Всего за 299 руб. Купить полную версию
Какой любовник? Сарычев нахмурился. Ты о чем вообще-то? При чем тут моя жена?
Бывшая ехидно поправила я, то есть ты теперь бывший муж. Потому что нет у тебя больше жены, она там наверху в прихожей лежит мертвая.
Постой Он вдруг побледнел на глазах, как будто кровь выкачали. Ты что говоришь-то? Ты серьезно? Ты не шутишь?
Какие шутки! снова рассвирепела я. Стала бы я так шутить! Это уже перебор! Русским языком тебе толкую, что нашла в прихожей твою жену убитую! Мертвую, понятно? То есть, конечно, если это правда она. Халатик такой темно-розовый, оттенок симпатичный, вроде увядающего шиповника, у нее есть?
Теперь лицо его приобрело синюшный оттенок, он раскрыл рот и задышал часто-часто, как рыба, вытащенная на берег. И руки к сердцу прижал. Только я вот ни капельки ему не поверила. Артист погорелого театра! Нарочно меня туда послал, чтобы на меня все свалить! Сам ее убил, вызвал меня, потому что якобы водить не может из-за ноги. Ага, это еще проверить нужно, что там с ногой у него. Повязку наложить на здоровую ногу я тоже могу!
Сарычев дрожащей рукой вслепую шарил по дверце, чтобы открыть окно, и когда я это сделала за него, он продышался немного. Не то чтобы порозовел, но синюшный цвет с лица пропал, теперь он был просто бледный.
Потом он пошарил на сиденье, ища очки, которые я сломала, когда дала ему в нос. Оправа наверняка дорогая, но я ничуть об этом не жалею. Заслужил.
Одно стекло треснуло, и правая дужка погнулась, тем не менее он надел очки и открыл дверцу. И даже газету с собой прихватил, тогда я поняла, что он точно не в себе. Потому что все в офисе знают, что очки ему нужны только для чтения, а машину водить и пешком ходить он и так неплохо видит.
Он, наверное, задел больную ногу и скрипнул зубами, зацепившись брючиной за дверцу. И наклонился, чтобы отцепить, пробормотав ругательство.
И в эту секунду во двор влетели три машины с мигалками, не стали парковаться, остановились посредине дороги, и из машин посыпались люди. Из первой трое в бронежилетах и с автоматами, из второй штатские, один с докторским чемоданчиком, эти не очень торопились.
И наконец, из третьей вышел коренастый, даже полноватый такой мужик в форме и не спеша пошел к подъезду. Разумеется, к тому самому, где живет Сарычев, кто бы сомневался.
«Не больно-то он торопится», машинально отметила я. С другой стороны, если их вызвали, как говорят в сериалах, «на труп», то торопиться уже действительно некуда, покойница никуда не убежит.
Мужчина в форме постоял возле подъезда и неторопливо оглянулся, окинув двор цепким взглядом. Но за долю секунды до того, как его взгляд упал на мою машину, я успела втянуть Сарычева внутрь и захлопнуть дверцу.
Вот не спрашивайте, почему я это сделала, действовала на автопилоте, не рассуждая.
Тут откуда-то возник во дворе пузатый мужчина с толстым пижонским портфелем. Шел он быстро, с самым деловым видом. Однако, увидев полицейские машины, споткнулся и вид свой деловой потерял. Приблизившись же к главному полицейскому, он и вовсе стушевался и заговорил что-то, размахивая руками, как мельница, едва не выронив свой портфель.
Кто такой? Я ткнула Сарычева в бок.
Управдом наш. Жулик тот еще, проговорил он одними губами.
Управдом что-то показывал наверх, потом замолчал с виноватым видом, наверное, оправдывался за неработающий лифт.
Мент от него отмахнулся и вошел в подъезд.
Как они так быстро успели? пробормотала я.
И тут вспомнила, что в дверь стучалась соседка как ее, Клавдия какая-то-там, звала Арсения Николаевича и грозилась вызвать полицию. Вызвала, стало быть. И вот что интересно, обращалась она именно к Сарычеву. Не к жене его, стало быть, знала, что она не может ответить? Значит, он ее убил и сбежал.
А потом послал меня за папкой? Чтобы подставить, свалить все на меня?
Глупо и нелогично. Уж что-что, а соображать Сарычев умеет, это все сотрудники знают. Казалось бы, убил так и езжай себе на объект, а потом вечером сделай вид, что только что приехал, вызывай полицию или что там еще полагается. А он вместо этого посылает меня, и дверь оставляет открытой, чтобы я вошла и увидела его мертвую жену.
Может, он думал, что я с перепугу стану хвататься за нее и за нож, чтобы оставить на орудии преступления свои отпечатки и перемазаться кровью? Ага, нашел дуру!
Вот, кстати, о крови.
Я вспомнила, что на белых кроссовках видела несколько капель крови. Ага, вот они.
Я тщательно стерла кровь салфеткой, а потом задала себе вопрос: «Что я, собственно, тут делаю? Уезжать отсюда как можно скорее! Нечего тут отсвечивать, еще запомнят машину!»
И тут оказалось, что уехать невозможно. Менты перегородили своими машинами весь проезд, мне не выехать.
Что делать? Я задала это вопрос просто так, не ожидая ответа, но все же повернулась к шефу.
Можно сказать, что бывшему, поскольку его скоро арестуют по обвинению в убийстве. Да, но если его обнаружат в моей машине, то это просто кошмар, меня тоже арестуют и посадят в камеру! У него-то деньги есть, он адвоката хорошего наймет, а мне придется сидеть там
Я заскрипела зубами от ярости и ткнула этого злодея в бок.