Он радостно хохотнул. Алиса же, услышав про метры, остановилась, позеленела и сползла бочком по скале.
Я дальше не пойду, глухо выдавила она, уткнувшись лицом в колени. Голова кружится.
Даша тоже остановилась. Она сбросила с плеч рюкзак и, разминая руками плечи, заглянула вниз. Обвела равнодушным взглядом волнистые верхушки сосен и поморщилась.
Другого пути нет? спросила она у проводника.
Тот стоял на краю пропасти и демонстративно любовался дикими красотами.
Шуйская панически боится высоты, монотонно разъясняла она, чувствуя, что и её пофигизму приходит конец. Бог и царь явно нарывался на скандал.
Зачем потащилась в горы? презрительно бросил Графин.
В горы она не тащилась. Даша окинула взглядом проводника и обратилась к Эдику. Придумай что-нибудь, пока яты его нанимал.
Графин отступил от края и суетливо постучал по карманам. Быть проводником у избалованных горожанок сплошное мучение. Так и знал, что начнутся истерики.
Эдик склонился над Алисой, помогая снять рюкзак. Она с трудом поднимала руки, вконец перепуганная высотой.
Обвяжем верёвкой, подстрахуем. Пусть двигается по стеночке.
Возись с такой. Графин открыл рот для следующей хлёсткой фразы и едва не был сбит рюкзаком Алисы, который Громова ткнула ему в грудь.
Держи, Сусанин. Четвёртый час шарахаемся по лесу.
Она вернулась к своему рюкзаку и достала из него верёвку. Обвязала себя, потом Алису, кинула свободный конец Эдику.
Лёгонький маршрут! подал голос обиженный Графин. Тут дети бегают
и бабки, и козлы горные. Ты рюкзак неси. Может, быстрее к озеру выведешь, фыркнула Даша. Шуйская, водички?
Алиса помотала головой, выпрямляясь на дрожащих ногах.
Алиса помотала головой, выпрямляясь на дрожащих ногах.
Специально завел, пробурчала она. У меня предчувствие, что дальше хуже будет.
Подобно американскому сэндвичу, обложенный двумя рюкзаками, недовольный Графин выступал первым. Туристическая троица следовала за вредным проводником шаг в шаг. А тропинка между тем сузилась до катастрофических размеров.