Всего за 690 руб. Купить полную версию
Продавать?! Воскликнул мужской голос из-за моей спины.
В течение следующего месяца вы будете ужесточено тренироваться, не обратив внимания на восклик, продолжала инструктаж Скарлетт. Вам придется драться между собой. Зачастую бои будут происходить насмерть. В этом году у нас девяносто семь пятикровок и двадцать три тэйсинтая. В сумме сто двадцать человек. Это на три десятка больше, чем пять лет назад. К концу месяца вас должно остаться ровно пятьдесят. Большинство из вас отсеется из-за летальных исходов, а те немногие, кто останется в живых, но не войдет в заветную пятидесятку, автоматически превратятся в доноров. Хотя, не переживайте даже если вы умрете в течение следующих тридцати дней, вы всё равно станете донорами. В конце концов, откуда берется кровь пятой группы, которую переливают подопытным тэйсинтаям? Если не вошедший в заветную пятидесятку является тэйсинтаем, в него перельют кровь погибшего пятикровки, что зачастую приводит всё к тому же летальному исходу. Те из вас, кто сумеет выжить до начала августа и войти в пятидесятку, станут участниками Металлического турнира, проходящего один раз в пять лет. И здесь можно было бы вас поздравить, если бы только не хотелось вас пожалеть. Металлический турнир это мясорубка с кровью, кишками и мясом. В нем участвуют пятьдесят новобранцев, благополучно прошедших подготовительный период, семь известных Металлов и, в этом году, около двенадцати человек, забытых в Ристалище во время прошлого турнира и умудрившихся до сих пор там выжить. Ристалище это место проведения Металлического турнира и ваш страшный сон. Вас поместят в эту мясорубку на месяц, по истечению которого вам предоставят шанс из нее выбраться. Всего таких «шансов» десять, так что обычно из Ристалища возвращается всего три человека.
Почему три? Поинтересовалась бледная девушка из толпы тэйсинтаев. Ведь только что было сказано, что мест десять.
Считайте, что их три, так как семь из них всегда достаются семи Металлам.
Выходит, что семьдесят из нас умрут еще до августа, раздался голос из толпы пятикровок. И еще сорок семь погибнет в Ристалище, если не останется в нем куковать до следующего турнира. В чем смысл?
Конкретно для тебя, смысл это выживание, холодно отозвалась Скарлетт. Для организаторов Металлического турнира обретение в ваших лицах идеальных солдат и, конечно же, открытие нового сезона для букмекерских контор. Тотализаторы никто не отменял, а на ваших жизнях и смертях можно много заработать, параллельно состряпав для Дилениума первоклассного воина, так как каждый гарант мечтает спонсировать того, кто впоследствии может стать Металлом. Кстати о гарантах Завтра, как я уже говорила, в первой половине дня состоится аукцион. И снова хотелось бы вас поздравить, если бы потом не пришлось жалеть. Вас будут покупать с молотка разношерстные толстосумы. У купленных будет больше шансов на выживание в течение следующего месяца, нежели у тех, кто останется без толкового гаранта. Дело в том, что купивший вас гарант тратиться на вашу безопасность во время всего следующего месяца. Он может купить вам всё: одежду, оружие, лекарство и новую почку За это, в своё время, придется отплатить, однако повторюсь у тех, кто останется без щедрого гаранта, шансы на выживание автоматически сокращаются. Остальные подробности узнаете по ходу выживания, сейчас же я разведу вас по казармам И советую вам выспаться перед настоящим весельем.
Казармы оказались страшным сном обшарпанные стены, скрипучие двухэтажные кровати, проржавевший общий душ и отсыревший бетонный пол. Даже в бараках стекольного завода Кантона-А условия проживания были лучше. Но больше всего и без того гнетущую атмосферу усугубляло полное отсутствие дневного света.
Тэйсинтаев отделили от пятикровок, после чего их распределили по двум соединенным между собой казармам.
Так как я оказалась единственной девушкой пятикровкой, меня забросили в одну казарму с остальными девушками тэйсинтаями. Я вовремя заняла нижнее место у последней кровати слева от входа, так как уже спустя пару минут выяснилось, что не всем хватило спального места. Нас заперли в затхлой комнатушке, словно опасных рецидивистов, позволив самостоятельно разобраться между собой в вопросе о том, кому какое место отойдет. Двухэтажных кроватей было всего четыре, что означало, что на девять девушек было всего восемь мест и одной из нас предстояло спать на матрасе, расстеленном справа от входа. Высокая и жилистая девушка по имени Чеб, с русыми волосами, напоминающими сухую солому, и неординарно сиплым голосом, отказывалась соглашаться с тем, что именно ей не досталось желанное место. Одним резким рывком она сорвала со второго этажа близ стоящей кровати мелкую блондинку, властно отшвырнув её на матрас у двери. У блондинки, с её низким ростом и хрупкой комплекцией, не было ни единого шанса на победу. Она прекрасно это понимала, так как даже не попыталась проявить своё недовольство.
Когда вопрос с койками устаканился, мы понаходили под своими подушками пронумерованные ключи от шкафчиков, представляющих собой сплошную дверь, шириной в полметра и длинной в два. Содержимое шкафов у всех было одинаковым: серая пижама изо льна, страшное полотенце огромных размеров, кусок хозяйственного мыла, зубная щетка с пастой и упаковка тампонов. Никакой сменной одежды, даже нижнего белья. Осмотрев общую душевую, расположенную сразу за тонкой стеной, в которую упиралось изголовье моей кровати, я содрогнулась. Казалось, будто в ней не убирались минимум полвека и здесь давно уже поселились неведомые генетикам микроорганизмы. Так как двери между душевой и казармой не существовало, а проем между ними был достаточно крупных размеров, для меня стало совершенно очевидно, что нам придется страдать от сырости и ожидать скорого появления плесени. Туалет был совмещен с душем. На два рядом стоящих, старых унитаза, мне было страшно даже бросить взгляд, не то что присесть.