Например, нежелание пророка Ионы идти к ниневитянам объясняется не его личной трусостью или ленью, а тем, что ас-сирийцы были врагами евреев и представляли собой реальную угрозу Израильскому царству. Пророк Иона понимал, что если он будет проповедовать покаяние ниневитянам, то Господь простит их и они когда-нибудь завоюют Израиль (что и произошло). Поэтому он бежит, надеясь, что Господь уничтожит Ассирию и его родина будет спасена.
Иногда без знания древней истории и дополнительных источников вообще невозможно понять библейский текст. Например, в Первой книге Царств (11:2) царь аммонитян Наас говорит жителям заиорданского городка Иависа: «я заключу с вами союз, но с тем, чтобы выколоть у каждого из вас правый глаз». Здесь он выступает как жестокий, но прагматичный политик. По-видимому, жители Иависа метко стреляли из лука. Выколотый правый глаз не позволил бы им целиться. Почему был выбран именно город Иавис, объясняется древним свитком, обнаруженным в Кумране. Там эта история рассказана несколько подробнее: Наас подчинил себе всё Заиорданье, но те евреи, которые не смирились с жестоким режимом Нааса, убежали в Иавис, и он стал оплотом мятежников[24].
У многих читателей Нового Завета возникает путаница с именем «царь Ирод» и с тем, сколько их было. Христос родился во время правления Ирода Великого. Сын Ирода, Ирод Антипа, был правителем Галилеи и Переи территорий, на которых прошла большая часть служения Иисуса Христа и Иоанна Крестителя. Это был правитель, обезглавивший Иоанна Крестителя и судивший Христа перед смертью. Ирод Агриппа I описывается как гонитель Церкви в 12-й главе книги Деяний, а Ирод Агриппа II слушал свидетельство св. ап. Павла (Деян. 26 гл.) перед тем, как его отправили в Рим. на суд кесаря[25].
Во-вторых, между современной цивилизацией и библейской лежит огромная культурная пропасть, а каждый человек воспринимает реальность сквозь призму своей культуры и особенностей личного опыта.
Вот лишь несколько примеров того, как знание особенностей культурных традиций помогает лучше понять библейский текст.
Например, в Ин. 2:1 сказано, что брак в Кане Галилейской был на третий день, т. е. во вторник. Указание на вторник напоминает об иудейском обычае играть свадьбы именно в этот день, т. к. именно в третий день творения Бог сказал «хорошо» два раза, а не один (Быт. 1:9-13).
В притче о блудном сыне сказано, что «когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его» (Лк. 15:20). В Древнем Израиле почтенные люди не бегали: они носили длинную одежду, и отцу нужно было задрать ее, чтобы побежать, а это было неприлично. Но всё это для отца ничто в сравнении с той радостью и любовью, которую испытывал он по отношению к сыну.
В течение многих лет толкователи Библии не могли объяснить, почему до рождения Исаака наследником Авраама выступал Елиезер из Дамаска (Быт. 15:2). Теперь же из древних текстов, найденных в городе Нузи, стало известно, что согласно правовой норме, существовавшей во времена патриархов, собственность не отчуждалась и имела место законная практика усыновления. Бездетные супруги могли усыновить кого-либо со стороны как своего наследника; такая практика засвидетельствована примерно с 20001500 гг. до Р. X. Однако если впоследствии рождался первенец, приемный наследник занимал второе место[26].
Странная на первый взгляд история о том, как Рахиль украла «домашних богов» своего отца (Быт. 31:34), теперь вполне понятна на основании изложенного в текстах Нузи закона, который провозглашал, что если такими идолами обладает муж жены, то тем самым мужу гарантируется право вступить во владение собственностью тестя[27]. Поскольку Лаван, после того как он настиг Иакова и его домашних, не смог завладеть украденными домашними богами, он, быстро заключив с Иаковом союз, который обязывал обоих не пересекать условленную границу, сохранил тем самым за своими сыновьями право наследования (Быт. 31:4854).
Незнание культурной обстановки иногда не позволяет понять нюансы библейского текста. Например, в современном обществе мужчины и женщины могут беспрепятственно общаться друг с другом и поэтому почти не обращают внимания на те эпизоды в Евангелиях, когда Христос разговаривал с женщинами. Апостолы, когда увидели Его разговаривающим с самарянкой, были изумлены не тому, что Он общался с кем-то из Самарии, а тому, что Он разговаривал с женщиной (4:27). Удивление их было связано с тем, что, по убеждению раввинов, учить женщин было пустой тратой времени. Один раввин даже сказал следующее: «Словам Закона лучше быть преданным огню, чем отданным в руки женщины»[28].
В современном обществе женщины получают образование наравне с мужчинами. Но читающий Евангелия в первом веке был бы поражен, услышав, как Христос объясняет Марфе, что Мария, оставив кухню и сев у его ног, избрала лучший путь (Лк. 10:3842). Когда одна из женщин говорит Христу: «Блаженно чрево, носившее Тебя, и сосцы, Тебя питавшие!» (Лк. 11:27), ее слова отражают представление о том, что женщины обретали величие или блаженство, выходя замуж за великого мужа или родив великого сына. Она прославила Христа, похвалив Его Мать. Христос же утверждает, что женщины могут быть блаженны сами по себе: «Блаженны слышащие слово Божие и соблюдающие его» (Лк. 11:28). Большинство представителей современного общества не замечают радикализма этих отрывков, потому что им неизвестна культура того общества.