Всего за 309 руб. Купить полную версию
Я вам что, литературный агент?! психанула я.
Да ты-то тут при чем? Ты же всего лишь копирайтер, наемный сотрудник, не настоящая писательница, а так, подделка, фальшивка, двойник «звезды» для публики! радостно оскалилась Ирка. Ты-то хороший человек, хоть и маленький, а вот писательница, тезка твоя, определенно та еще зараза!
Кстати, я Лена, запоздало представилась я закручинившейся гостье.
А я Ира, не копирайтер, а поэтесса, отрекомендовалась моя подруга. И тоже пока нигде не издавалась.
Дуня молча протянула ей ладошку, и товарки по творческому несчастью обменялись крепким рукопожатием.
Ну, Ленка-то нас не поймет, куда ей, ремесленнице, а мы с вами, Дуня, как люди творческие, имеем много общего. Ирку понесло.
И не куда-нибудь, а прямиком в спальню к чемодану, в котором она привезла бутылку коньяка.
А давайте, Дуня, мы с вами выпьем? За великое русское слово, за вдохновение, за смелые творческие планы и победу таланта над косностью и стяжательством!
Размахивая бутылкой, Ирка увлекла новую знакомую на балкон, откуда еще прибежала за стаканами, причем меня присоединиться к попойке не пригласила.
Нет, ты слышал? переместившись в кухонный угол и занявшись приготовлением ужина, спросила я кота Макса, который великодушно остался со мной и яростно разделываемой мною курицей. Я, значит, ремесленник, стяжатель и косная личность, а они будто бы Ахматова с Цветаевой!
Мо, сказал кот.
Можно подумать, согласилась я. Будешь сырое крылышко?
Ма!
Мало? Два крылышка?
Мы!
Мыслю правильно, да? Хмыкнув, я щедро наполнила кошачью миску.
С балкона доносились бульканье, звон стаканов и разглагольствования в духе «и вот скажу я тебе, как мастер слова мастеру слова».
Рассуждали мастерицы забавно.
Мы же, писатели, кто? Мы инженеры человеческих душ! вещала Ирка.
А у меня тройка по геометрии была, кручинилась Дуня.
А геометрия тут вовсе ни при чем! успокаивала ее коллега. Мы инженеры в том смысле, что несем читателям лучшие материалы для строительства внутреннего мира.
А если кто-то не лучшее несет, то он и не инженер? волновалась начинающая писательница.
Если пургу несет и мрак беспонтовый, то он этот Криминогенный инженер, вот он кто! резала правду-матку поэтесса.
Му, явно критически высказался кот.
Муть редкостная, согласилась с ним я. И пригорюнилась, оплакивая свой тихий спокойный отпуск. Боюсь, твоя хозяйка теперь от нас не отлипнет.
Мо.
Море, да. Туда она тоже увяжется за нами.
Мы.
А что мы? Мы же не прогоним ее, чай, землячка и вообще сестра по разуму, тоже работник пера и непризнанный гений
Му?
Мучительно это будет, да
Мне все меньше верилось, что наш летний отдых будет тихим и спокойным.
Гениальные творческие личности, поэтесса с писательницей, засиделись на балконе под звездным небом далеко за полночь. Я не стала их разгонять, чтобы не нарваться на новое несправедливое обвинение в душевной черствости и возмутительном непонимании прекрасного. Просто закрыла поплотнее дверь в спальню и завалилась в кровать.
Мой мирный сон продолжался недолго. Не знаю, в котором часу темень была кромешная в лицо мне ударил резкий свет фонарика. Испуганно пискнув, я попыталась спрятаться под подушкой, но ее у меня решительно отняли и спросили:
Тык шта за стрельба-то?
Тон был строгий, речь нестройная с дефектами.
Я не сразу поняла, кто это и чем вообще интересуется, но упоминание стрельбы навело на соблазнительную мысль немедленно покончить с собой. Похоже было, что только такая решительная мера обеспечит мне желанный покой.
Й-а спрашиваю тя, о к-кой стрельбе ты г-варила?
Ирка! Я узнала дефектный инквизиторский голос. У тебя совесть есть?
У мня нет совсти, а у тя есь ин-фр-мация, давай, колись! Иль ты думла, я забуду? Не-е-ет уж, ск-зала А, г-ври и Бэ Бэ-э-э
Кровать скрипнула, внезапно освобожденная от веса навалившегося на нее тела, луч фонарика заметался по стенам, нашел дверной проем и утонул в нем с концами.
Я прослушала выразительный аудиоспектакль: спотыкающиеся торопливые шаги, грохот упавшего табурета и выразительное «бэ-э-э-э, буэ-э-э», а потом журчание воды. Кому-то явно не пошел на пользу теплый коньячок.
Вернувшись, Ирка не стала продолжать допрос. Слабым голосом пробормотала:
Птом п-г-врим И заползла в свою кроватку, тут же уснув.
Я глубоко подышала, прогоняя остатки внезапного стресса, и сделала то же самое погрузилась в сон.
Утро началось с перепуга.
Перепуг был немалый на две персоны и приключился с минимальным сдвигом по фазе: сначала потрясение испытала Ирка, потом я. А поскольку обе мы сопроводили эмоциональный выплеск громким воплем, можно было уверенно предположить, что тревожная побудка случилась у всего гражданского населения в радиусе сотни метров. Да, с тихим и спокойным отдыхом сегодня никому не повезло
Ты чего орешь? обняв ладонями сорванное горло, хриплым шепотом спросила я Ирку, когда она наконец перестала вопить как резаная.
Ма Ма
А попонятнее можно? сердито зашипела я. Ты разговариваешь, как соседский кот!
Да чтоб он сдох! рявкнула Ирка и нагнулась, нашаривая что-то на полу.
Не убивай его! Я испугалась за Макса.