Как ни странно, к гномам и троллям госпожа Эликсир не испытывала отвращения. По крайней мере, к чистым и порядочным. Госпожа Эликсир ставила Приличность выше видовой принадлежности.
Тут говорится, что в пьяной драке пострадало аж пятьдесят шесть человек, сообщил господин Маклдафф, который на правах постояльца, выжившего в «Меблярованных Комнатах» дольше всех, возглавлял обеденный стол и выступал своего рода местным президентом.
Он купил экземпляр «Правды» по пути домой из пекарни, в которой работал бригадиром ночной смены.
Подумать только! изумилась госпожа Эликсир.
По-моему, на самом деле их было пять или шесть, поправил Вильям.
А тут написано: пятьдесят шесть, упорствовал господин Маклдафф. Черным по белому.
Все правильно, вмешалась госпожа Эликсир. Если б это не было правдой, разве это разрешили бы отпечатать?
Интересно, кстати, кто делает этот листок? спросил господин Ничок, который занимался оптовой туфельно-башмачной торговлей.
О, для такой работы требуются особые люди, заявил господин Маклдафф.
Правда? спросил Вильям.
Ну разумеется, важно кивнул господин Маклдафф, крупный мужчина, мгновенный эксперт в любой области. Нельзя, чтоб кто попало писал что попало. Этого никогда не допустят.
До расположенного за «Ведром» сарая Вильям шагал в состоянии глубокой задумчивости.
Хорошагора поднял голову от камня, на котором аккуратно набирал шрифт для отпечати афиши.
Я оставил тебе твою долю, сказал он, кивая на верстак.
В основном это были медяки, но медяками набралось почти тридцать долларов.
Вильям уставился на монеты.
Здесь что-то не то прошептал он.
Господин Рон и его друзья постоянно приходили за добавкой, ухмыльнулся Хорошагора.
Но Но ведь в листке нет ничего особенного, обычные события, ответил Вильям. Абсолютно ничего важного Вещи, которые случаются каждый день.
Людям нравится знать о том, что случается каждый день, возразил гном. Думаю, завтра нам удастся продать раза в три больше, особенно если мы снизим цену вдвое.
Вдвое?!
Людям нравится быть в курсе. Это так, мысли вслух. Гном снова усмехнулся. Кстати, в задней комнате тебя дожидается молодая дамочка.
Когда сарай был прачечной, то есть еще в «доконную» свою эпоху, часть помещения отгородили дешевыми низкими панелями, чтобы разделить служащих и ответственное лицо, которое, как правило, занималось тем, что объясняло разъяренным заказчикам, куда подевались их носки. Сахарисса с чопорным видом сидела на табурете, крепко вцепившись в сумочку и прижав локти к бокам, чтобы как можно меньше подвергать себя воздействию окружающей грязи.
Она молча кивнула ему.
Ну и зачем он пригласил ее сюда? Ах да Она была более или менее разумной девушкой, читала принадлежавшие деду книги, а кроме того, была грамотной, тогда как Вильям в основном имел дело с людьми, которые на обычную ручку смотрели как на какой-нибудь безумно сложный механизм. Что ж, если она знает, что такое апостроф, он готов мириться с тем, что она ведет себя так, будто живет в прошлом веке.
Это теперь твоя новая контора? шепотом спросила Сахарисса.
Полагаю, что да.
Ты не говорил мне о гномах.
А ты имеешь что-то против?
О нет. Гномы, насколько я знаю, очень законопослушные и приличные существа.
Судя по абсолютной уверенности, Сахариссе не доводилось посещать определенные улицы сразу после закрытия трактиров.
Я уже приготовила целых две новости, сказала Сахарисса таким голосом, словно доверяла Вильяму некую государственную тайну.
Э Правда?
Дедушка говорит, что такой долгой и холодной зимы он не помнит.
Неужели?
А ему восемьдесят. Он прожил достаточно долго.
О.
Кроме того, Ещегодное Состязание по Выпечке и Букетчеству, проводимое в «Сестрах Долли», вчера вечером пришлось прервать, поскольку уронили стол с тортом. Я узнала об этом у тамошнего секретаря и все аккуратно записала.
О? Гм. И ты думаешь, это действительно интересно?
Она передала ему вырванный из дешевой ученической тетради листок.
Вильям начал читать:
«Ещегодное Состязание по Выпечке и Букетчеству от Сестер Долли состоялось по адресу: Читальный зал Сестер Долли, Кассовая улица. Президентом была госпожа Речкинс. Она радушно приветствовала всех участников и поблагодарила за Роскошные Подношения. Призы распределились следующим образом»
Вильям изучил подробный список имен и призов.
«А Что Там У Нас В Банке?» Это как? недоуменно уточнил он.
Это было состязание орхидей, объяснила Сахарисса.
Вильям добавил «(состязание орхидей)» и стал читать дальше.
«Лучшая Коллекция Съемных Унитазовых Чехлов»?
А что?
Э Ничего.
Вильям аккуратно изменил написанное на «Съемных Чехлов Для Унитазов», что едва ли улучшило текст, и продолжил чтение. Сейчас он ощущал себя исследователем джунглей. Из-за внешне невинного кустика мог в любой момент выпрыгнуть какой-нибудь экзотический зверь.
Статья завершалась следующим образом:
«Однако Настроение всех присутствующих было Подмочено, когда голый мужик, преследуемый по пятам Членами Стражи, прыгнул в Окно и промчался через всю Комнату, вызвав немалый Беспорядок в Домашних Тортах, прежде чем быть Героически Остановленным Бисквитами. Состязание закончилось в девять часов вечера. Госпожа Речкинс поблагодарила всех Участников».