Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
А ведь и правда протянула Антонина Васильевна.
Надежда подхватила свой тюк и устремилась наверх.
Первые три этажа она проскочила на ура, четвертый преодолела, отдуваясь и перекладывая тюк из руки в руку, пятый же проползла, сцепив зубы и ругая про себя лифтеров такими словами, каких от себя и не ожидала, а уж если бы такое услышал из ее уст вежливый муж, то был бы поражен в самое сердце.
На площадке пятого этажа Надежда преодолела искушение прислониться к стенке или же повиснуть на перилах, скомандовала себе: «Вперед!» как командир, призывающий бойцов в атаку, и пошла на чистом адреналине. Пройдя всего один марш, она настигла Веру с Виталием Андреевичем.
Обрадовавшись, что можно ненадолго остановиться и перевести дух, Надежда повернулась к ним, и слова приветствия невольно застряли у нее в горле.
Виталий Андреевич был явно не в лучшей форме бледный до синевы, на лбу выступила испарина, губы дрожали. Он пытался опереться на перила, но рука не слушалась и бестолково шарила по воздуху. В глазах стояла пелена. Было такое чувство, что он сейчас потеряет сознание.
Миленький! Вера поддерживала его с другой стороны. Ну, еще немножко, и придем! Совсем немного осталось! Только не падай тут в ее голосе слышались слезы.
Да что ж это такое творится! Надежда бросила тюк и подхватила инвалида с другой стороны. Давайте вместе!
Нет, все равно не дойдет, вздохнула Вера. При виде Надежды она немного успокоилась. Ему лекарство нужно обязательно принять, тогда легче станет. Надя, вы тут постойте, я сбегаю за этим лекарством, ладно?
Надежда согласилась. А что ей еще оставалось?
Вера бодро припустила вверх по лестнице. Как только она скрылась из глаз, Виталий Андреевич повернулся к Надежде. Теперь в его глазах не было прежнего отрешенного выражения, и пелены тоже не было. Он пошевелил губами, словно примериваясь, и заговорил тихим, чуть хриплым голосом:
Один два три
«Ну, снова-здорово, завел свою шарманку», подумала Надежда Николаевна.
Четыре пять шесть четырнадцать девяносто два продолжал Виталий Андреевич.
Опять двадцать пять! сказала Надежда. Ну что вам эти цифры?
Четырнадцать девяносто два! в голосе инвалида прозвучало что-то, напоминающее упрямство ребенка.
Ну хорошо-хорошо Надежда погладила его по плечу. Пускай будет четырнадцать девяносто два.
Девять десять успокоившись, снова забормотал Виталий Андреевич, одиннадцать двенадцать четырнадцать девяносто два тринадцать
Наверху хлопнула дверь, послышались быстрые шаги это Вера неслась с лекарством.
Пятнадцать Виталий Андреевич наклонился к Надежде и говорил теперь едва слышно ей на ухо: Семнадцать восемнадцать четырнадцать девяносто два
Ну как он? Вера смотрела на них с площадки шестого этажа.
Да вроде ничего.
Надежде показалось, что в глазах Веры мелькнуло подозрение. Или страх? Но сиделка уже спустилась, протягивая инвалиду стаканчик с растворенным в нем лекарством. Виталий Андреевич смотрел отрешенно, молча открыл рот и выпил, не поморщившись. Постоял немного, сделал шаг вперед и упал бы, если бы Надежда не перехватила его буквально в воздухе.
Слушайте, давайте уж я вас до квартиры провожу! сказала она решительно.
Вдвоем они доволокли инвалида до девятого этажа довольно быстро. По дороге Надежда осторожно выяснила, что Виталий Андреевич клиент тихий. Сам одевается, сам умывается и может ходить по квартире. Сам ест, только очень мало. Разговаривать не может, но все понимает. Себя контролирует, тут у Веры проблем не было.
Надежда хотела было сказать, что с ней Виталий Андреевич разговаривал, только цифрами, но тут инвалид вроде бы случайно споткнулся и наступил ей на ногу. Надо же, вроде худой такой, легкий, а как больно!
Войти в квартиру Вера ее не пригласила, да и не нужно этого. Надежда побежала к себе и вспомнила, что забыла тюк с покрывалом между пятым и шестым этажами, только минут через сорок. Надо же, на нее редко находит такая забывчивость!
Надежда занималась домашними делами, но перед глазами по-прежнему стояло озабоченное лицо Виталия Андреевича, а в ушах звучал его монотонный голос.
Эти цифры что он хотел сказать?
Эти цифры что он хотел сказать?
Надежда открыла посудомойку, да так и застыла над ней.
Так ли уж бессмысленны были цифры? Если бы он просто перечислял по порядку один, два, три и так далее, хоть до миллиона, то она и внимания не обратила бы. Ну, человек не в себе, ясное дело. Это если вежливо говорить, а если по-простому то больной на всю голову. Псих, одним словом.
Однако псих-то он псих, но вчера именно в двенадцать тридцать три отключилось электричество во всем микрорайоне и в ювелирном магазине открылся электронный замок на двери. Как раз для того, чтобы могли войти грабители.
Они с Антониной Васильевной еще удивились вчера, как же такое возможно на двери электронный замок. Мало ли какая авария случится, свет вырубится, вот и дверь нараспашку. А Лиза сказала, что на ночь они запирали дверь изнутри на огромный такой крюк мол, это надежнее всего. А днем, конечно то товар привезут, то кто-то придет к хозяину, вот крюк и снимали.