Всего за 319 руб. Купить полную версию
Голая малолетка, убегающая от взрослых мужчин по одной из самых оживленных улиц Лос-Анджелеса, не осталась незамеченной, и через несколько часов городская полиция явилась в адский дом вместе с девочкой, чтобы опознать нападавших. На улицу вывели всех, кроме Акселя, который спрятался за оборудованием вместе с другой девушкой. «Пока копы пристают ко всем на улице со своими тупыми вопросами, мы с ней оказались за усилителем и начали трахаться, позднее хвастался он. Это был кайф! Мне все сошло с рук! Это было потрясающе».
Полицейские уехали, предупредив ребят, что Акселю нужно сдаться. За несколько дней логово несколько раз обыскивали. Музыкантам сказали, что девочка и ее родители подают иск об изнасиловании несовершеннолетней (по закону несовершеннолетние считаются неспособными дать согласие на половой акт) в адрес Акселя и Слэша. Ходили слухи, что адский дом находится под наблюдением полицейских под прикрытием, а также департамента полиции Лос-Анджелеса. Несмотря на браваду Акселя, когда угроза пятилетнего тюремного заключения стала реальностью, они со Слэшем быстро ретировались с места преступления. Слэш скрывался в квартире, где Стивен жил с новой девушкой Моникой, работавшей стриптизершей в «Seventh Veil» и с которой, по заявлению Слэша, у них со Стивеном были «отличные тройнички», а Аксель спал на улице в Западном Голливуде, на парковке у «Tower Records», и ходил в туалет на заправках и в дешевых ресторанах.
Теперь группа боялась давать концерты, потому что Акселя и Слэша могли арестовать прямо на выступлении. Друзья отменили концерт в «Music Machine» и больше ничего не планировали. В отчаянии Слэш позвонил Викки Гамильтон, которая когда-то была их промоутером/менеджером, и умолял ее взять Акселя к себе на несколько дней. У Викки была однокомнатная квартира в доме 1114 по Норт-Кларк-стрит, которую она снимала на деньги, полученные за сотрудничество с все более знаменитой группой Poison. Она жила вместе с нуждающейся подругой Дженнифер Перри, работала агентом в продюсерской компании «Silver Lining Entertainment» и помогала ребятам из Guns N Roses на специальных условиях. (Еще до адских гастролей она «работала на группу 24 часа 7 дней в неделю, поэтому ребята часто заходили просто поздороваться».) Эта договоренность прошла проверку на прочность, когда Аксель оказался в бегах.
«Мне позвонил Слэш, рассказывала Викки, и спросил, можно ли Акселю пожить у меня, и я спросила, зачем. Слэш ответил: «Это очень важно его ищут копы». «Почему они его ищут?» «У нас в комнате была девочка, и, похоже, они занимались сексом, а потом Аксель рассердился и выставил ее за дверь без одежды, а она пошла в полицию и заявила, что он ее изнасиловал». Я была ошеломлена и не знала, что сказать. Слэш почти умолял, так что я ответила: «Окей, но только на несколько дней». Через считаные минуты Аксель вошел с пластиковым мешком для мусора и маленьким чемоданчиком, где были все его пожитки.
«О, боже мой Спасибо огромное, Викки, ты спасла мне жизнь», сказал он. Я спросила, что произошло, но он почти ничего не сказал, кроме: «Вышло очень глупо, с девчонкой Это больше не повторится», пообещал Аксель. Больше я ничего от него не узнала. Все, что я слышала о том происшествии, были только слухи».
Эпоха адского дома подошла к концу. В течение следующих нескольких месяцев крохотная квартирка Викки превратилась де-факто в место временного проживания и штаб-квартиру Guns N Roses, Аксель со Слэшем обосновались в малюсенькой гостиной (по крайней мере, пока Аксель не шатался по темным кабинкам в «Rainbow», куда его снова стали пускать), а остальные музыканты постоянно собирались здесь на военные советы. Викки даже нашла Акселю адвоката, чтобы тот представлял его интересы в деле об изнасиловании.
Как она напишет позднее в своих мемуарах под названием «Appetite for Dysfunction», через несколько месяцев такой жизни, «квартира выглядела так, как будто по ней прошелся ураган. Повсюду были коробки от еды из «Макдоналдса», окурки, тычки от сигарет и пустые бутылки из-под алкоголя. На подоконнике в кухне стояла банка майонеза, так как у меня все еще не дошли руки купить холодильник. Кто-то из моих соседей оставил записку на окне: «Ребята, не ешьте этот майонез. Вам будет плохо. Его нужно хранить в холодильнике». Утром я просыпалась и переступала через тела в спальных мешках, чтобы сходить попить. Большую часть времени с ними в мешках был еще кто-то, потому что было слышно, как они занимаются сексом. Хуже всего была ванная. На стенах были синие и черные разводы от краски для волос Слэша и Иззи. На самой ванной был налет неизвестного происхождения. Его нельзя было очистить даже пескоструйным аппаратом. Я взяла в привычку брать с собой в душ мусорный мешок, чтобы стоять на нем, пока моюсь».
Викки вспоминает, что, хотя в квартиру несколько раз приходила полиция, и они много разговаривали по телефону с адвокатами, обвинения в изнасиловании в тот период были сняты. Дело против Слэша дошло до суда, но затем слушание отменили. Акселю все-таки пришлось найти костюм и появиться в суде, но это дело тоже закрыли из-за отсутствия весомых доказательств. Когда слухи о суде разошлись по Стрипу, вместо того, чтобы разрушить репутацию группы, они только пошли Guns N Roses на пользу, создав им образ рок-н-ролльщиков вне закона, которым все по барабану, какими только притворялись большинство других групп. Ходили даже слухи, что обвинения сняли, когда Аксель переспал с матерью пострадавшей девушки. Казалось, никого вообще не беспокоит, что 15-летняя девочка пережила трагический опыт, каким бы он ни был. Наоборот токсичный адский дом вырабатывал энергию славы. Как только угроза тюрьмы начала отступать, парням удалось сыграть на этих событиях, и они напечатали рекламу со словами «Пожертвуйте деньги в фонд спасения Guns N Roses от тюрьмы».