Видал? спросил Михалыч, деловито закапывая пиво в снег.
Как два маленьких мураша, мы уселись на площадку из ржавой арматуры и немедленно принялись болтать ножками над двадцатиметровой ну почти бездной, на дне которой в воде плавали льдины.
Михалыч! Вот как это вообще можно было построить? А? Я тебя спрашиваю!
В гранитной, заметьте, товарищ майор, скале!
Ну. В гранитной скале. Это же как будто титаны какие-то делали!
Ага. Узбеки это делали, с киргизами, в основном. И прикинь, мало им было, что они хуйню эту в скале выгрызли, так они ещё и барельеф Ленина сверху заебашили. Восемь! Метров! В диаметре! Вот что это?
Воинская доблесть, я считаю! Мол, смотрите, супостаты, именно здесь наши лодки и спрятаны, попробуйте достаньте!
Ага. А подводники тут такие гуляют по стапелям, ну чаи там распивают, в гости друг к дружке ходят, курят и карандаши точат, а за дверью ад и полный пиздец человечеству. А потом выходят, когда у всех уже снаряды кончились, и начинают хуярить энд ебашить из всех калибров по врагам революции!
Зачем? Вот в чём вопрос.
Что зачем?
Ну уничтожать остатки человечества? Ради чего?
Ну как. Чтобы знали, блядь!
А сами потом что они делать станут, эти героические, но теперь уже ужасно одинокие подводники?
Ну здрасьте. Поплывут потом в Африку какую, где сохранились остатки родово-племенных строев, построят там себе гору Олимп и начнут возрождать, так сказать, человечество. С негритянками, например.
Они ж там все страшные наверняка, негритянки-то эти в племенах.
А что делать, Эдуард Анатольевич! Не для удовольствия же, а для возрождения разумной жизни на планете! Вот на твоих «Акулах» как всё планировалось?
А примерно так всё и планировалось. Чуть что «Акулы» сразу под лёд и шоркаются там полгода, а потом: «Здрасьте, господа империалисты, мы не видим ваших высоко поднятых от восторга рук!»
А прожекты были у вас там такие, как этот, безумные по широте своего размаха?
Был, Михалыч, один. Ракеты же на «Акулах» твердотопливные. Они точные, безопасные и с огромной дальностью полёта. Но. Возник один нюанс больно уж они большие получились. Всякие там америкосы, чтоб не париться особо, клепают свои «стратеги» десятками и пасут их всё время недалеко от наших берегов. Случись что, неизвестно ещё кто кого, то ли наши противолодочники с летунами их, то ли они нас. Как повезёт, в общем. Ну и хули тогда? Подумали наши полководцы построим большие лодки, делов-то? Автономность им рассчитаем на сто двадцать суток, по двести боеголовок на каждую запихнём и под лёд их, шельмецов, запустим. А пусть-ка попробуют там с ними побороться! А то на чистой воде и дурак сможет, а подо льдом каждая «Акула» как папа будет! И построили ведь! Шесть, Михалыч, корпусов умножаем на двести, итого выходит: тысяча двести боеголовок с индивидуальным наведением каждая сидели бы подо льдом и ждали своего часа.
Грандиозно, да.
Несомненно. Но понимаешь, Михалыч, ракеты же на лодки грузить чем-то надо. Большие ракеты большой кран нужен. Один такой есть в Северодвинске на «Звёздочке» и И всё. И вот стали они кран строить прямо в губе Нерпичья, где «Акулы» базировались. Вот можешь ты себе, Михалыч, представить самый большой по твоему, сундуковскому разумению, кран?
Могу!
Представляй.
Представил.
А теперь увеличь его в два раза ввысь и вширь. Увеличил?
Ага. Это же, блядь, в голове не укладывается!
Ну вот. Как они его туда привезли, это науке неизвестно. Привезли, собрали, построили подстанцию для него с бесперебойным и автономным питанием, ну домов там наставили для обслуживающего персонала, может, даже садик какой со школой замутили и начали вести ветку железной дороги от Мурманска до этого крана.
Провели?
Не, километров восемь или десять не дотянули. Оказалось, что в то место, где стоит кран, «Акула» подойти не может, потому что река Западная Лица постоянно наносит туда ил, глину и песок. И как будто мало этого, но по загибам железной дороги ракету подвезти невозможно. Не знаю, расстреляли кого за это дело или повесили, но забросили проект в девяностопятипроцентной готовности. Так вот и стоит, Михалыч, этот кран с этим мини-посёлком, только железную дорогу всю на металл растащили.
Охуеть.
Ну.
По пиву?
Мы вышли на солнышко и, щурясь под его лучиками, стали потягивать холодненький напиток, молчали какое-то время. Я осиливал тоннель, а Михалыч кран.
Провели?
Не, километров восемь или десять не дотянули. Оказалось, что в то место, где стоит кран, «Акула» подойти не может, потому что река Западная Лица постоянно наносит туда ил, глину и песок. И как будто мало этого, но по загибам железной дороги ракету подвезти невозможно. Не знаю, расстреляли кого за это дело или повесили, но забросили проект в девяностопятипроцентной готовности. Так вот и стоит, Михалыч, этот кран с этим мини-посёлком, только железную дорогу всю на металл растащили.
Охуеть.
Ну.
По пиву?
Мы вышли на солнышко и, щурясь под его лучиками, стали потягивать холодненький напиток, молчали какое-то время. Я осиливал тоннель, а Михалыч кран.