Всего за 499 руб. Купить полную версию
Во многих аспектах писательства все зависит от контекста, и передача эмоций не исключение. Без соответствующего контекста читатели не могут быть уверены, что именно чувствует герой. О чем свидетельствуют беспокойные пальцы о восторге, нервозности, неловкости или нетерпении? Даже если прибавить учащенное сердцебиение, количество вариантов не уменьшается. Выпавший фрагмент, необходимый читателю, это ответ на вопрос почему: «Почему персонаж так себя ведет?» Соответствующий контекст отвечает на этот вопрос, причем часто посредством мыслей и высказываний персонажа.
Когда человека охватывает сильная эмоция, он обычно не мыслит в терминах этого чувства. Счастливый человек не думает о себе: «Я так счастлив!» поскольку и так это знает. Он думает о причине счастья например, мысленно считая дни до приезда любимого человека или припоминая недавний звонок из администрации колледжа.
Физические реакции показывают, какая эмоция имеет место, а мысли почему она возникла. И то и другое должно присутствовать, чтобы написанное имело смысл.
Перекос в сторону диалога или мыслей героя
Поскольку научиться описывать невербальную коммуникацию труднее, вполне естественно, что некоторые писатели этого избегают, предпочитая полагаться скорее на мысли или диалог для выражения чувств персонажа. Однако чрезмерный акцент как на одно, так и на другое порождает проблемы.
Что?.. Вы уверены? спросил я.
Никаких сомнений, ответил мистер Бейкер. Вы шли ноздря в ноздрю до самого конца, но в итоге ты вырвался вперед. Поздравляю, Уильям!
Просто не верится, сказал я. Лучший на потоке! Я так счастлив!
Выбор слов важен для выражения эмоций, но лишь до определенного предела. Далее писателю остаются лишь неэффективные методы например, сообщать читателю, что испытывает персонаж (Я так счастлив), и множить восклицательные знаки, чтобы передать накал чувств. Если диалог не прерывается никаким действием, то выглядит неестественным.
В то же время передача эмоций исключительно посредством мыслей столь же проблематична.
Мой пульс подскочил, наверное, до 160 ударов. Получилось! Я лучший на потоке! Я был уверен, что Натан вырвется вперед: он феноменально проявлял себя в физической лаборатории и практически не покидал университетских стен весь месяц, словно привидение, днюя и ночуя в библиотеке.
Я стиснул мистера Бейкера в объятиях. Позже мне еще придется краснеть за этот момент, но сейчас плевать! У меня получилось! На-ка, выкуси, Натан Шустерман!
Формально в этом примере все нормально. Телесные сигналы как внутренние, так и внешние присутствуют. Читателю ясно, что Уильям в восторге. Однако все выглядит ненастоящим. Почему? Потому что этот монолог настоятельно требует вербального взаимодействия с другими людьми. Мистер Бейкер присутствует здесь же и, очевидно, разговаривает с Уильямом. Прийти в такой восторг и не сказать ни слова это как-то странно.
Внутренний диалог важная часть любого повествования. Во многих сценах и сценариях уместен один или несколько абзацев размышлений. Приведенная выше к их числу не относится. В этой сцене в большинстве сцен эмоции гораздо эффективнее передаются через сочетание диалога, мыслей, голосовых признаков и языка тела.
Мой пульс подскочил, наверное, до 160 ударов. Я едва слышал его, захваченный слишком живым, разыгравшимся от недосыпа воображением.
Никаких сомнений, ответил мистер Бейкер. Вы шли ноздря в ноздрю до самого конца, но в итоге ты вырвался вперед. Поздравляю, Уильям!
Я осел в кресло; заскрипела кожаная обивка. Лучший на курсе. Как мне удалось обойти Натана, который не покидал университетских стен целый месяц, словно привидение, днюя и ночуя в библиотеке? Не говоря уже о высшем балле по физике.
У меня получилось, выдохнул я.
Мистер Бейкер поднялся, чтобы пожать мне руку. Я вскочил и стиснул его в объятиях, оторвав от пола. Потом мне придется краснеть за этот момент, но сейчас плевать!
У меня получилось. На-ка, выкуси, Натан Шустерман!
Я знал, что ты на это способен, сказал он сдавленным голосом.
Выражая эмоции персонажей, меняйте изобразительные средства, используя как вербальные, так и невербальные приемы для максимального воздействия.
Злоупотребление предысторией в погоне за сочувствием читателя
Я знал, что ты на это способен, сказал он сдавленным голосом.
Выражая эмоции персонажей, меняйте изобразительные средства, используя как вербальные, так и невербальные приемы для максимального воздействия.
Злоупотребление предысторией в погоне за сочувствием читателя
Каждый персонаж уникален и сформирован главным образом событиями прошлого. Один из гарантированных способов вызвать в читателе эмпатию это показать, почему персонаж стал таким. Вспомним фильм «Челюсти». Когда мы впервые видим охотника на акул Квинта, он скрипит не особенно чистым ногтем по меловой доске. Невыносимо! По ходу фильма неприязнь зрителя подкрепляется его грубыми манерами и тиранством в отношении молодого мистера Хупера. Однако, когда он рассказывает, как тонул на «Индианаполисе» и много дней и ночей болтался в воде среди акул, зритель понимает, почему он так ожесточился. Его поведение не изменилось, и он по-прежнему не слишком нам симпатичен, но мы ему сопереживаем. Мы хотим, чтобы жизнь обошлась с ним лучше.