Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Это одна из самых серьёзных форм психологического и поведенческого расстройства, сильно ограничивающих дееспособность человека; тот, кто страдает этим недугом, может дойти до того, что будет круглосуточно выполнять ритуалы или превратится в узника свой умственной тюрьмы, будучи не в состоянии что-либо делать или касаться предметов из-за переживаемого парализующего страха. По существующим оценкам, доля населения, страдающего этим расстройством, относительно высока и составляет 5-8 процентов; эти цифры относятся только к наиболее тяжёлым случаям, когда пациенты подвергались психиатрическому и психотерапевтическому лечению. Если к ним прибавить значительное количество тех, кто страдает этим расстройством в лёгкой или средней форме, дееспособных или лишь частично недееспособных людей, а также тех, кто скрывает эту проблему от других, тогда общее число возрастает по меньшей мере в три раза.
Данный тип пациентов один из самых трудных именно из-за экстраординарности и специфических особенностей мышления. Большинство из них, на самом деле, знают, что их страх иррационален, но в то же время они ведут себя так, словно он реален. «Я чувствую, значит, это есть», но такое убеждение выходит за пределы рационального рассуждения; пророческий эффект превосходит все очевидные доказательства. Поэтому и в данном случае любая терапия рационального типа не эффективна: любое рациональное суждение разбивается о скалы тирании абсурда, которой подчиняется разум пациента.
Стратегия психологического решения
В области лечения обсессивно-компульсивных и панических расстройств, я впервые применил терапевтические стратегии, разработанные в ходе своих исследований, которые были в состоянии быстро разрушить патологическое равновесие; именно терапевтические стратагемы стали наиболее эффективным и экономным инструментом, продемонстрировавшим, что, если пациент сумеет заблокировать ритуалы, навязчивые состояния разрушаются сами по себе.
В течение последних десятилетий были разработаны специфические формы стратегического вмешательства для различных типов обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР) соответственно типу исполняемых ритуалов: умилостивляющих, предупреждающих или исправляющих; эта терапевтическая практика показывает в настоящее время наилучшие результаты (Nardone, Salvini, 2013; Nardone, Portelli, 2013). Результаты исследования-вмешательства, применяемого в течение двадцати лет на тысячах случаев, ясно показывают, каким образом с помощью такой терапии в 88 процентах случаев обсессивно-компульсивное расстройство было устранено за несколько месяцев (от 3 до 6); лишь малая часть из этой статистики случаев требует более продолжительной работы, когда необходимо постепенное устранение многочисленных ритуалов, которые были созданы. В то время как в большинстве случаев патологические ритуалы аннулируются в результате использования контр-ритуалов[23], с оставшимся меньшинством пациентов необходимо добиваться изменений, продвигаясь медленно и постепенно это напоминает игру с китайскими коробочками, где они открываются одна за одной.
В течение последних десятилетий были разработаны специфические формы стратегического вмешательства для различных типов обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР) соответственно типу исполняемых ритуалов: умилостивляющих, предупреждающих или исправляющих; эта терапевтическая практика показывает в настоящее время наилучшие результаты (Nardone, Salvini, 2013; Nardone, Portelli, 2013). Результаты исследования-вмешательства, применяемого в течение двадцати лет на тысячах случаев, ясно показывают, каким образом с помощью такой терапии в 88 процентах случаев обсессивно-компульсивное расстройство было устранено за несколько месяцев (от 3 до 6); лишь малая часть из этой статистики случаев требует более продолжительной работы, когда необходимо постепенное устранение многочисленных ритуалов, которые были созданы. В то время как в большинстве случаев патологические ритуалы аннулируются в результате использования контр-ритуалов[23], с оставшимся меньшинством пациентов необходимо добиваться изменений, продвигаясь медленно и постепенно это напоминает игру с китайскими коробочками, где они открываются одна за одной.
Ловушки пациента параноика
Этот тип расстройства, часто очень серьёзный, следует отличать от тех, которые были описаны ранее: их часто путают друг с другом, и именно определение конкретной психологической ловушки, лежащей в основе, позволяет их дифференцировать.
Фобик боится того, что может случиться что-то плохое, обсессивный пациент пытается это активно контролировать, компульсивный пациент это контролирует с помощью магических ритуалов, параноик уверен, что несчастья случатся и будут его преследовать неумолимо. По этой причине он защищается заранее от зловещих предзнаменований, безуспешно пытаясь предупредить поражение.
Именно оборонительная позиция против воображаемого врага отличает отношение и поведение параноика, благодаря которому, как легко заметить, он приобретает врагов повсюду. Постоянные проявления недоверия или агрессивной обороны вызывают в ответ аналогичные реакции, которые, начиная от простого отвержения, могут дойти до открытого конфликта. Наверное, не существует лучшего литературного примера, чем описанного в романе Дино Буццати «Татарская Пустыня»[24]: офицер Дрого, изолированный в крепости на краю пустыни, всё время находится в ожидании атак противника, и поскольку он уверен, что рано или поздно они случатся, он навсегда заключён в тюрьму своей настороженности.