— Должен с сожалением признаться, что над таким аспектом данной проблемы я до сих пор не задумывался. — Он замолчал, от смущения перебирая клювом перья под мышкой. — Но я ведь в некотором роде неловко, конечно, в этом признаваться, однако объективная истина для меня всегда была дороже всего на свете, я где-то, знаете ли, хищник.
Тайлон, полностью успокоившись, назидательно погрозил Орлу пальцем.
— Но прежде всего вы мыслящее существо!
— Разумеется, — выпятил грудь Орел.
— Из этого следует совершенно естественный вывод: достойно ли существа, почитающего себя мыслящим, слепо идти на поводу у низменных инстинктов, не пытаясь даже подвести под них логическую базу?
— Разумеется, нет, — сразу согласился Орел.
— Тогда до свидания, — поклонился Тайлон.
— Нет, па-азвольте! — снова возопил Орел. — Должен я пообедать или нет?!
— Если это будет логически обосновано. Потому что из всего вышеизложенного с неопровержимой ясностью следует, что поддержание жизнедеятельности, каковая является постоянным и совершенно неотъемлемым признаком и, более того, абсолютно обязательным условием…
— Пе-ре-кра-ти-те! — затопал лапами Орел. — Пе-ре-стань-те!
Он опустился на землю, судорожно отдуваясь и встопорщив перья.
— Есть хочу! — жалобно сообщил он.
— Это прекрасно, но при чем тут я? — холодно спросил Тайлон. — Давайте мыслить логически…
Продолжить ему не удалось. Глаза Орла подернулись белесоватыми пленками, голова бессильно упала, стукнув клювом о камень.
— Вот тебе раз, — удивился Тайлон. — Неужели я его до смерти заговорил? Ведь только-только во вкус вошел. Крошка…
Он обернулся, разыскивая Крошку Енота. Тот сидел на задних лапах, мерно раскачиваясь и бессмысленно глядя остекленевшими глазами прямо перед собой. Тайлон, встревожившись, подергал его за усы. Крошка Енот очнулся, ошалело крутя головой, тяжело задышал.
— Пошли-ка побыстрее, пока он не очнулся, — предложил Тайлон, но тут же остановил бросившегося валкой рысью Крошку Енота. — Постой, постой…
Он подошел к лежащему без чувств Орлу, взъерошил перья на груди и с удовлетворением отметил: живой.
Похлопал Орла по щекам. Приоткрылся мутный глаз со слезой.
— Уже? — слабым хриплым голосом спросил Орел.
— Уже, уже, — успокоил Тайлон и намеренно грубо продолжил: — Жрать хочешь?
— Да, — выдохнул Орел.
— Тогда смотри. — Упираясь обеими руками в холодный клюв, Тайлон с трудом повернул огромную голову.
— Вижу, — послушно согласился Орел.
— Целых шесть лошадей! Совершенно не мыслящих и не строящих никаких силлогизмов по первой фигуре, что абсолютно адекватно…
Глаза Орла опять закатились.
— Надо же, — с досадой произнес Тайлон. — Хищник, а какая слабая нервная система. Стыдно.
Он дунул Орлу в ноздри. Тот, постанывая от натуги, упираясь крыльями в землю, кое-как поднялся.
— Я с неизбывным удовольствием буду вспоминать нашу встречу, — полузадушенным шепотом вымолвил он. — Но, если мыслить логически… Век бы тебя не видел! — энергично, с чувством закончил Орел.
Тайлон беззвучно хихикнул.
Орел несколько раз, пробуя, неуверенно взмахнул крыльями, потом подпрыгнул и полетел.
— Мы еще встретимся, — донеслось сверху.
— Ты с ним хочешь встретиться? — спросил Тайлон Крошку Енота. — Вот и я не хочу… Ладно, двинулись. А то смотри, солнце уже садится, а впереди болото. Но все равно кое-кому я не завидую…
Низкие серые тучи, подгоняемые сильным ветром, стремительно неслись на Тайлона. Не долетев нескольких десятков шагов, натыкались на невидимую преграду и взлетали вверх чудовищным фонтаном.