Удачи пожелал выпускающий, который будет прикрывать их с пулеметом М249 и в очках ночного видения скорее не их даже, а зависший вертолет
Лейтенант Дулитл молча схватился за трос и шагнул в темноту
Когда он оказался на земле то первым делом привел в боевую готовность свое оружие: он прекрасно помнил, как их высадили в Кандагаре и пулеметчики хлопали ушами до тех пор, пока Чинук не получил гранату из РПГ. Рядом тяжело плюхнулся Орфи, их пулеметчик, при высадке его задача как только оказался на земле сечь склон, чтобы дать вертолету обойти. Еще двое Бен Стимпсон, их разведчик и Карл Ли, снайпер залегли в стороне от них, прикрывая фланги.
Как только последний отцепился от троса вертолет немедленно, дав форсаж двигателям, пошел в долину со снижением. Пилотам хотелось оказаться отсюда подальше как можно быстрее, оставаться над склоном в режиме висения и почти на пределе для двигателей им ни разу не улыбалось
Они пролежали без движения минут двадцать, смотря и слушая за окружающей местностью муджики стали умнее и теперь они ждут, пока вертолет улетит, чтобы не попасть под огонь бортовых пулеметов. Но все было тихо, так тихо как бывает только в горах ночью, где почти никто не живет. Даже змеи не попадаются на такой высоте.
Потом они молча встали, без единого слова построились в походную колонну. И выступили на восток, забирая все ниже и ниже. Тот, кто придумал высаживать группы не ниже цели, как они делали раньше а выше, на пределе возможностей вертолетов был чертовски умным человеком
Утром, в тот самый момент, когда солнце еще не встало над горами, но оно уже было где-то рядом, и темнота окружавшая их стала сереть они услышали голоса. Трудно было усомниться с тем, что они на правильном пути. Эти кхакающие звуки могли принадлежать лишь говору пуштунов, их смертельных врагов.
Лейтенант подал знак всем вниз. Сам залег у корня какого-то дерева, держа наготове автомат с глушителем.
Говорили на пушту и совсем рядом. Лейтенант кое-что знал из пушту и разобрал слово «дизаль» так со времен русских здесь называли любую горючку. Один из голосов был раздраженным, другой оправдывающимся. Не понимая многих слов, лейтенант пришел к выводу, что речь и в самом деле идет о горючке. Один, вероятно тот, кто отвечал за ее сохранность оправдывался и говорил, что все на месте, другой уличал его во лжи. Обычная ситуация но тут на кону намного большее, чем просто выговор или увольнение за кражу здесь наказывают отрубанием руки. Хост был одним из самых диких мест в Афганистане, он находился на границе, разделявшей земли пуштунов и не пуштунов но власть здесь была чисто талибская. Не так давно семилетнего ребенка открыто казнили на площади при стечении народа, причем полиция смотрела в другую сторону.
Светало. Становились видны и спорщики один постарше, другой помоложе. Лейтенант посмотрел дальше и с ужасом увидел третьего. Это был пулеметчик ПКМ, русский пулемет Калашникова, чертова машинка доставляющая им кучу неприятностей ее нельзя было спутать ни с каким другим оружием. Он стоял, прислоненный к валуну, а рядом стоял и с наслаждением пыхал самодельной «козьей ногой» и явно не с табаком здоровенный, под два метра моджахед. Первый косяк с утреца, твою мать.
Лейтенант понял, что еще немного и они были бы мертвы. Они шли прямо на этого бородача с пулеметом, и если бы его и убили то те, кто спорит сейчас из-за пущенной налево солярки, услышали бы это и успели бы хоть раз но выстрелить. А здесь это смерть, хорошо, если удастся занять господствующую высоту и вызвать эвакуационный вертолет
Оставалось только ждать.
Примерно к двенадцати ноль-ноль лейтенант понял, куда они попали. Это были не просто моджахеды, вышедшие покурить и перетереть свои проблемы. Это был сильно укрепленный, не значащийся ни на каких картах район и они попали в его периметр, каким то чудом не нарвавшись на мины. А может тут и не было мин, местные просто не ждали, что сюда пожалуют американцы. Он видел, как с восходом солнца эти ублюдки скрылись в замаскированном большим валуном лазе, который нельзя было разглядеть на спутниковом снимке. Сейчас на склоне не было ничего и никого, потому что те, кто все это строил, были не дураками, они ждали ночи, чтобы вылезти из нор как кроты. Но он знал, что нор этих много и у каких-то есть наблюдатели и одного неверного шага хватит, чтобы огрести неприятностей. Причем капитальных.
Оставалось только ждать.
Примерно к двенадцати ноль-ноль лейтенант понял, куда они попали. Это были не просто моджахеды, вышедшие покурить и перетереть свои проблемы. Это был сильно укрепленный, не значащийся ни на каких картах район и они попали в его периметр, каким то чудом не нарвавшись на мины. А может тут и не было мин, местные просто не ждали, что сюда пожалуют американцы. Он видел, как с восходом солнца эти ублюдки скрылись в замаскированном большим валуном лазе, который нельзя было разглядеть на спутниковом снимке. Сейчас на склоне не было ничего и никого, потому что те, кто все это строил, были не дураками, они ждали ночи, чтобы вылезти из нор как кроты. Но он знал, что нор этих много и у каких-то есть наблюдатели и одного неверного шага хватит, чтобы огрести неприятностей. Причем капитальных.