И чем скорее ты исчезнешь с глаз моих долой, тем лучше! Да, имей в виду: если ко мне сегодня вечером неожиданно кто-нибудь заедет, сиди у себя в спальне и не смей выходить! Ты и так причинила мне достаточно зла.
– Я не знала, мама, что вы… не хотите признавать меня своей дочерью.
– Теперь ты это знаешь! – заявила леди Элвинстон и вышла из комнаты.
Бертилла с полными слез глазами стояла в нерешительности и смотрела на дверь, за которой скрылась ее мать.
Она всегда чувствовала себя нежеланной с тех пор, как умер отец, но что мать терпеть ее не может, было для нее новостью.
– Ты будешь очень хорошенькой, моя девочка, когда вырастешь, – сказал ей однажды отец, – но, слава Богу, у тебя совсем другая наружность, чем у твоей матери, так что между вами соперничества не будет.
Бертилла тогда очень удивилась: разве такое бывает? Да как она может соперничать с матерью красотою?
Теперь же она инстинктивно почувствовала, что раздражение матери вызвано не только ее возрастом. Отец, вероятно, был прав: соперничество между матерью и дочерью вполне возможно.
А ведь она и в самом деле хорошенькая или, как говорили девочки в школе, привлекательная.
– Когда мой брат приезжал за мной в прошлое воскресенье, – сообщила как-то одна из одноклассниц Бертилле, – он сказал мне, что ты здесь самая красивая.
Бертилла рассмеялась, но слышать эти слова было ей и приятно, и лестно.
«Я бы не хотела, чтобы мама стыдилась меня, – бесхитростно подумала она тогда. – Я ведь слышала, как она жалела свою подругу герцогиню за то, что у нее такие некрасивые дочери».
И даже то, что мать не писала ей в школу писем, не виделась с ней на каникулах, не обсуждала планы на будущее, не подготовило Бертиллу к тому, что ее лишат последних связей с семьей.
«За исключением тети Агаты!» – прошептала Бертилла и вздрогнула.
Шел дождь, небо было темное и унылое, набережная мокрая, а море на горизонте бурное, когда Бертилла поднялась на борт парохода «Коромандел», который должен был увезти ее из Англии.
Корабль был не слишком велик, но весьма внушителен: черный корпус, высокие надстройки, красивая рулевая рубка на капитанском мостике, красный флагманский вымпел на корме.
Все корабли, перевозившие по важнейшим морским линиям Британской империи до двухсот тысяч пассажиров и столько же торговых моряков ежегодно, имели водоизмещение меньше восьми тысяч тонн.
Но почти ежегодно на воду спускали до тысячи новых судов, и крупнейшие компании, такие как «Пенинсула энд ориентал», «Элдер Демпстср» и «Британская Индия», процветание которых было связано с имперской морской торговлей, уже обсуждали вопрос о постройке более крупных и удобных кораблей.
Мореходные компании гордились своими судами и всячески рекламировали их. «Коромандел» со своими четырьмя высокими мачтами и сложным такелажем мало чем напоминал торговое судно.
Бертилла в эту скверную дождливую погоду чувствовала себя особенно маленькой и одинокой и хотела лишь одного: поскорее попасть в свою каюту.
Всю дорогу в поезде она думала о том, что во время путешествия сможет по крайней мере заниматься шитьем и читать, а если за долгие недели ей не доведется найти подходящего собеседника, что ж, будет довольствоваться собственным обществом.
Как ни храбрилась она, ей трудно было удержать слезы при прощании с Мэйдстоном, который пожелал ей доброго пути.
То, что с матерью не удалось проститься, ее не удивило: Бертилла покидала дом в половине девятого утра, а леди Элвинстон дала строгие указания утром ее не беспокоить.