Всего за 249 руб. Купить полную версию
Одно из главных социально положительных качеств прессы в современной России заключается в том, что она имеет реальные, законодательно закрепленные возможности оперативно реагировать на недостатки в деятельности органов юстиции и других органов власти и управления и их представителей, от которых во многом зависит состояние законности и правопорядка в стране и в отдельных регионах. И эти возможности, правда, с определенными издержками, внешними и внутренними препятствиями, воплощаются в жизнь, что положительно сказывается на криминогенной ситуации. Конечно, критикуемым в прессе министерствам, ведомствам, должностным лицам и др. это направление деятельности прессы не всегда нравится. Соответственно и реакция на критику подчас выходит за рамки дозволенного со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями. Примеров тому и на федеральном, и на региональном уровне великое множество. Так, 16 марта 2013 года в газете «Московский комсомолец» была опубликована статья «Политическая проституция сменила пол». В статье (автор Георгий Янс) утверждается, что долгое время политическая проституция была чисто мужским занятием. Личность Льва Давидовича Троцкого, в его оценке В. И. Лениным, подкрепляла это утверждение. Сейчас же, по мнению Георгия Янса, мужчины, мол, сдали тут свои позиции в пользу женщин. В доказательство этого тезиса в статье были приведены хорошо известные и практически бесспорные фрагменты политических биографий отдельных депутатов. Все выглядело четко, ясно и пристойно. Правда, с Гергием Янсом по некоторым его позициям можно, конечно, поспорить. Так, например, на мой взгляд, он излишне категоричен в своем утверждении о радикальной перемене пола политических проституток в настоящее время. Пол тут дело третьестепенное. В общем, здесь есть о чем порассуждать, поспорить с автором или согласиться с ним, но не более того. Через день-два большинство читателей «МК» обсуждали бы другие проблемы, которых в нашей быстротекущей жизни великое множество. Но в данном случае получилось иначе. Оскорбительно, на наш взгляд, высказался в адрес журналистов депутат Госдумы Андрей Исаев. Развернулась бурная полемика. Очень точно высказался главный редактор «Московского комсомольца» Павел Гусев. Он сказал своим читателям, что «если статья лжива, оскорбляет кого-то, не соответствует действительности, то люди, чья честь затронута в этой статье, могут подать в суд. И через суд решить проблемы». Совершенно взвешенный, соответствующий российскому законодательству и мировой практике подход. Но действовать в русле закона не стало еще правилом для всех. Вот и раздаются с разных трибун, даже из высшего законодательного органа страны, высказывания о закрытии определенных средств массовой информации.
Иначе как правовым произволом, пренебрежительным отношением к праву и закону такие призывы расценить невозможно. Именно поэтому совершенно справедливо и своевременно Председатель Государственной Думы Сергей Нарышкин, объективно оценивая огромную общественную опасность конфликта между отдельными депутатами и «МК», на пленарном заседании 22 марта 2013 года четко указал, что «всем нужно действовать в русле цивилизованных норм». «Истинный авторитет парламента, заявил Нарышкин, зависит от профессионализма каждого из нас, а значит, от качества принимаемых нами законов и того, соответствуют ли они Конституции страны и отвечают ли интересам большинства граждан. Любые другие рассуждения от лукавого и направлены на то, чтобы разбалансировать ситуацию в стране и помешать профессиональной работе парламента». Столь же недвусмысленно высказался по этому вопросу и лидер «Единой России» Дмитрий Медведев, который в рамках проекта «Гражданский университет» заявил, что нужно повышать уровень практической культуры «без хамства и оставаясь доброжелательными». Подавляющее число российских СМИ в конфликте «МК» с представителями Государственной Думы и словом, и делом поддержало «МК». Павел Гусев, к примеру, на Седьмом съезде Союза журналистов Москвы 27 марта 2013 года единогласно (что никогда не было раньше) переизбран председателем Союза журналистов Москвы. Все это позволяет надеяться на то, что пресса в основе своей и в дальнейшем будет мощным фактором противодействия беззаконию и произволу, от кого бы они ни исходили.
По трудно объяснимым причинам ряд стратегически важных вопросов уголовного права на законодательном уровне не решается или решается недостаточно правильно и полно. Среди подобного рода вопросов, где интересы ученых-юристов и практиков, журналистов, да пожалуй, многих других граждан Российской Федерации соприкасаются особенно часто и тесно, стоит, прежде всего, выделить проблему необходимой обороны.
В чем причина того, что один из старейших, я бы даже сказал, древнейших институтов уголовного права стал сверхактуальным, а главное, противоречивым на практике именно сегодня? Вопрос не из простых. С позиции научной оценки необходимой обороны, казалось бы, белых пятен практически нет. Число серьезных публикаций по этому вопросу исчисляется сотнями. Одна из последних, по которой я, кстати, имел возможность быть рецензентом, издана под редакцией профессора Н. Г. Кадникова в 2012 году (Необходимая оборона. Крайняя необходимость. Задержание преступника. Правовая оценка действий сотрудников полиции). Может быть, корень зла нужно искать не только в теории уголовного права, но и в самом законодательстве, и в практике его применения? В самом деле, поводы для такой постановки вопроса имеются. В частности, ст. 37 УК РФ по многочисленным оценкам специалистов сформулирована недостаточно четко, что дает возможность толковать ее по-разному, подчас руководствуясь соображениями, далекими от интересов законопослушных и социально активных граждан и общества в целом. Те, в основе своей, косметические изменения и дополнения, периодически вносимые законодателем в названную норму, разъяснения и указания, содержащиеся в соответствующих постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, ситуацию к лучшему существенно не меняют. Отсюда постоянно и довольно часто возникают так называемые резонансные дела, связанные с тем, что граждане, пытаясь обеспечить свое законное право на необходимую оборону, оказываются осужденными подчас к длительным срокам лишения свободы как совершившие преступления. Практически единственным средством избежать этого негативного финала сейчас является пресса с ее могучим механизмом воздействия на все ветви власти и общественное мнение в целом. Правда, при нынешнем уровне правового обеспечения института необходимой обороны выйти из порочного круга с помощью прессы тоже вряд ли всегда правильно, поскольку здесь можно ошибиться и в пользу обороняющегося. Поэтому главным звеном в этой цепи противоречий будет все-таки более совершенный уголовный закон.