Всего за 149 руб. Купить полную версию
Мы действительно модернизируем Россию. Перемены требуют времени. Но можете не сомневаться, мы это сделаем. Главные решения уже приняты. Значительная часть проектов уже работает.
Россия осознает задачи своего развития и меняется. Меняется и для себя, и для всего мира.
ПРОЕКТИРОВАНИЕ БУДУЩЕГО
И МОДЕРНИЗАЦИЯ РОССИИ
Георгий Малинецкий,Россия входит в критическое десятилетие. Страна переживает системный кризис, из которого возможен лишь один выход ускоренное инновационное развитие. В любом ином случае распад страны неизбежен. Если мы не переломим нынешних тенденций, по колеям коих скользит Российская Федерация, нас уже ничто не спасет. РФ не сможет быть даже сырьевым придатком развитого мира. Сегодня уже ни у кого не вызывает сомнений, что модернизация является одним из императивов развития России. В истории нашей страны подобная задача возникает далеко не впервые. Давайте рассмотрим, что понимается под модернизацией в наши дни. Важнейшей частью этого многогранного понятия является прорыв в научно-технической сфере, в области высоких технологий. Архимед полагал, что он перевернет Землю, если ему предоставят точку опоры. Модернизация России также должна была бы иметь точку опоры в научном, образовательном, экспертном и технологическом пространстве России.
Что могло бы стать такой точкой опоры?
Обращаясь к научной стороне этой задачи, можно увидеть, что она удивительно созвучна дискуссии о путях советской науки между выдающимся советским физиком академиком Л.А. Арцимовичем и математиком, механиком, организатором науки, президентом Академии наук СССР, М.В. Келдышем, которая состоялась более полувека назад. В те далекие годы бурного развития естественных наук, кибернетики возникло ощущение, что пророчество Карла Маркса о том, что наука станет непосредственной производительной силой, уже исполнилось. Символом такого научно-технологического оптимизма стала замечательная книга Станислава Лема «Сумма технологии». Исходя из этой парадигмы, академик Л.А. Арцимович и утверждал, что наука это удовлетворение собственного любопытства за государственный счет. По сути это ценностная ориентация не так уж важно, чем заниматься, важно делать это на высоком уровне. Академик М.В. Келдыш придерживался иного взгляда. По его мысли, развитие науки, понимаемой как важный для общества институт, определяется несколькими крупными, важными для страны прикладными задачами. Таких проблем не бывает много. К главным, приоритетным направлениям относились освоение ядерных технологий, создание и совершенствование космических аппаратов и баллистических ракет, разработка компьютеризованных систем управления и связанных с ними программно-аппаратных комплексов. Иными словами, это целевая ориентация на государственном уровне.
Оглядываясь назад, можно сказать, что судьбы мира, ход истории во многом определялись тогда в исследовательских институтах, в лабораториях ученых, на полигонах. Знание, переплавленное в военные технологии, стало силой, способной избавить мир от больших конфликтов. М.В. Келдыш считал, что будущее советской науки дальний космос. По его мысли, космическая отрасль (в советские времена более 1,5 млн. человек и около 1200 заводов) является высокотехнологичным локомотивом для всей промышленности страны. И сейчас, когда наша страна в течение 18 лет не имеет ни одного аппарата в дальнем космосе и многие технологические возможности оказались утраченными, становится очевидной справедливость этого парадоксального взгляда. Эта тенденция оказалась общемировой. Когда одного из американских президентов спросили, что же США нашли на Луне, он ответил: массу превосходных микросхем. Крупнейшие центры, занимавшиеся военной проблематикой и вырвавшиеся далеко вперед, стали вносить все больший вклад в фундаментальные исследования, в высокие технологии гражданского сектора экономики.
Принципиальную роль с середины XX в. начало играть компьютерное моделирование. По сути в дополнение к экспериментальному методу и теоретическому изучению добавилась еще одна технология научных исследований вычислительный эксперимент. Оборонный и экономический потенциал стран начал определяться среди прочего математическими моделями и базами данных, которыми они располагали, и коллективами, которые способны имитировать и изучать на компьютерах процессы различной природы, проектировать и прогнозировать, опираясь на это знание.
Иное можно сказать о приоритетах и об отношении к знанию в 19902000-х годах несмотря на модели, прогнозы, предостережения исследователей, элиты и руководство нашей страны. не приняли их во внимание.
Роль научного предвидения, исторического и стратегического прогноза многократно возросла. Новую реальность, в которую вступит человечество, можно назвать эпохой выбора. Экономическое, технологическое, социальное развитие позволяет человечеству реализовать различные траектории XXI в. Нашей цивилизации придется осознанно, опираясь на научное предвидение, выбирать желаемый вариант своего будущего и нести ответственность за сделанный выбор. Либо этот выбор будет сделан стихийно, помимо наших планов, желаний, со всеми рисками, которые связаны с таким образом действий. На решение каких задач должна быть направлена промышленная политика нынешней России? Полагаю, что на решение той главной задачи, которую поставил перед элитой России и государственным аппаратом президент нашей страны Дмитрий Анатольевич Медведев. Это эффективное управление Россией в ее нынешних границах. Задача может показаться слишком скромной. Но так ли это? Американский политолог и социолог С. Хантингтон, имеющий большое влияние на американскую администрацию, называет XXI в. эпохой столкновения цивилизаций, временем схватки на геополитической арене за ресурсы. И действительно, мы видим острую конкуренцию и противостояние в экономической, военно-политической, информационной сфере, в пространстве смыслов и ценностей, проектов будущего между крупнейшими геополитическими игроками.