Это бабушка Вика сволота-свекровь, что ли? тихо спросила Даша, и Юлька глянула на нее с досадой:
Опять уши греешь, да?
Нет, я не грею Я ж тут стою, я вас провожаю Не могу же я уши заткнуть, теть Юль! Они и без того у меня теплые, вот потрогайте!
Юлька хохотнула коротко и виновато взглянула на Варю прости, мол, подруга, что-то разговорилась не в меру при детях И проговорила так же виновато:
Ладно, потом все подробности про заморского жениха выложу Все, я ушла Пока, пока!
Варя закрыла за Юлькой дверь, отправилась на кухню, убрала со стола, сложила посуду в раковину. Подошла к окну, чтобы открыть форточку, да так и застыла на одном месте, вглядываясь в белесые от снега сумерки. Мысли в голове тоже были словно застывшими, неповоротливыми. Вспомнилось отчего-то, как дружили в детдоме втроем она, Юлька и Данька То есть дружба была промеж них, девчонок, а у Даньки с Юлькой была любовь. Самая настоящая. Такая, о которой в книгах пишут. Чтобы друг без друга ни дня, ни секунды Даже спать расходились по палатам за полночь, сидели в коридоре на подоконнике, обнявшись. Мечтали вслух. И сердились друг на друга, потому что мечты у них были слишком разные.
Данька мечтал после детдома отыскать свою мать. Юлька не понимала и сердилась зачем?! Зачем ее искать, если она тебя еще в младенчестве бросила, променяла свое материнство на пристрастие к алкоголю? А Данька не мог объяснить зачем. Просто хотел найти мать и все. Чтобы была Пусть с любыми пристрастиями, но чтобы была.
Юлька же для себя ничего такого не хотела. Какая еще мать, зачем она, эта мать? Она ведь свой выбор уже сделала, подбросив младенца на крыльцо детской больницы, ну так и пусть катится со своим выбором куда подальше! А она, Юлька, не пропадет. Она еще устроится в жизни так, что все ей завидовать будут. И те, которые при матерях выросли, тоже завидовать будут. Подумаешь мать
Но разногласия в этом щекотливом нюансе не мешали им любить друг друга. И строить планы Вот выйдут из детдома, поженятся, истребуют положенные по закону сиротские квадратные метры и заживут Работу денежную найдут, по заграницам будут ездить
Не суждено было сбыться ни мечтам, ни планам. Юлька считала: Данька виноват. А Данька вовсе так не считал, потому что он-то как раз исполнил свою мечту нашел мать. Как и ожидалось, алкоголичку. Жила Данькина мать в этом же городе, на окраине, в однокомнатной клетушке-хрущевке, была больна ноги совсем не ходили. Нашедшего ее Даньку встретила, как и полагается, слезной истерикой с обязательным буханьем на колени и душераздирающим воплем: прости меня, сы́ночка, прости Это не я виноватая, это жизнь моя такая, сука подколодная И не поднимай меня с колен, не надо, не встану! Всю жизнь о тебе думаю да плачу, сынок Это ж я от горя такая несчастная да больная, а не от выпивки вовсе
В общем, остался Данька у матери жить. Устроился на работу, в клетушке какой-никакой ремонт организовал, отогнал подальше всех друзей-собутыльников. Заботился о матери с такой преданной сыновней страстью, что соседи только диву давались надо же Тут от родных деток, на чистом сливочном масле вскормленных, подобного рвения не дождешься Вот и озадачивайся теперь на тему воспитания да того самого пресловутого стакана воды и удивляйся подобной несправедливости!
А Юлька на Даньку обиделась вусмерть. Потому что не понимала, почему все так. Даже знакомиться с Данькиной матерью не пошла, фыркнула презрительно: на фига? Данька пытался ей что-то объяснить, но и сам не мог подобрать нужных слов на фига
Вот и вся любовь, получается. Были не разлей вода, мечтали всю жизнь вместе прожить. Наверное, у детдомовцев даже любовь бывает не такая, как у всех. То есть любовь любовью, а табачок все равно врозь. И мечты врозь. Хотя Данька до сих пор Юльке звонит и говорит, что любит А Юлька после этих звонков сама не своя ходит. Злится. От злости даже решила замуж за обеспеченного иностранца выскочить, чтобы сразу и в дамки. Мол, возись, Данечка, в своем дерьме сколько хочешь, а у меня будет другая жизнь! Красивая, обеспеченная, и все в ней будет, как мы мечтали! Будет, но не с тобой
Юль, но ты же все равно Даньку любишь Зачем тебе заморские женихи? Одумайся! пыталась привести ее в чувство Варя.
Да не люблю я его, все! сердилась на нее Юлька. Он меня предал, ты понимаешь это или нет?
Да почему сразу предал? Он просто мать свою любит
Эту алкашку? Да как ее можно любить? Объясни, я не понимаю, хоть убей!
Значит, можно, если все так Значит, Даньке она любая нужна
Да на здоровье, Варь, разве я спорю? Если она ему нужна так пусть и будет с ней счастлив. А я себе другое счастье организую. Настоящее. На вилле буду жить, сидеть в жаркий день у бассейна и попивать холодный коктейль
Ага. Как в кино. И пальмы на участке будут шелестеть на ветру.
Ну да И пальмы тоже А что здесь такого? Думаешь, не смогу? Еще как смогу! Ты же знаешь, какая я упорная!
Однако заморские обладатели вилл и бассейнов с коктейлями не спешили звать Юльку замуж. Даже на визу невесты никто не расщедрился. Наверное, Юлька все же не вписывалась в образ покладистой русской красавицы, хоть и старались наемные фотографы сделать ее такой. И рыжину под яркий блонд ретушировали, и глаза делали синими вместо карих, и на лице просили изобразить сердечность и негу Видимо, хищный Юлькин глаз все эти обманки собой затмевал. Слишком уж ясно в этом глазу читалась материальная подоплека желанного замужества. Но Юлька не сдавалась и все время повторяла: «Должно же и мне когда-нибудь повезти!»