Что ж, раз вы так решили сказала Аврора. К счастью, мы поедем туда ещё не так скоро.
Но, когда события сменяют друг друга одно за другим, время летит быстро. Сначала сильно похолодало, и все кустики и деревца, в точности как говорил папа, покрылись инеем, потом сразу же наступила настоящая зима и Аврора встала на лыжи, потом мама с папой поссорились из-за пианино: папа хотел забрать его с собой в Нурланн, а мама настаивала, чтобы оно оставалось в Тириллтопене и ждало, когда они вернутся обратно. В этом споре победил папа. Он сказал, что пианино всегда, с самого его раннего детства, было его добрым другом и уже успело подружиться с Авророй и даже с Сократом, который привык бить по его басовым клавишам. В результате пианино вместе с папиной и маминой кроватями, садовой скамейкой, столом и стульями поехало в Нурланн, Аврора с папой и Сократом провожали мебель на пристань и видели, как большой кран поднимал её вверх и укладывал в грузовой трюм. Гостиная после этого стала такой пустой и вроде бы незнакомой. Аврора с Сократом ходили по ней и кричали, звуки так непривычно раздавались в комнате, когда из неё убрали все вещи, но потом со своей поклажей и Аннет в неё въехал дядя Бранде. Их поклажа оказалась чуточку странной: вся мебель дяди Бранде состояла из одного стула; его он привёз для того, чтобы Аннет было на чём сидеть, ведь у неё скоро должен был родиться ребёнок, и дядя Бранде всё время ухаживал за ней как только мог. Остальные вещи молодой пары состояли из старинной колыбели и целой горы досок, потому что дядя Бранде собрался мастерить свою мебель сам.
Хорошо, что Аннет переехала к ним из своего летнего домика, ведь всего через несколько дней её отвезли в больницу. Вскоре дядя Бранде появился у них ранним утром и всех разбудил.
В чём дело? проворчал папа. Аннет уже родила?
Ну конечно! воскликнул дядя Бранде.
Мальчика или девочку? спросила мама.
Обоих. Представь себе, Аврора! У нас близнецы. И мы стали большой семьей. А одёжка-то только на одного, озабоченно добавил дядя Бранде.
Впрочем, особых забот это не доставило. Чуть ли не все жильцы корпуса «Ц» порылись в своих комодах и принесли дяде Бранде одёжек не на одного, а на трёх младенцев!
Чуть позже в тот же день дядя Бранде сказал:
Пойду-ка я и куплю к Рождеству ёлку.
Новорождённые уже водят хоровод? удивилась Аврора.
Нет, конечно, сказал дядя Бранде. Но пусть лежат и поглядывают на неё, зелёную. Мне очень хочется, чтобы они полюбили лес. Вы только представьте себе, как мы, когда они вырастут, пойдём вчетвером в горы.
А когда они к нам переедут? спросила Аврора.
Через шесть дней.
Подумай, Сократик, сказала Аврора, здесь появятся сразу два младенца.
Сократ будет катать младенцев.
Нет, нет, сказала Аврора, они будут лежать в колыбельке, они ведь такие маленькие, и мы будем их пеленать и купать.
Шесть дней пролетели быстро, и теперь, когда заботы с переездом стали занимать папу меньше, он стал задумываться о Рождестве. Он, Аврора, Сократ и мама стали решать, что они подарят своим знакомым.
У нас отложено на подарки сто крон, сказал папа, и, если раздавать подарки всем, кого мы знаем, ничего дорогого мы купить им не сможем.
Мы подарим подарки бабушке и её восьмерым внукам, сказала Аврора, и ещё Биттелиттен. Её мама говорит, что Малышка боится отходить от своего корпуса, хотя скоро с новым местом освоится, но тогда я уже отсюда уеду.
А когда ты вернёшься сюда из Нурланна, Биттелиттен уже пойдёт в школу, и, может быть, вы будете ходить в неё вместе, сказал папа.
Ага, и ещё Нюсси. Что мы подарим Нюсси, папа?
Нашу фотографию.
И напишем на ней: «На память об Авроре», предположила она.
Это звучало бы чересчур печально, улыбнулся папа. Лучше напишем: «Дорогой Нюсси, чтобы она нас не забывала. Привет от Авроры и всей семьи».
Звучит хорошо, одобрила Аврора.
В день выписки Аннет из больницы они все потрудились на славу. Они всё мыли, убирали и украшали. В ванной установили столик для пеленаний. На нём пеленали Сократа, когда он был маленький. А теперь Сократ стоял вместе с Авророй и на него глядел.
Ты здесь лежал, когда был младенцем, сказала Аврора. Но теперь ты уже большой.
Ты тоже лежала на нём, Аврора, заметил папа. Надо же, как быстро летит время! Я уже почти не помню, какими маленькими бывают новорождённые.
Долго ему гадать не пришлось, через час они уже прибыли. Дядя Бранде одолжил у семьи Теге их синюю машину, и он вместе с Аннет и двумя младенцами занял в ней все места.
Наконец они поднялись наверх. Аннет несла одного младенца, а дядя Бранде второго, и пока они шли по коридору, в нём открывались многие двери и жильцы их приветствовали. Скоро оба младенца уже лежали в колыбели: один головой в одну сторону, другая в другую, а дядя Бранде покачивал их обоих сразу, чем был ужасно доволен.
Сократ пристально посмотрел на новорождённых, потом засмеялся и снова на них посмотрел, он ещё никогда не видел таких маленьких людей, а тут увидел их сразу двоих.
Позже в тот же день, когда их пеленали, ему и Авроре позволили на этот процесс взглянуть. Сократ не проронил ни единого слова, он только стоял и смотрел, а Аврора давала всем советы, она ещё хорошо помнила, как пеленали Сократа.