Всего за 40 руб. Купить полную версию
Из воспоминаний полковника милиции В. М. Плотника:
«Сразу же кинулись в указанное отделение связи. А там огорошили: перевод уже получен. Кем? Оказывается, неким Глазковым. Но почему им, а не тем, на чье имя перевод? Объяснили: у некого Глазкова имелась на руках доверенность, оформленная честь честью. И есть печать? Ответили: разумеется. Более того, сказал главный почтовик, на доверенности стоит подпись самого начальника райотдела милиции Шестакова. Не может быть! Оператор, выдавшая деньги, хмыкнула: смотрите сами. Тут же Шестакова к начальнику УМГБ. Комиссар только и спросил: как ты мог, капитан?!»
А тем временем Глазкова нашли и задержали. Оказался обычным вокзальным бродягой.
«А чего? Удивился тот. Подошел культурный такой мужик, из интеллигентных. Сказал, что паспорт выкрали с деньгами. Дальше ехать не на что. Пришел на почту перевод. Получишь, сказал, червонец твой. Не дурак, чтобы от такой лафы отказаться. Четыре пузыря это вам не фунт изюма. Спросили бродягу: видел ли он мужика до того или после получения перевода? Ответил, что не видел».
Выдержка из шифровки, поступившей в УМГБ:
«По имеющимся сведениям разведчик, потерявший партнера и оказавшийся в затруднительном положении, может пойти на контакт с агентурой, находяйщейся на длительной консервации. Возьмите под наблюдение:
а) Черемисов Макар Семенович, завербован Абвером в 1942 году, когда находился в плену у немцев, и заброшен на Урал без определенного задания, с целью вживания в окружающую обстановку, в настоящее время работает на механическом заводе и живет в Невьянске;
б) Серегина Наталья Алексеевна, бывшая фронтовая подруга майора Серегина Бориса Алексеевича, впоследствии ставшая его законной женой, в сорок пятом году была завербована американской разведкой, муж, будучи комендантом одного небольшого немецкого городка Зальцбург, демобилизовался и вместе с женой вернулся на свою историческую родину, на Урал, в настоящее время Серегин работает редактором газеты, а его жена дежурной по станции Свердловск-Сортировочный, заданий пока не получала, о том, что его жена была завербована, муж не знает».
Из воспоминаний полковника милиции В. М. Плотника:
«Прошла еще одна тревожная неделя. Обнаружить разведчика не удавалось. И однажды возле кинотеатра Октябрь капитан Шестаков (оказалось, он по собственной инициативе вел свой поиск) нос к носу столкнулся со старым знакомым. Мер к задержанию принимать не стал, а сообщил по назначению: объект обнаружен. Комиссар Чернышев приказал всем своим подчиненным: не брать, но пасти неусыпно и днем, и ночью. Чтобы не имел ни минуты покоя. Зашел в столовую, чтобы перекусить, напротив за тот же столик должен сесть милиционер в форме; прилег ночью на садовую скамейку, чтобы вздремнуть, тут же должен появиться опять же милиционер. Разведчик понял, что с ним органы просто-напросто играют, как играет кот с мышкой. Долго подобную неопределенность он выдержать не мог. И однажды пришел и сдался, предоставив всю шпионскую амуницию».
Странным мне показалось, что не воспользовался ампулой с ядом. Этот вопрос перед ним поставят. Он ответит:
Собирался, но духа не хватило. Жить очень хотелось.
Интересно, а какова судьба Черемисова и Серегиной? Мне ответил полковник милиции В. М. Плотник:
Несколько лет оба по-прежнему находились на консервации, не подозревая, что находятся под наблюдением чекистов. Наконец, Серегину пригласили в УМГБ, где она дала признательные показания, но поскольку заданий не выполняла и ущерба безопасности страны не нанесла, а также, учитывая то, что прошло достаточно много времени, к уголовной ответственности привлекать не стали. Однако коммунисту Серегину, мужу ее (за утерю бдительности) пришлось оставить пост редактора.
Я спросил:
А что с Черемисовым?
В. М. Плотник усмехнулся.
У него судьба иная. Черемисов продолжал ударно трудиться на заводе, но однажды к нему пожаловали гости, потребовавшие выяснить, что за объект строится ударными темпами в районе Верх-Нейвинска. Задание выполнил. Возможно, получил сведения не без помощи чекистов. Во время передачи секретной информации американскому дипломату был задержан, осужден.
Вячеслав Михайлович, неужели шпион это сын Томилиных?
Нет, конечно. Данные о погибшем их сыне каким-то образом стали известны американской разведке. Воспользовались, одним словом.
От себя добавлю. Интерес ЦРУ продолжало проявлять к лагерю «100», но, насколько мне известно, все последующие попытки закончились также провалом.
В этом номере (1990 год) впервые был опубликован очерк «ШПИОНАМИ НЕ РОЖДАЮТСЯ», который впоследствии был положен в основу документальной повести «ВОСКРЕСШИЙ ИЗ МЕРТВЫХ».
Первый номер областной газеты, увидевший свет в ноябре 1989 года. Геннадий Мурзин работал вплоть до закрытия в должности редактора отдела социально-политических проблем. Главным редактором бессменно был Вячеслав Михайлович Каменщик, полковник милиции.
Первый номер областной газеты, увидевший свет в ноябре 1989 года. Геннадий Мурзин работал вплоть до закрытия в должности редактора отдела социально-политических проблем. Главным редактором бессменно был Вячеслав Михайлович Каменщик, полковник милиции.