Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Но где бы ни были ее истоки, неоспоримо одно: Ориноко описывает огромную дугу между 3-й и 8-й параллелью к северу от экватора и выходит за пределы 70° западной долготы. Венесуэльцы гордятся своей рекой, и в этом отношении господин Мигель, господин Фелипе и господин Баринас ничем не отличались от своих соотечественников.
Не исключено, что они готовы были публично выступить против Элизе Реклю, который в восемнадцатом томе своей «Новой всеобщей географии» ставит Ориноко на девятое место после Амазонки, Конго, Параны, Нигера, Янцзы, Брахмапутры, Миссисипи и реки Святого Лаврентия. Разве не могли бы они сослаться на исследователя девятнадцатого века Диего Ордаса? А он говорил: индейцы называют ее Парагуа, что означает «Большая вода». Несмотря на столь веские доказательства, они все же воздержались от публичных выступлений и поступили весьма благоразумно, ибо нелегко было бы опровергнуть основательный труд французского географа.
В шесть часов утра двенадцатого августа «Симон Боливар» нет ничего удивительного в том, что судно носило это имя, готов был к отплытию. Пароходы только несколько лет назад начали совершать рейсы между городом и селениями, расположенными на берегах Ориноко, и то лишь до устья Апуре. Однако благодаря Венесуэльской компании маленькие суда два раза в месяц отправлялись вверх по течению Апуре, доставляя пассажиров и грузы в Сан-Фернандо и даже в порт Нутриас.
А поэтому наши двое путешественников их путь лежал дальше вверх по течению Ориноко покинут «Симон Боливар» в нескольких милях от устья Апуре и в районе деревушки Кайкара пересядут в примитивные индейские лодки.
Конструкция «Симона Боливара» позволяла ему совершать плавания по рекам, где уровень воды существенно меняется в зависимости от сезона. Подобные суда, очень малого водоизмещения, с плоским днищем и одним колесом сзади его вращает мощная паровая машина, курсируют также по реке Магдалена в Колумбии. Они напоминают плот, на котором находится некое сооружение с трубами двух паровых котлов впереди. Это сооружение завершается спардеком[43]. Здесь находятся салон, пассажирские каюты. Сюда же принимают грузы. В целом суда эти похожи на американские пароходы с их огромными балансирами[44] и рычагами. Все это сооружение, вплоть до капитанской каюты и штурманской рубки, над которой водружен флаг Республики, выкрашено яркой краской. Следует заметить, что топки котлов пожирают прибрежные деревья, оставляя по обоим берегам Ориноко широкие полосы вырубленных лесов.
А поэтому наши двое путешественников их путь лежал дальше вверх по течению Ориноко покинут «Симон Боливар» в нескольких милях от устья Апуре и в районе деревушки Кайкара пересядут в примитивные индейские лодки.
Конструкция «Симона Боливара» позволяла ему совершать плавания по рекам, где уровень воды существенно меняется в зависимости от сезона. Подобные суда, очень малого водоизмещения, с плоским днищем и одним колесом сзади его вращает мощная паровая машина, курсируют также по реке Магдалена в Колумбии. Они напоминают плот, на котором находится некое сооружение с трубами двух паровых котлов впереди. Это сооружение завершается спардеком[43]. Здесь находятся салон, пассажирские каюты. Сюда же принимают грузы. В целом суда эти похожи на американские пароходы с их огромными балансирами[44] и рычагами. Все это сооружение, вплоть до капитанской каюты и штурманской рубки, над которой водружен флаг Республики, выкрашено яркой краской. Следует заметить, что топки котлов пожирают прибрежные деревья, оставляя по обоим берегам Ориноко широкие полосы вырубленных лесов.
В районе Сьюдад-Боливара, в четырехстах двадцати километрах от устья, почти не ощущается действие приливной волны, что весьма затрудняет движение судов вверх по течению. В дождливый сезон вода, даже в центре провинции, может подняться на десять пятнадцать метров. Но обычно уровень воды в Ориноко повышается постепенно, начиная с середины августа, достигает высшей точки в конце сентября, а затем так же плавно понижается с ноября по апрель.
Таким образом, путешествие господина Мигеля и его коллег было предпринято в период, благоприятный для научных исследований патриотов Атабапо, Гуавьяре и Ориноко.
Множество единомышленников, пришедших проводить наших географов, толпились у причала. А ведь это было только начало путешествия. Можно себе представить, что будет твориться, когда они вернутся! Провожающие приветствовали путешественников громкими криками. Сквозь шум, ругань матросов и грузчиков и оглушительный свист пара доносились крики:
Да здравствует Гуавьяре!
Да здравствует Атабапо!
Да здравствует Ориноко!
Несмотря на усилия господина Мигеля, бурные дискуссии то и дело грозили перейти в ссору.
Сержант Марсьяль и его племянник, стоя на спардеке, с изумлением наблюдали за этими сценами, не в силах понять, что же здесь происходит.
Чего хотят эти люди? воскликнул старый солдат. Это наверняка какая-нибудь революция
Бывалый служака ошибался: в испано-американских государствах революции не происходят без участия военных. А у причала не было видно ни одного из семи тысяч генералов венесуэльского штаба.