Дед, почему размен пять на полтыщи? Не понимаю.
Во-от, а ты в школу ходить не хочешь, жениться спешишь, Лют усмехнулся, слегка похлопывая себя по животу. У нас княжество Варламское, рода Варламовых, что тоже древние, как и мы, но богатые. Так вот, в княжестве пять деревень с населением довольно большим. В каждом по двадцать отроков, в среднем сколько получается?
Сотня, даже не задумываясь, выпалил пацан. Седые брови деда взлетели вверх, напомнив снежные вершины гор.
Так, а теперь на три это увеличь, что получается?
Триста.
А теперь представь, что все эти триста по деревням переженились и дети у них, да хоть, по одному.
Взрывник чуть задумался и выдал:
Девятьсот человек получается, деда, это, если в среднем брать, потому как у кого-то двое, или даже трое уже за три года, а у кого-то ни одного еще.
Ага, правильно мыслишь. Вот, Юр, гляди, как счет вести надо. Даже я так лихо не умею.
А ты сказал пятьсот, ну, то есть, полтыщи.
Угу Полтыщи Потому как не все еще переженились. Вот то на то и выходит, что за три года у нас полтыщи новых семей в княжестве.
Богато живет князь. Что же он выручить не может и недоим перекрыть? возмутился Взрывник.
Чем он будет его перекрывать, если все пять деревень с недосдачей третий год?
Ну, сбережения там какие, деньги, ценности. Не нищий же он, в конце концов, должны же быть запасы на черный день?
Ну, не знаю, Калин, может, и перекроет. Человек он умный, считать умеет получше меня, думаю, понимает причину и выгоду в происходящем. Авось и минует нас смерть, как знать.
Может, не ждать чуда, а сходить, поговорить с ним?
С кем? усмехнулся дед. С князем-то? Да нема его уже как третий месяц, видать, снова по Пустошам лазает, артефакты долбаные ищет.
Понятно. Археолог чертов, разочарованно буркнул мальчик.
Как ты сказал? Кто?
Ученые это такие, которые ищут и изучают всякие древности.
Кхм, значит, охотники Пустошей это археологи чертовы?
Да нет, деда, звонко рассмеялся мальчишка, просто археологи. Второе слово это я так, со зла добавил.
Сквернословим, значит? сощурил дед глаза, глядя на внука, и лучики морщинок залегли еще глубже.
Ну, это не сильно плохое слово
Ну-ну, ты мне еще расскажи, кто такие черти.
Ну, мало ли, а вдруг вы тут не знаете, кто это.
Дед рассмеялся, даже угрюмо сидевший Юр немного улыбнулся, но в глазах его грусть так и осталась.
Может, не ждать чуда, а сходить, поговорить с ним?
С кем? усмехнулся дед. С князем-то? Да нема его уже как третий месяц, видать, снова по Пустошам лазает, артефакты долбаные ищет.
Понятно. Археолог чертов, разочарованно буркнул мальчик.
Как ты сказал? Кто?
Ученые это такие, которые ищут и изучают всякие древности.
Кхм, значит, охотники Пустошей это археологи чертовы?
Да нет, деда, звонко рассмеялся мальчишка, просто археологи. Второе слово это я так, со зла добавил.
Сквернословим, значит? сощурил дед глаза, глядя на внука, и лучики морщинок залегли еще глубже.
Ну, это не сильно плохое слово
Ну-ну, ты мне еще расскажи, кто такие черти.
Ну, мало ли, а вдруг вы тут не знаете, кто это.
Дед рассмеялся, даже угрюмо сидевший Юр немного улыбнулся, но в глазах его грусть так и осталась.
Ну, что, сынок, давай обряд проведем? Уж очень хочется еще раз на это чудо посмотреть.
Юр степенно поднялся с табурета, подошел к отцу, поклонился в пояс, выпрямившись, глянул на сына. Тот лихо соскочил со своего места и повторил церемонию, поклонившись деду, а потом и отцу. Великого ума тут не нужно, чтобы понять, чего от него требуется. Юр вынул кривой широкий нож с затейливой, непонятной вязью на лезвии, и чиркнул им себе по левой ладони.
Запомни, сын, эти слова отдаю добровольно, и, взяв окровавленной левой рукой рукоять, полоснул лезвием по левой же ладони сына, вложил ему в руку измазанный клинок. Теперь он твой. Владей.
Струйка крови побежала по лезвию, и вязь полыхнула огненным свечением, заворожив своей красотой. Калин обомлел, а старшие мужи уже видели эту картину и с благоговением наблюдали вновь. Дед любовался, наслаждаясь зрелищем. Несколько мгновений, и все исчезло, словно и не было ничего. Мальчик аккуратно провел пальцем по надписи, погладил сталь клинка.
Теперь ты мой, тихо сказал он ножу. Ты голоден, я чувствую. Отец, почему ты его не кормил?
Мужчины серьезно переглянулись.
Сынок, я не воин, живем мы мирно, а просто так убивать нельзя. Мне нечем было его кормить.
А охота? Охота тоже ведь хорошо. Он так давно не пил крови, что даже сивучу облезлому будет рад.
Ну, так тому и быть, как домой вернемся, укажу тебе сивуча лови и корми свой нож.
А поймаешь ли? с хитринкой в глазах спросил дед.
Поймаю!
Глава 4
После судьбоносной беседы прошел почти месяц. Лют старался как можно больше времени провести с семьей. Боги даровали ему двух сыновей, но вскоре после рождения второго болезнь забрала младенца и еще неокрепшую после родов жену. Он женился во второй раз и в третий, но Боги упорно оставляли его вдовцом. Больше испытывать судьбу и рисковать чужими жизнями он не захотел так и остался сам, с единственным сыном. Но вскоре мальчик вырос, женился, появились внуки не радость ли? Известие о смерти Калина, конечно, же печалило, но внук вроде как и не умер. Вся эта история с переносом души не укладывалась в голове, Лют не спал ночами, все думал, прокручивал увиденное и услышанное, анализировал. А мальчишка ему нравился: бойкий, смышленый, целеустремленный. Как хотелось узнать его получше, но уверенность в том, что времени почти не осталось, в душе сидела крепко, и то видение на арене с глотами говорило, что вскоре все изменится жизнь даст здоровенную трещину. Знать бы еще, откуда ждать беду. Все эти мысли кружили и кружили, не давая старику покоя. Да, нынешний Калин кардинально разнился с прежним, благо все вопросы невестки и соседей насчет странного поведения ребенка списали на последствия болезни, Дар Богов и лечебные процедуры. Мало того, что постоянно сыпал странными, неизвестными словечками, так еще и каждое утро начинал с обливания водой из колодца, зачем-то размахивал руками, ногами, приседал и бегал вокруг дома, потом вновь обливался ледяной водой и только после этого шел завтракать. Но все бы ничего, если бы вскоре к нему не присоединился и Юр. Теперь они занимались этой дуростью вдвоем, что не осталось незамеченным соседями. Люди посмеивались уже в открытую. Юр повсюду ходил с сыном, даже на охоту взял с собой, не посмотрев на негодование супруги. Опасное это занятие охота. Детям там не место, только после инициации, и то не в первый год. Но они-то не знали, что Даром морочить голову обладала не только их Мурайка, но и сам хозяин, да и мальчишка далеко не промах. Юр рассказал, как паренек ходит по лесу и метко швыряет нож в добычу Лют не поверил своим ушам. Решили мальца отвести к Степану, обучить стрельбе из лука, глядишь, и пригодится, раз у него такие склонности к подобным наукам.