Всего за 199 руб. Купить полную версию
Справа от дороги в траве торчал белесый камень. Из овальной фотографии смотрела женщина. Волосы распущены и слегка растрепаны.
Ой, прошептала Мара.
Двигатель замолчал.
В открытые окна потянуло чем-то неприятным.
Глава 3
Ночь в лесу
Я ухожу! Вы как хотите, а я иду обратно!
Чернов визжал. Он как выскочил из машины, так стал орать. Уже минут пять. Как по мне много.
Тут нет дороги из желтого кирпича! высунула мордочку с заднего сиденья Мара.
Да пошли вы! Двоюродный потряс над головой руками. Вы психи, раз хотите сидеть и ждать непонятно чего. Надо возвращаться! Это же ясно!
Тут нет дороги из желтого кирпича! высунула мордочку с заднего сиденья Мара.
Да пошли вы! Двоюродный потряс над головой руками. Вы психи, раз хотите сидеть и ждать непонятно чего. Надо возвращаться! Это же ясно!
Не дергайся ты! Сумерник сидел на пороге машины и воевал с навигатором. Какое-то время черная коробочка милым терпеливым голосом сообщала, что именно этот маршрут был заложен изначально, что она привела путешественников в точку назначения, но Кирилл не сдавался.
Связи нет, висела у него над левым плечом Мара.
Связи и правда не было. Двоюродный метался, задрав планшет. Я смотрел по сторонам. Если это сказка про врачей, то пора появиться Жевунам. Вместе с очередной колдуньей. Сколько их должно быть?
Но никто не появлялся.
Поехали отсюда! подскочил к Сумернику Чернов. Еще не темно! Мы успеем вернуться.
Серый ждет, покачал головой Сумерник.
Меньше всего в этой истории я сочувствовал неведомому Серому.
Я здесь не останусь! Рубанув рукой воздух, двоюродный решительно повернулся и пошел по проселку обратно к дороге. Я ему немного позавидовал, потому что он уходил от неприятного запаха. Воняло нешуточно, словно где-то поблизости валялась дохлая корова. Я смотрел на куст возле надгробия. Не корова, но казалось, что вонял именно он.
Чернов успел прилично учесать, когда вдруг заорал.
Я представил, как с неба падает лазерный луч и уничтожает моего непослушного братца. Еще была версия с разверзнувшейся землей и провалом в тартарары. Но ничего этого не случилось. Чернов бодро скакал обратно.
Там мышь! вопил он издалека.
Мара ахнула.
И чего? Сумерник даже от навигатора не оторвался, все так и жал на его кнопки и экран. Настойчиво жал. Казалось, сейчас продавит и останется сидеть с нанизанной на палец коробочкой.
Дохлая!
Я сглотнул. Не волшебницу, так мышку мы все же задавили.
Чернов допрыгал до нас. Взгляд сумасшедший.
Ты чего мышей боишься? спросил Сумерник.
Даже я удивился.
Бедненькая Мара привстала на цыпочки и пошла по тропинке к месту трагедии. Далеко не ушла, потому что Чернов опять заорал:
Черт, черт, черт!
Где? выглянул из-за двери Сумерник.
Двоюродный пучил глаза, разевал рот, а рукой показывал в сторону надгробия.
Ну чего опять? разочарованно протянул Кирилл.
Смотрите! Чернов пританцовывал, словно хотел в туалет.
От этого крика мне в очередной раз захотелось поскорее уехать отсюда. И уже не важно куда: только бы ревел мотор и только бы не чувствовать этого запаха.
Я выполнил просьбу братца и посмотрел. Мельком. Хватило. Портрет Чернова. В овале фотографии. Брови сдвинул. Чем-то недоволен.
А-а-а-а-а! ушел на повышение звука братец, так что уши стало закладывать.
Ой, мамочка! завопила Мара и бросилась к камню.
Стой! попытался перехватить ее Сумерник.
Мара увернулась и доскакала до надгробия.
Нет, нет, нет! причитала она, пытаясь расцарапать фотографию. Поддела краешек ногтем. Палец сорвался. Стукнула кулаком. Чернов на фото стал еще мрачнее.
Да погоди ты! попытался оттащить ее Сумерник.
Мара прыгала как сумасшедшая. Я подумал, что ей еще надо головой в камень въехать, тогда точно поможет.
Но девчонка поступила по-другому. Она метнулась к озеру, забралась в него по щиколотки, зачерпнула горсть воды и, прибежав обратно, облила фотографию. Еще и ладонью сверху провела. Для верности.
Остановись! дотянулся до ее плеч Кирилл и наконец оттащил от камня.
Ты что? в полной тишине хрипло спросил Чернов.
А потом в воздухе что-то словно лопнуло, и с неба упал довольно приятный хохоток. Или птичка что хорошее пропела.
Но на птичку я не отвлекался. Я внимательно смотрел, как портрет Чернова смывается. Вода бежала по его лицу, оставляя после себя белесый фаянс. Или из чего эти овалы делаются?
Чернов тяжело задышал.
Так, поднялся Сумерник. Хватит орать. Связи тут нет, спутник не работает. Едем обратно. Берегите заряд на телефонах. Нам они могут пригодиться.
Мара вытирала о себя руки.
А что случилось? нервно дергала она головой. Что мы сделали?
Я задрал голову. Ничего в небе не было, кроме сплошных облаков. Птицы не летали. Вспомнилась попавшая в фару неудачница, и мне стало не по себе.
Ничего, поехали! Сумерник потерял свое спокойствие, движения его стали резкими.
Чернов стоял в полуобмороке, тупо глядя на надгробие.
Чего случилось-то? заклинило Мару. Она доковыляла до машины и теперь с удивлением смотрела на свои мокрые ноги.
Ничего! Садись! Сумерник шарахнул дверью.
Ага, поехали! Чего тут делать-то? засуетился Чернов. Он ринулся к машине, врезался в стояк двери, стал втискиваться на заднее сиденье и застрял.