Всего за 399 руб. Купить полную версию
Отношения эти не всегда были гладкими, несмотря на взаимную заинтересованность лидеров. 23 декабря 1958 года, выступая в Порт-Саиде, Насер обрушился на сирийских коммунистов, обвинив их в том, что они выступают против арабского национализма и арабского единства. Он назвал эту позицию реакционной, смыкающейся с политикой сионистов.
Через месяц ему ответил Хрущёв. Выступая 27 января 1959 года на XXI съезде КПСС, он заявил, что неверно обвинять коммунистов в том, что они выступают против национальных интересов арабских народов. И добавил: «Наивно также приравнивать коммунизм к сионизму».
В течение 1959 года руководители СССР и ОАР обменивались пространными посланиями, доказывая свою правоту, защищали в интервью свою позицию. Хрущёв не поехал в Египет на церемонию начала строительства высотной Асуанской плотины, состоявшуюся 9 января 1960 года. А вскоре, на приёме в одном из посольств, он, по словам М.Х. Хейкала, сказал: «Мы забыли нашу ссору с Египтом. Всё это было недопониманием и пустой тратой времени»[5].
В дальнейшем отношения развивались ровно, о чём свидетельствуют встречи двух лидеров в Нью-Йорке в сентябре 1960 года. Летом следующего года правительство Египта начало наступление на крупную буржуазию, не желавшую вкладывать деньги в индустриализацию. Это привело к развалу ОАР и выходу в сентябре из неё Сирии. Оказалось, что прав был Хрущёв, не поддержавший объединение двух государств, потому что «Сирию стали подстригать под египетскую гребёнку», а не Насер. Оба этих крупных события произвели впечатление на египетского президента и сблизили его позицию с позицией Хрущёва.
Апогеем отношений двух лидеров стал визит Н.С. Хрущёва в Египет в мае 1964 года для участия в церемонии перекрытия Нила. Это была длительная поездка, во время которой он не раз встречался с Насером и другими руководителями страны. Обширные официальные документы об этой поездке были вскоре опубликованы[6], так что нет смысла включать их в сборник. О визите рассказывают отрывки из книги Хейкала и воспоминаний Хрущёва.
В сборнике не нашли отражения тесные и разнообразные советско-египетские отношения того периода, кроме тех, что упоминаются в публикуемых документах и материалах. Такая задача и не ставилась. Но эти отношения во многом определялись лидерами двух государств Никитой Сергеевичем Хрущёвым и Гамаль Абдель Насером. Им и посвящена эта книга.
В.В. Беляков.
Вместо введения
«Мы поддерживали политику Насера»
Из воспоминаний Н.С. Хрущёва
Хочу записать о Египте, об отношениях с египетским государством и новым руководством, которое пришло к власти после революции, совершённой молодыми офицерами египетской армии и возглавляемой Насером и Амером.
Я уже говорил, что Фарук, король Египта, обратился к Сталину с просьбой продать ему оружие, которое он хотел приобрести для организации борьбы против колониальных английских войск, расположенных в Египте. Сталин отказал. Не помню, какой был дан ответ, но в кругу, в котором было высказано отношение Сталина к этой просьбе, говорили, что он сказал так: «Нет, не стоит нам вмешиваться в это дело, потому что Египет сфера Великобритании. Поэтому не нужно». И он отказал. А потом был день рождения королевы, или ещё какой-то повод был, и Сталин велел послать соболиную накидку для королевы Египта.
Это я говорю о том, как мы относились к Египту. Это не значит, что мы не хотели помочь. Нет. Наоборот, мы хотели, чтобы египетский народ как можно раньше освободился от колониальной зависимости. Это было в интересах египетского народа, советского народа и всего прогрессивного человечества. Но видимо Сталин считал, что мы на то время, когда Фарук обратился с просьбой, не чувствовали себя достаточно сильными, чтобы оказать помощь оружием, и я думаю король имел в виду сделать это секретно. Но какой может быть секрет из доставки оружия в страну, где расположены английские войска. Это секрет, который будет сейчас же известен тому, от кого держат в секрете.
После первого переворота Насер и Амер, по-моему, не заняли ведущего положения. Тогда возглавил правительство какой-то генерал, не помню его фамилии[7]. И он придерживался, с нашей точки зрения, прогрессивного направления. Он был за то, чтобы изгнать англичан из Египта, но чтобы сохранить в стране капиталистические устои, которые создавались и развивались в Египте. Не помню, сколько продолжался такой период времени, но офицерство свергло этого главу правительства[8].
В первое время после переворота и прихода к власти полковника Насера мы не могли определить, какое направление во внешней и внутренней политике будет взято новым руководством. Мы склонялись к тому, что это, видимо, один из военных переворотов, к которым мы уже привыкли по Южной Америке и ничего особенного от него не ожидали. Да у нас другого выхода не было, как ожидать, какое направление будет взято этим новым правительством.
Не помню сейчас, когда это было по времени, через какой промежуток после переворота, но к нам обратились египтяне с просьбой оказать им помощь оружием. Что они серьезно думают предпринять меры по вытеснению английских войск из Египта, а для этого нужно иметь свою армию, иметь оружие. Мы решили оказать такую помощь. Я сейчас просто не помню, на какой основе была оказана эта помощь, но думаю на коммерческой основе: не по полной стоимости, а по льготной цене. Сколько такого оружия мы продали, тоже не помню, но видимо это было стрелковое и артиллерийское вооружение. Не думаю, чтобы туда входила авиация[9].