Всего за 349 руб. Купить полную версию
Ася, успокойся, Алексей досадливо поморщился. И не вздумай начать развивать свою любимую мысль о том, что ты стареешь и у тебя слабеет память.
Ну а что тогда? жалобно спросила она. Если не склероз, тогда маразм, тоже не легче.
Чистяков осторожно вынул платье из ее рук, аккуратно повесил на плечики и поместил в шкаф.
Не склероз и не маразм, мягко проговорил он, видя, что Настя уже готова расплакаться, просто проявление нормальной женской сущности. Ты красивая женщина, которой не интересно думать о том, что она красивая, но твоему подсознанию наплевать на твои сознательные интересы, оно живет своей жизнью, и в этой жизни ты красавица. А сердце красавицы что?
Склонно к измене, покорно процитировала она, борясь с подступившими слезами, и к перемене, как ветер мая. Ты считаешь, что я изменилась за эти несколько месяцев?
Леша расхохотался.
За несколько месяцев? Да ты меняешься каждый час, если не чаще. И это говорит только о том, что ты по-прежнему восприимчива к информации, к чужим и своим эмоциям, ты постоянно что-то обдумываешь и делаешь выводы и после каждого вывода становишься чуточку другой. Мы все такие. Это признак хорошо развитого и нормально работающего интеллекта, если ты не в курсе, а вовсе не старости, как ты себе напридумывала. В старости люди, наоборот, менее подвижны и восприимчивы. Так что успокойся уже и не морочь мне голову, а заодно и себе. Платье отлично прокатит на свадьбе у Ромчика, а уж надеть его на прием в посольстве сам бог велел, «Шанель» уместна всегда и всюду. Правда, вроде бы есть примета, что на свадьбу нельзя приходить в черном, но ты всегда была далека от народных верований.
Оно голое какое-то, упрямо повторила Настя. Я не смогу его носить, мне будет некомфортно.
Потерпишь, в голосе Алексея промелькнула неожиданная жесткость.
Настя испугалась: такие нотки она слышала у Лешки очень редко. Неужели она надоела ему со своими причитаниями по поводу старения? Ну да, само собой, надоела хуже горькой редьки, сколько же можно мозг выносить человеку! Он любит ее и потому терпит, но любое терпение рано или поздно заканчивается. А она не почувствовала границу, перешла ее, злоупотребила, заигралась в собственные переживания и в результате достала Лешку до печенки. Пора останавливаться и что-то делать со своими неправильными мыслями.
Но что? Выключить сознание и произнести первое, что вытолкнет подсознание.
К маленькому черному платью нужна нитка жемчуга, а у меня ее нет, выпалила она, изумляясь тому, что говорит.
Но что? Выключить сознание и произнести первое, что вытолкнет подсознание.
К маленькому черному платью нужна нитка жемчуга, а у меня ее нет, выпалила она, изумляясь тому, что говорит.
Чистяков улыбнулся и одобрительно кивнул.
Ну вот, уже на что-то похоже. На хороший жемчуг денег нет, сама знаешь, но вопрос я как-нибудь решу.
Можно и дешевый, осторожно заметила Настя. Я, например, на глаз не отличу.
Да ты кошку от собаки не отличишь, когда задумаешься, рассмеялся он. У Ромчика на свадьбе знатоков тоже не будет, скорее всего, а вот в посольстве ты дешевым или поддельным жемчугом никого не обманешь, там такие зубры и жены зубров! Придется соответствовать.
Ромчик, Ромчик Когда же ты позвонишь? Что там с участковым? Удалось что-нибудь узнать? Наверное, сегодня уже не позвонит, скоро девять вечера. И не факт, что позвонит хотя бы завтра. Наверняка занят делами по службе или своими личными, а может, и вовсе забыл Вопрос-то не срочный, ничья жизнь от ответа не зависит, а то, что у Анастасии Каменской зудит в голове неудовлетворенное любопытство, так это ее персональное горе, а никак не забота Романа Дзюбы.
Но он позвонил. Голос одновременно веселый и усталый.
Анастасия Павловна, можно пригласить вас на неприличное свидание?
Почему сразу на неприличное? Начинать полагается с приличных, пошутила разом приободрившаяся Настя.
Приличное у нас с вами уже было, только закончилось все стрельбой, если помните, отпарировал Дзюба. Сегодня я предлагаю вам посетить дешевое затрапезное кафе. Я-то все равно туда собираюсь, но будет неплохо, если вы присоединитесь.
Кафе? переспросила она, помолчав. То самое?
Ага. Нужный человек сегодня работает до закрытия. Поедете?
Настя бросила осторожный взгляд на мужа: тот, встав на стул, запихивал последний из освобожденных от вещей чемоданов на самую верхнюю полку шкафа, сделанную без разделительных перегородок специально для хранения багажных емкостей чемоданов и дорожных сумок.
Леш, я еще нужна? Или мы закончили на сегодня?
Чистяков соскочил со стула и с грохотом задвинул дверцу шкафа.
На сегодня все, решительно объявил он. Мне еще поработать нужно.
Тогда я съезжу с Ромчиком, ладно?
Разве я могу препятствовать свиданию жены с молодым любовником? Конечно, поезжай, рассеянно ответил Алексей, и Настя поняла, что в момент закрытия шкафа ее муж полностью переключился на работу, которую планировал сделать вечером. Он разговаривает с ней, относит стул к окну, где тот обычно и стоит, делает шаги по квартире, но это всего лишь видимость. Это «вроде бы». На самом деле Лешка уже весь там, в своей научной проблеме, в мире формул и алгоритмов, и если бы Настя не стала ничего спрашивать, а просто тихонько ушла, он бы, вполне вероятно, заметил ее отсутствие далеко не сразу. А то и вовсе не заметил бы.