Всего за 229 руб. Купить полную версию
Он по-прежнему владел родительской фермой в Айове, как и прилегающими к ней сотнями тысяч акров, которые обратил в высокотравную прерию со стадами бизонов и живыми индейцами (те внезапно обнаружили, что скакать на конях за добычей много веселее, чем валяться в канавах Миннеаполиса или Сиэтла). Большую же часть времени он проводил в Новом Чжусине своем, фактически, герцогстве.
Связи с общественностью? спросил Финкель-Макгроу.
Сэр?
Современный этикет значительно упростился; в таком неформальном разговоре обращение «ваша светлость» было бы неуместно.
Ваш отдел, сэр.
Инженерный. Индпошив.
Вот как? Я думал, Вордсворта узнают только гуманитарии-пиарщики.
В данном случае это не так. Я инженер. Недавно назначен в Индпошив. Так случилось, что выполнял работу именно по этому проекту.
Какую?
В основном связанную с ПИ, отвечал Хакворт. Допустимо предположить, что Финкель-Макгроу все еще следит за развитием науки и узнает сокращение от «псевдоинтеллект», а возможно, даже оценит такое допущение с его стороны.
Финкель-Макгроу просветлел лицом.
Знаете, в моей молодости это называлось ИИ. Искусственный интеллект.
Хакворт позволил себе коротко улыбнуться.
Полагаю, что в дерзости есть своя положительная сторона.
И как здесь применялся псевдоинтеллект?
В основном по линии МФС, сэр. («Империал тектоникс» отвечала за остров, здания, растительность, «Машин-фаз лимитед», в которой работал Хакворт, за все, что движется.) Птицам, динозаврам и тому подобному вполне довольно стереотипного поведения, но кентавров и фавнов мы хотели сделать более интерактивными, чтобы создать иллюзию разумности.
Финкель-Макгроу просветлел лицом.
Знаете, в моей молодости это называлось ИИ. Искусственный интеллект.
Хакворт позволил себе коротко улыбнуться.
Полагаю, что в дерзости есть своя положительная сторона.
И как здесь применялся псевдоинтеллект?
В основном по линии МФС, сэр. («Империал тектоникс» отвечала за остров, здания, растительность, «Машин-фаз лимитед», в которой работал Хакворт, за все, что движется.) Птицам, динозаврам и тому подобному вполне довольно стереотипного поведения, но кентавров и фавнов мы хотели сделать более интерактивными, чтобы создать иллюзию разумности.
Что ж, очень, очень хорошо, мистер Хакворт.
Спасибо, сэр.
Мне прекрасно известно, что в Индпошив переводят лучших. Не объясните ли, как пристрастие к романтическим поэтам помогло вам достичь нынешнего вашего уровня?
Хакворт опешил. Он постарался ответить так, чтобы это не прозвучало похвальбой.
Надеюсь, человек в вашем положении не видит здесь никакого противоречия.
Человек в моем положении не назначал вас в Индпошив. Это сделал человек в совершенно другом положении, и я опасаюсь, что такие люди очень даже склонны видеть противоречие.
Понимаю, сэр. Видите ли, я изучал английскую литературу в колледже.
Ага! Значит, вы шли к инженерной работе кружной дорогой?
Думаю, так, сэр.
А ваши коллеги из Индпошива?
Если я правильно понял ваш вопрос, сэр, то действительно, в сравнении с другими отделами у относительно большой доли инженеров была, так скажем, занятная жизнь.
А что делает одну жизнь более занятной, чем остальные?
В общем я сказал бы, что занятным мы называем все новое и непредсказуемое.
Это почти что масло масляное. Однако, поскольку сам лорд Финкель-Макгроу не стремился пояснить свои мысли, он сделал вид, что удовлетворен, и с минуту смотрел на играющих детей, водя тростью по земле, словно сомневался в ее устойчивости. Потом он внезапно описал тростью дугу, указывая на пол-острова.
Как вы предполагаете, скольким из этих детей предстоит занятная жизнь?
Ну, по меньшей мере двоим, сэр, принцессе Шарлотте и вашей внучке.
Вы бойки на язык, мистер Хакворт, и подозреваю, склонялись бы к лукавству, если бы не ваши твердые нравственные принципы, сказал Финкель-Макгроу немного спесиво. Скажите, ваши родители были подданные или вы присягнули сами?
Мне только-только исполнился двадцать один, когда ее величество тогда еще ее королевское высочество совершала поездку по Северной Америке перед поступлением в Стэнфорд. Я принял присягу в колледже Святой Троицы в Бостоне.
Почему? Вы умны и, в отличие от большинства инженеров, не чужды культуре. Вы могли бы войти в Первую Распределенную Республику или в любое из синтетических землячеств на Западном побережье. Вас ожидали бы достойные перспективы и не сковывала, тут Финкель-Макгроу ткнул тростью в сторону двух воздушных судов, наша поведенческая дисциплина. Почему вы ограничили себя, мистер Хакворт?
Не касаясь побуждений сугубо личного плана, осторожно начал Хакворт, скажу, что в детстве видел два вида дисциплины чрезмерную и никакой. Последняя ведет к распущенности. Я употребляю это слово без всякого ханжества, просто в качестве определения того, что мне известно по опыту, так как сделало мое детство отнюдь не идиллическим.
Финкель-Макгроу, вероятно, осознал, что переступил границы дозволенного. Он кивнул.
Это, разумеется, распространенный довод.
Разумеется, сэр. Я никоим образом не хотел сказать, будто единственный в молодые годы пострадал от того, во что превратилась наша культура.