Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Как я мечтала когда-то, вместе со своим Адмиралом и детьми, на белом пароходе, чтобы море, солнце и никаких забот! И как повезло, что на «Нахимове» оказались мы все, включая ребят Смоленцева (кто Гитлера живым брали), причем в полной боевой готовности страшно представить, будь на судне лишь экипаж и мирные пассажиры, что могла бы натворить банда оуновской сволочи под командой «генерала УПА» Василя Кука, того самого, что девять лет назад в Киеве вынес мне смертный приговор. Но я жива и здорова (и надеюсь прожить вместе со своим Адмиралом до девяносто первого года, чтобы услышать: «В СССР все спокойно»), а эти херои сала на скамье подсудимых скулят. И мы, «инквизиция», приняли в процессе самое непосредственное участие если доказательная база была работой Генпрокуратуры и Военной коллегии Верховного суда, то «режиссурой», чтоб подать факты (правду, и только правду), занимались мы. Не устраивать «шоу» (а то кто-то предлагал и музыку пустить), но обеспечить всем в зале не только информацию, но и максимум эмоций как в фильме «Обыкновенный фашизм», ставшем для нас эталоном. Изображения на большом экране, или даже киносьемка, и все это подать в нужный момент, и выступления свидетелей собрать в должной последовательности, и (что не оглашалось) проинструктировать и даже иногда отрепетировать с ними, что они будут говорить (не добавлять ложь, а обеспечить, чтобы не путались и не запинались). Ради того, чтобы у позорного столба оказались не только вот эти конкретные двуногие особи, но и сама идея бандеровщины, укронацизма. Антинародная идея «херои» УПА воевали больше всего не с польскими панами, не с гитлеровскими оккупантами и не с НКВД, а с собственным народом, больше девяноста процентов убитых ими были не солдаты, а безоружные гражданские, своей же украинской нации, кто посмел усомниться в щиросвидомости. Какого «счастья» желали они своему же народу, ясно из слов Шухевича, одного из главарей: «Любые беды, любые страдания, лишь бы от москалей подальше, все ими принесенное сломать, все ими построенное разрушить, лучше при лучине сидеть и деревянной сохой пахать, но быть свободными». И конечно, сами главари, петлюры и бандеры (так же как в ином времени ющенки и юли тимошенки) предполагали, что они-то бедствовать не будут, а лишь указывать быдлу, как за идею страдать. В иной истории Хрущев решил укронациков простить здесь этого не будет, не героями и борцами за свободу они останутся в памяти людской, а последней мразью!
Очень правильно рассуждаете, Анна Петровна, покачал головой дядя Саша, он же комиссар госбезопасности товарищ Кириллов, благодаря которому я и попала в «Рассвет» (под этим кодом проходит все связанное с миром будущего), но позвольте провокационный вопрос. Чем освободительная борьба вьетнамского народа отличается от ливийского или украинского, как на западе все газеты нам тычут? На государственные интересы СССР ссылаться нельзя мы ведь не какая-то империя, покупающая благосостояние населения метрополии за счет бедных негров и индусов.
Дядя Саша любит быть «адвокатом дьявола» между своими с тех пор как, попав на «Воронеж» еще в сорок втором, услышал, что в будущем (еще до развала СССР) политработники станут бояться отвечать на ехидные вопросы личного состава, вроде «а отчего в Америке до сих пор нет революции, если социализм более прогрессивный строй». Курсанты же нашей Академии (будущие «инквизиторы» и прочие партийные кадры) должны уметь ответить на любой каверзный вопрос, и в самой недружественной обстановке поскольку за вами авторитет нашей партии. Сейчас я не на экзамене и среди своих но отвечать надо, пусть оргвыводов не последует, но станет дядя Саша хуже думать обо мне, а я этого не хочу.
Отвечаю: свобода это не абсолют, а лишь средство для достижения цели (иногда надо, напротив, покрепче штурвал зажать, ну где вы видели демократию в осажденной крепости). «Свобода» по-бандеровски это ненависть, рабство, разруха, каменный век, а Советская Украина это счастье, богатство, процветание. Так и в Ливии где простому человеку будет легче: в сенуситском халифате или в заморской провинции Итальянской Народной республики? А во Вьетнаме (про Африку пока молчу, там все пока впереди) с точностью до наоборот. Если там хозяева (слово «помещики» не совсем правильно, поскольку у них в собственности не только сельхозугодья, но и заводы и шахты могут быть) с народом обращаются хуже, чем с рабами, причем свои, местные, часто зверствуют еще больше французов. Тогда коммунистический, свободный Вьетнам это счастье для простого народа. Хотя допускаю, что лет через сто в нашей истории он присоединится к всемирному СССР, как у нас Словакия, Монголия, Тува, Маньчжурия присоединились. То есть свобода свои границы имеет, рубежи и они не постоянные, а от текущей политической обстановки зависят, что вчера было справедливым, сегодня должно быть изменено.
Дядя Саша лишь кивнул. И больше о политике не продолжал. Сегодня мы все отдохнуть собрались, в нашей квартире на Ленинградском шоссе: Юрка с Лючией подошли, Валя Кунцевич с Марией (ну это понятно в одном доме квартиры получили, Смоленцевы над нами, выше этажом, а Кунцевич в другом подъезде), еще дядя Саша, бывший старым другом еще моего отца, Мария Степановна пришла, за нашими детьми присмотреть, ну и Валя своего китайского «крестника» Юншена пригласил, с двумя сестричками, «розой» и «орхидеей». На стол выставили что нашлось, радиола играет, лето за окном, свежесть после прошедшего дождя. Жалко лишь, что моего Адмирала нет, в Ленинграде он по своим «атомным» делам. Ну ничего, Пономаренко же обещал нам отпуск хотя бы десять дней? Вот не отстану, напомню обязательно!