Всего за 119 руб. Купить полную версию
В наследство от СССР нам достались колоссальные фонды, как промышленные, так и социальные, инфраструктурные. Сегодня они продолжают функционировать, однако фондирование осуществляется в объемах, условно, вдвое меньших, чем при «совке» (точных цифр никто не знает, да и как их высчитать?). Грубо говоря, если раньше среднестатистический работяга производил материальных благ на 100 руб. и получал с этого 5 руб. на руки для удовлетворения своих потребностей, 20 тратилось на «социалку», 60 шло на воспроизводство и 15 руб. на расширение фондов. Расширение фондов приводило к тому, что через год работяга производил благ уже на 110 руб. и получал для конечного потребления уже 5,5 руб. За счет этого и происходил рост экономики. Не мифический ВВП рос, а именно производство/потребление. Теперь же работяга производит благ на 60 руб. (производительность труда упала по причинам, описанным выше), получает на руки 20 руб., 10 тратится на «социалку» (если что, работяга из своего кармана за лечение доплатит), а 30 руб. идет на фондирование.
К чему это приводит? О, да это же приводит к РОСТУ ПОТРЕБЛЕНИЯ! Слава великому Путину, ротожопа в среднем теперь пропускает через свои дырки в четыре раза больше благ, чем при проклятом «совке»! Но есть у этой медали и обратная сторона утилизация фондов, которые не воспроизводятся, а выбывают из строя. В результате происходит сокращение производства, а, следовательно, иссякают и ресурсы для фондирования.
Таким образом проедается советское наследство. Да, кое-что создается, например импортеры, чтоб не платить высокие ввозные пошлины, осуществляют отверточную сборку автомобилей внутри страны. Пропаганда подает это с пафосом: создан суперсовременный завод, мощностью 100 тысяч автомобилей в год, высокооплачиваемую работу получили более 500 человек. Таким образом зомбоящик создает видимость того, что экономика РФ развивается, но на самом деле это иллюзия. Как только спрос сокращается, сборочный конвейер останавливается, и персонал выбрасывается на улицу. Потому что под ним нет фундамента нет фондов, нет производственного цикла. А производственный цикл это, прежде всего, производство средств производства, то есть завод по производству станков, на которых будут сделаны станки, на которых будет произведен автомобиль. Если у вас существует производство полного цикла от добычи железной руды до выпуска авто, в котором задействованы сотни тысяч рабочих рук, у вас будут и средства для поддержания и развития фондов, а занятые в производстве автомобилей люди его же и купят. Но если вы получите доход только в виде дилерской маржи от продажи импортной тачки, то эти деньги вы можете потратить лишь на личное потребление, их не хватит на фондирование всего производственного цикла.
Но тупорылые фанаты Путина не способны к самым элементарным мыслительным усилиям. Они видят, что стали «более лучше одеваться», и скотски радуются этому. Они думают, что масленица для котиков будет длиться вечно
2. ПРОЕДАНИЕ ПРИРОДНОЙ РЕНТЫ. Кое-кто заподозрит меня в манипуляции. Дескать, если бы была реализована описанная выше схема, при которой основные фонды утилизируются через наращивание потребления, мы бы давно уже сидели с голой задницей, потому что основные фонды, дающие ресурсы для потребления, уничтожались бы с возрастающей скоростью, и производство благ падало бы тоже с ускорением. Каково бы ни было наследство, доставшееся от дедов, оно прожигается очень быстро.
Это так, но при путинизме шло не только прожигание советского наследства, но и прожигание будущего. Да, да, я о природной ренте. Для простоты рассмотрим только нефтяную ренту. Природные богатства не являются частной собственностью конкретного лица даже в самых капиталистических странах. В РФ по Конституции они тоже принадлежат народу, то есть нынешним и будущим поколениям. Но нефти сейчас в РФ добывается в три раза больше, чем потребляется. Излишек продается за границу, а доход прожигается на потребление.
При этом даже в нефтяной промышленности фондирование упорно стремится к нулю. Для нефтянки основа основ геолоразведка. Сегодня темпы разведочного бурения снижены в десятки раз по сравнению даже с 70-ми годами прошлого века. Насколько точно установить невозможно, потому что все компании махинируют со статистикой, выдавая эксплуатационное бурение за разведочное, но сам факт многократного падения производства бурового оборудования вопиет о том, что аллес капут не за горами. Запасы нефти не восполняются в достаточном объеме, а добыча растет за счет варварских методов эксплуатации скважин, о чем подробнее поговорим ниже.
Нефтяная рента делает ненужным фондирование длинной производственной цепочки в том же автопроме. Вот, спрашивается, зачем работать кайлом вместо приятного ничегонеделания в офисе, строить заводы, чтобы производить станки, а на станках производить машины, для производства которых нужны кадры, для подготовки которых необходимо содержать еще вузы и ПТУ? Это ж, блин, нерентабельно! Надо действовать эффективно: добываем баррель, тратя 30 баксов, продаем его за 100 баксов, половину маржи уворовываем и оффшорим, остатки швыряем на раздербан черни. Ввозим уже готовые автомобили, выдаем быдлу кредиты, и в итоге грабим его еще два раза имея доход с продажи тачек и проценты по кредитам. А по зомбоящику скажем, что «постиндустриальная» экономика это круто!