А может, его подстегнула жадность этой авантюристки? Жадность настолько сильная, что заставила ее вторгнуться на территории, принадлежащие племени сиу, куда еще не отваживались ступить даже постепенно продвигающаяся на запад армия и волна белых эмигрантов. А она рискнула. Что ж, тогда пусть испытает на собственной шкуре все опасности, которые подстерегают здесь неразумных путешественников. Ведь белых людей здесь вполне могли захватить в плен, ограбить, изнасиловать, убить, снять скальп.
Он еще не дошел до того, чтобы снять с нее скальп.
Пока.
Да нет, скальп он снимать и не думал. Эта женщина злила его. И дело даже не в том, что он расстроен из-за случившегося с отцом. Внезапно Ястребу захотелось встретиться с ней в зале суда. Впервые он увидел ее в трактире у Рили. Он был там со своими двоюродными братьями, а она ждала, пока починят карету. Тогда Ястреб сдержался, услышав, как она представилась леди Даглас, в то время как он и не знал, что такая вообще существует. Он никогда не видел эту женщину прежде, не слышал о ней. Как же хотелось изобличить эту авантюристку, разыгравшую нелепый спектакль, во лжи, силой заставить сказать правду! И вот теперь по какой-то иронии судьбы он и сам был близок к тому, чтобы поверить ей. А правда, смог бы он устоять перед этой хитрой маленькой охотницей за состояниями?
Да Бог с ними, этими хитростями. Просто она была удивительно хороша, и распахнувшийся халат позволял увидеть больше, чем Ястребу хотелось. Но он сам в этом виноват… Нет, он не даст себе пасть жертвой ее чар. Ястреб поспешно запахнул халат на ее груди, но полы снова разошлись. Злясь оттого, что не может справиться с поднимающейся в нем волной желания, он встал и подошел туда, где были свалены в кучу остатки черного траурного платья. Поднял юбку, отыскивая в складках карманы, пока наконец не нашел один. Несколько золотых монет, маленькое зеркальце и расческа — вот все, что там было. Ястреб небрежно отбросил изящные вещицы на кровать к ногам женщины и снова принялся обыскивать юбку. В другом кармане оказалось именно то, что он хотел найти. Документы. Он поднес их к свету и, нахмурившись, стал изучать.
Там было свидетельство о браке. Выглядит вполне настоящим, решил он. В документе утверждалось, что брак между Скайлар Конор и лордом Эндрю Дагласом, который не смог присутствовать на церемонии, но прислал свою доверенность, зарегистрирован мировым судьей Тимоти Кэроном в Балтиморе немногим более двух недель назад.
Дата на документе совпадала с датой смерти отца.
Ястреб тупо смотрел на свидетельство о браке, на котором стояла его собственная подпись. Опустив глаза ниже, он заметил приложение — это как раз и была доверенность. Когда подписывал бумагу, Ястреб не помнил, похоже, он никогда и не видел ее. Но подпись определенно его.
В те времена он был молод и нетерпелив. Отец уехал обратно на восточное побережье. Когда в поместьях, будь то в Мэриленде или в Шотландии, происходило что-то непредвиденное, Ястреб предоставлял отцу самому решать, что делать, хотя знал, что поместья в равной степени принадлежат и ему тоже. Дэвид распорядился оформить все свои земли в совместное владение с сыном для того, чтобы узаконить его права как законного наследника.
И вот — что за ирония! Отец всегда учил его тщательно прочитывать все документы, которые подписывает. Однако Ястреб полностью доверял ему и подписывал бумаги не глядя. Он по-прежнему считал, что отец является единственным владельцем всех своих земель, а потому волен распоряжаться ими, как сочтет нужным.
Слишком поздно Ястреб понял, каким был эгоистом. Его волновали лишь земли в Блэк-Хиллз и дом на западной границе — на линии фронтира.