Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
Глава 12
Мама и папа читают письмо
Наконец письмо дяди Фёдора в город приехало. В городе уже другой почтальон его в сумку положил и папе с мамой домой понёс. А на улице дождик был сильный-пресильный. Почтальон весь промок до ниточки. Папа даже его пожалел:
- Что же это вы в такую погоду мокрую письма-то носите? Вы бы их лучше по почте отправили.
Почтальон согласился:
- Верно, верно. Чего это я ношу их в сырость? Это вы хорошо придумали. Я сегодня же доложу начальнику.
И папа с мамой стали письмо читать. Сначала им всё нравилось. И то, что у дяди Фёдора дом есть и корова. И что дом у него тёплый, и что он трактор купил. А потом они пугаться начали.
Папа читает:
"А ещё у нас печка есть тёплая. Я так люблю на ней отдыхать! Здоровье-то у меня не очень: то лапы ломит, то хвост отваливается. Потому что, дорогие мои папа и мама, жизнь у меня была сложная, полная лишений и выгоняний. Но сейчас всё по-другому. И колбаса у меня есть, и молоко парное стоит в мисочке на полу… Мне мышей даже видеть не хочется. Я их просто так ловлю, для развлечения… на удочку… или пылесосом… А днём я люблю на крышу вскарабкаться… глаза вытаращу, усы расправлю и загораю как ненормальный. На солнышке облизываюсь…"
Мама слушала, слушала - и раз, в обморок упала! Папа воды принёс и маму в чувство привёл. Дальше мама сама читать стала:
"А на днях я линять начал. Старая шерсть с меня сыплется - хоть в дом не заходи. Зато новая растёт - чистая, шелковистая! Просто каракуль. Да ещё охрип я немножечко. Прохожих много, на всех лаять приходится. Час полаешь, два полаешь, а потом у меня не лай, а свист какой-то получается и бульканье…"
Тут грохот в комнате раздался. Это папа в обморок упал. Теперь мама за водой побежала, папу в чувство приводить.
Папа в себя пришёл и говорит:
- Что это с нашим ребёнком сделалось? Лапы у него ломит, и хвост отваливается, и на прохожих он лаять начал.
- И мышей он ловит на удочку, - говорит мама. - И шерсть у него - чистый каракуль. Может, он там на природе в ягнёночка превратился? От свежего воздуха?
- Да? - говорит папа. - А я и не слышал, чтобы ягнята на прохожих булькали. Может, он просто с ума сошёл от свежего воздуха?
Решили они письмо до конца дочитать. Читают и глазам своим не верят:
"Дорогие папа и мама, вы меня теперь просто не узнаете. Хвост у меня крючком, уши торчком, нос холодный и лохматость повысилась…"
- Что у него повысилось? - спрашивает мама.
- Лохматость у него повысилась. Он теперь может зимой на снегу спать.
Мама просит:
- Ладно, читай до конца. Я хочу всю правду знать, что там с моим сыном сделалось.
И папа до конца дочитал:
"Я теперь сам в магазин хожу. И все продавцы меня знают. Кости мне бесплатно дают… Так что вы за меня не переживайте. Я такой здоровый стал, прямо - ух! Если я на выставку попаду, мне все медали обеспечены. За красоту и сообразительность.
До свиданья.
Ваш сын - дядя Фарик".
После этого письма мама с папой полчаса в себя приходили, все лекарства в доме выпили.
Потом мама говорит:
- А может, это не он? Может, это мы с ума сошли? Может, это у нас лохматость повысилась? И мы можем зимой на снегу спать?
Папа стал её успокаивать, а мама всё равно кричит:
- Это меня все продавцы давно знают и кости мне бесплатно дают! Это мне мышей видеть не хочется! Вот сейчас у меня тоже лапы ломит и хвост отваливается! Потому что жизнь у меня была сложная, полная лишений и выгоняний! Где моя мисочка на полу?!
Еле-еле её папа в себя привёл.
- Если бы мы с ума сошли, то не оба сразу. С ума по отдельности сходят. Это только гриппом все вместе болеют. И никакая лохматость у нас не повышалась, а наоборот. Потому что мы вчера в парикмахерской были.
Но на всякий случай они себе температуру смерили. И температура была нормальной - 36,6. Тогда папа взял конверт и внимательно осмотрел. На конверте стоял штамп, и на нём было название деревни, откуда это письмо отправлено. Там было написано: "…деревня Простоквашино".
Мама с папой достали карту и стали смотреть, где такая деревня находится. Насчитали таких деревень двадцать две. Они взяли и написали в каждую деревню письмо. Каждому деревенскому почтальону.
Уважаемый почтальон!
Нет ли в вашей деревне городского мальчика, которого зовут дядя Фёдор? Он ушёл из дома, и мы очень за него беспокоимся.
Если он живёт у вас, напишите, и мы за ним приедем. А вам привезём подарки. Только мальчику ничего не говорите, чтобы он ничего не знал. А то он может переехать в другую деревню, и мы его уже не найдём. А нам без него плохо.
С большим уважением - мама Римма и папа Дима.
Они написали двадцать два таких письма и разослали их во все деревни с названием Простоквашино.
Глава 13
Шарик меняет профессию
Дядя Фёдор говорит коту:
- Надо что-то с Шариком делать. Пропадёт он у нас. Совсем от тоски высох.
Кот предлагает:
- Может, нам из него ездовую собаку сделать? Необязательно ему охотничьей быть. Купим тележку, будем на нём всякие вещи возить. Например, молоко на базар.
- Нет, - возражает дядя Фёдор. - Ездовые собаки только на Севере бывают. И потом, у нас тр-тр Митя есть. Надо что-то другое выдумать.
А потом говорит:
- Придумал! Мы из него цирковую собаку сделаем - пуделя. Научим его танцевать, через кольцо прыгать, воздушным шариком жонглировать. Пусть детишек веселит маленьких.
Кот согласился с дядей Фёдором:
- Ну что же. Пусть будет пуделем. Комнатные собаки тоже нужны, хоть они и бесполезные. Будет он в доме жить, на диване лежать и тапочки подавать хозяину.
Позвали они Шарика и спрашивают:
- Ну что, хочешь, чтобы из тебя пуделя сделали?
- Делайте хоть чучело! - говорит Шарик. - Всё равно мне жизнь не мила. Нет мне счастья на этой земле. Похороню я своё призвание.
И стали они за реку собираться: в новый дом пятиэтажный, в парикмахерскую. Дядя Фёдор пошёл тр-тр Митю заводить, а Матроскин Мурке сена подбрасывать. Он ей открыл дверь из коровника и сказал:
- Мы дом на тебя оставляем. Если какой жулик появится, ты с ним не чикайся. Рогами его. А вечером я тебя чем-нибудь угощу.
Дядя Фёдор тр-тр Митю выкатил, супа в него налил и сел на шофёрское кресло. Шарик рядом устроился, а Матроскин - наверху. И поехали они стричься.
Митя тарахтел радостно и вовсю работал колёсами. Увидит лужу - и по ней! Так что вода во все стороны веером. Молодой ещё трактор! Новенький. А если он кур встречал на пути, он тихонечко подкрадывался и гудел во всё горло: "Уу-уу-уу!" Бедные куры по всей дороге разлетались. Замечательная была поездка. Дядя Фёдор песню запел, а трактор ему подпевал. Очень хорошо у них выходило:
- Во поле берёзонька…
- Тыр-тыр-тыр.
- Во поле кудрявая…
- Тыр-тыр-тыр.
- Люли-люли…
- Тыр-тыр-тыр.
- Люли-люли…
- Тыр-тыр-тыр.
Наконец они к парикмахерской подъехали. Кот в тракторе остался - сторожить, а дядя Фёдор с Шариком стричься пошли. В парикмахерской чисто, уютно и светло, и женщины сидят под колпаками, сохнут. Парикмахер спрашивает у дяди Фёдора:
- Что вам угодно, молодой человек?
- Мне надо Шарика постричь.
Парикмахер говорит:
- Дожили! Шарики, кубики! И как же постричь? Под польку или под полубокс? Или, может быть, под мальчика? А может, его и побрить заодно?
Дядя Фёдор отвечает:
- Не надо его брить. И под мальчика не надо. Его надо под пуделя постричь.
- Это как - под пуделя?
- Очень просто. Его надо сверху завить. Внизу всё наголо. И на хвосте кисточка.
- Понятно, - говорит парикмахер. - На хвосте кисточка, в руках тросточка, в зубах косточка. Это уже не Шарик, это жених получается!
И все женщины под колпаком засмеялись.
- Ничего не выйдет, молодой человек. У нас есть женский зал и мужской зал, а собачьего пока что нет.
Так ни с чем они к Матроскину пришли. Кот говорит:
- Эх вы! Вы бы сказали, что это не простая собака, а какого-нибудь артиста или директора стадиона. Вас бы вмиг и постригли, и завили, и одеколоном побрызгали. Ну-ка, идите назад!
Когда они снова пришли, парикмахер очень удивился:
- Вы что-то забыли, молодой человек? Что именно?
Дядя Фёдор говорит:
- Мы забыли вам сказать, что это собака не просто собака, а учёная. Мы её к выступлениям готовим.
Парикмахер как засмеётся:
- Ой, учёная-кипячёная! А что же она у вас умеет делать? Может, она у вас писать-сочинять умеет? Может, она у вас на дудочке дудит?
Дядя Фёдор говорит:
- Про дудочку я не знаю, а считает она запросто.
- Да? Ну а сколько будет пятью пять?
- Пятью пять будет двадцать пять, - говорит Шарик. - А шестью шесть - тридцать шесть.
Парикмахер как услышал, так и сел в кресло парикмахерское! И вправду собака учёная: не только считать, но и говорить умеет. Достал он салфетку чистую и говорит: