Но надо спускаться.
И если вспомнить тот же дом снаружи, окна находятся на уровне колен, а вот внутри на уровне пояса. Значит, дом ниже уровня асфальта. То есть пол.
Две комнаты. Одна большая, проходная, вторая чуть поменьше. Обе угловые, то есть с окнами.
В большой комнате выгорожен уголок под «кухню». Чайник, микроволновка, электроплитка
Общее впечатление в общаге лучше. Там хоть вода есть. И полы ощущение было такое, что доски уложены прямо на землю. Интересно, люди тут ревматизмом не болеют?
Что?
Как оказалось, последний вопрос Ирина озвучила вслух. Пришлось повторить.
А то ж! Еще как болеют, закудахтала курица Сима, которую Ирина про себя перекрестила. Здесь вообще одни безбожники живут, оттого и болеют постоянно. А то, бывает, сглазят кого
Ирина промолчала.
Ага, козе понятно, ревматизм у нас от безбожия. Нет, не от земляных полов, а от отсутствия в доме икон. Хотя а если их на пол вторым слоем настелить? Нет, ламинат лучше. Можно освященный, можно просто ламинат. Или вообще выехать из этого кошмара.
Хотя ей ли из общаги рот открывать?
Тут хоть и конура для кошки, но своя. Личная.
В комнатах был хаос. Нет, даже не так. Перевернуто вверх дном было все. И в то же время не было ощущения обыска, системы, какой-то строгой логики. Наоборот, словно что-то пробовали искать, не нашли, а потом, со злости, стали громить комнату налево и направо.
Сбросили цветы и прошлись по ним. Вытряхнули землю из горшков. Разбросали все вещи.
Но ничего не взяли. Просто изгадили, испакостили
Здесь что-то искали? озвучила вслух Ирина.
Ой, да у Ивановны отродясь ничего ценного не было, одни цветочки! заквохтала курица.
Ирина в цветах не разбиралась, так что предпочла промолчать. Может, тут и есть какая-нибудь ценная орхидея, но нет, не похоже. Вроде как обычные растения, она такие не раз видела даже в школе.
На стене действительно был какой-то странный рисунок. Козлячья морда?
Да кто его знает?
Несколько треугольников можно было трактовать и так, и этак. Может, художника-авангардиста пригласить? Или так сфотографировать, показать? Вдруг кто-то это уже рисовал?
Александр только вздохнул.
Ладно. Давайте составлять протокол. Хозяева-то где?
Александр только вздохнул.
Ладно. Давайте составлять протокол. Хозяева-то где?
Так в отпуске Ивановна, я же сказала! опять возбудилась клушка. Я тут за старшую, и за дом я ответственная
Вы собственник?
Да!
Этой квартиры?
Нет! Но я
Тогда я не имею права принимать от вас заявление.
Ирине очень захотелось залезть под стол и накрыться планшеткой. Ой, визгу бууууудет!
И визга таки было минут на сорок, не меньше. Из дома участковый со стажером вылетели, как из женской бани. Красные, потные и мечтающие убить вздорную бабу веником!
Но есть ведь порядок!
Не надо говорить вам лишь бы отвязаться! Начальство таких вольностей тоже не поймет. Заявление должен подавать тот, кого это непосредственно касается. Потерпевший. А не все подряд.
Сошлись на простом решении, и Серафима Сигизмундовна лично набрала номер пострадавшей.
Ивановна, ты? День добрый, как здоровье?
Ровно через две минуты болтовни Саня не выдержал и протянул руку так, что не заметить было нельзя.
Сима покосилась недобрым взглядом, но телефон отдала.
Добрый день. Участковый уполномоченный полиции, капитан полиции Волынский, Александр Сергеевич. Ваша квартира была взломана, будете подавать заявление?
Визга из трубки не раздалось.
Саня послушал пару минут, потом непроизвольно кивнул.
Хорошо. Как вернетесь из отпуска сразу ко мне, знаете, куда?
Да. Именно туда. Волынский, Александр Сергеевич.
И вам всего самого лучшего. До свидания.
Квартира была опечатана, ключи у Симы изъяли, составили акт, подписанный понятыми, причем Серафима смотрела на беднягу участкового, как на врага народа.
Жуть! от души высказалась Ирина, когда они вышли на улицу и медленно пошли вдоль таких же одноэтажных домов-бараков.
Саша от души закивал.
Раздался веселый смешок.
Никак с Симкой познакомились?
Работники опасной и трудной службы переглянулись, потом посмотрели налево.
Ну да. Дома барачные, окна низкие, вот, в одно из окон и выглядывает бабушка, которую так и хочется назвать уютной. Ей бы и платок пошел.
Да знакомы мы, махнул рукой Александр. Но тут каждый раз, как в первый. Уж извините, баба Зина.
А я не тебе, я девушке.
Ирина покраснела. Быстро и бесповоротно, как все рыжие.
Да ты не стесняйся, лапа, дело житейское. Симка у нас на весь квартал славится. Тонкая натура, папа директор завода, орденоносец вот она нос и задрала. А сама в шестнадцать замуж выскочила за Димку-алкаша, ну и скатилась ниже некуда. Дети от нее поразбежались, заняться ей нечем, сама она не пьет, но мужа воспитывает ну и во все дела лезет без мыла.
Ирина кивнула.
Понятно. Спасибо
Чего спасибкать-то зря? Заходите в гости, на чай с пирожками?
Участковый вздохнул.
Спасибо, баба Зина. Но некогда.
Ну тогда хоть подожди, я вам пирожков с собой набросаю. Сам понимаешь
Бабуся исчезла в окне.
Ирина покосилась на старшего по званию.
Неловко как-то
Тихо! Тут все ловко. Баб Зина всю жизнь кондитером проработала, сейчас уж здоровье не то. А для себя все равно печет и всех угощает. Ясно?