Я сглотнул. Мне расхотелось ехать в тот пункт, куда вел этот навигатор. Тем более отсюда его было и не видно. Я боялся нажимать на кнопки, чтобы не сбить все окончательно.
Давайте его выбросим, насела на меня Мара.
Чего это мы его выбросим? Сумерник сильнее сжал руль.
Это из-за него! снова подал голос двоюродный.
Он-то тут при чем? сквозь зубы процедил Сумерник. Спутники сбоят!
В нем завелся колдун, выдала Мара.
От неожиданности я закашлялся. Круто! До такого я еще не додумался.
Совсем, что ли?
Это, кстати, был не вопрос. Это было утверждение.
А в ваших гаджетах тоже колдун? Вроде как они сюда же привели, напомнил Сумерник.
Мы заблудились. Голос Мара не повышала, и от этого становилось только хуже. Неприятный у нее был голос, злобный какой-то. Он вливался в уши, рождал озноб.
Да где же мы заблудились! не выдержал Сумерник. Он шарахнул кулаком по рулю. Мир квадратный: едешь либо туда, либо оттуда. Мы едем оттуда и скоро будем дома!
«Поверните налево».
Мы повернули, потом еще раз. Ехали в полном одиночестве по дороге, на которой не встретилось ни одной машины. И ни одной деревни. Они почему-то оказывались в стороне. Глумово, Парша, Весь. Вдалеке все. А мы ехали здесь. По дороге. Я не заметил, как мы опять оказались на проселке. Начинало смеркаться. Вроде бы я задремал.
«Вы прибыли к месту назначения», сообщил навигатор.
Эти слова больно ударили по мозгам возвращение к реальности было мучительным. Голова заболела. Пискнули часы. В дороге мы были десять часов.
Озеро. Место я узнал. Неподалеку желтела обложка выброшенной книги.
Опа, прошептал Сумерник.
И как-то разом стало темно. В открытые окна потянуло затхлостью.
Корова сдохла. Или кто-то такой же крупный. А может, и две коровы. Морские.
Посмотрел на навигатор. Он молчал. На черном экране не было ничего. Пальцем я нарисовал смайлик. Здесь могла бы быть ваша реклама.
Я не выйду, вцепился в подголовник кресла Кирилла Чернов. Я тут останусь.
Сумерник кусал губы. Смотрел на озеро и сосредоточенно грыз сам себя.
Давайте домой поедем, проскулила Мара.
Кирилл глянул на меня. Я пожал плечами. Книга тут была мы ее перед отправкой выбросили, а надгробия не было. Кто-то неведомый вылил ведро воды, и надгробие тоже смылось. Кто-то
Иногда бывает леший водит, предположил я. У меня от мамы много такого мусора в голосе. Шутит.
Шутит? зло уточнил Сумерник, глядя в лобовое стекло перед собой.
Толкает в спину не в ту сторону. Надо крест перекинуть на спину, тогда
Какой крест? очень тихо спросил Сумерник.
Толкает в спину не в ту сторону. Надо крест перекинуть на спину, тогда
Какой крест? очень тихо спросил Сумерник.
После таких вопросов отвечать не хотелось.
А я знаю, опять повисла на моем кресле Мара. Надо еще обувь поменять местами, правую на левую, а левую на правую. Я сейчас переобуюсь!
Хорош дергаться! стукнул по своему подголовнику Сумерник. Ща домой поедем. Выруби эту дуру и больше не трогай! бросил он мне. Что там ваши телефоны?
Вот, вот, суетился Чернов, угодливо протягивая планшет. Это еще раньше загрузилось. А сейчас без связи, но картинка есть.
Так! Сел ровно! рявкнул Сумерник на готового пролезть через кресло двоюродного. Я сам разберусь. Что тут у тебя?
Я тоже посмотрел, потому что интересно было увидеть наше плутание не через экран навигатора. Мой смартфон позорно выдавал отсутствие желания общаться с миром.
На планшете было озеро, была дорога вокруг озера. И дорога к озеру. Мы по ней и проехали. Проселок на карте отмечен пунктиром. Пунктир упирался в нормальную дорогу. Я увидел знакомое название «Поддыбье». Сумерник попытался оттянуть карту, чтобы посмотреть, какого кругаля мы дали, но за видимые границы карта не пускала, показывая пустоту.
Пустота была зловещей. Я кашлянул.
Тогда Сумерник потянул карту в другую сторону. Дорога огибала озеро и уходила в лес. За ним шла трасса Москва-Владимир. Сумерник стукнул по ней пальцем, потом посмотрел на приборную доску:
Мы едем сюда. Бензина хватит. И чтобы молчали у меня все!
Мара мелко закивала. Чернов засопел. Я хотел возразить, что лучше нам сейчас никуда не ехать ведь понятно, что нас не пустят на трассу. Но Сумерник не стал бы меня слушать. Он опустил ручник, воткнул скорость, и машина поползла вдоль озера.
Я оглянулся. Книжка исчезла. Или я ее перестал видеть в наступившей темноте?
Мы какое-то время ехали, и тут меня осенило. Я крутанулся на кресле.
Рюкзак покажи! бросил я Маре.
Чего это?
Она потянулась к своему «чемодану». Молния была застегнута.
Неужели получилось?! Но как? Никакого же движения не было.
Показывай давай!
Ремень безопасности мешал мне встать на колени и перевеситься через спинку, но я успел вцепиться в лямку. Мара тянула рюкзак к себе, ухватившись за верхний кармашек.
Чего у нее там? истерично вскликнул Чернов.
Гони, говорю! рванул я на себя.
А ну, сели! ругнулся на нас Кирилл.
Не тронь! уперлась Мара.
Что?! выл Чернов. Что она сделала?!
Лямка у меня в руке неожиданно подалась. Я успел испугаться, что оторвал. Но потом послышался железный треск, и стало понятно, что это расходится молния.