А там и спать захочется, или утро придет и надо будет вставать на молитву
Платья расстилались на кровати всеми цветами радуги. Каштановые волосы, серые, грозовые глаза Домбрийских, мать была красива. И цвета носила яркие, синий, зеленый, алый, пурпурный
На Малене это смотрелось
Нет, платья-то выглядели отлично, несмотря на возраст, а вот Малена в них жалко.
Плечи обвисали, грудь жалобно пузырилась, хоть платки подкладывай, талия тоже находилась решительно не там, да и мама была чуть толще Малены. Хотя это и неудивительно, на монастырских харчах не потолстеешь.
Распарывать и перешивать, иначе никак. Это просто подшить не получится, разве что длину сейчас убрать?
Малена лениво копалась в сундуке, когда заметила
Крышка была не цельной.
Тонкая, слово волос, щель, проходила по всей ее кромке. Видимо, когда-то в ней сделали тайник, и он был незаметен, но за десять лет кто знает, как хранились сундуки?
Сырость, сухость
Дерево рассохлось, и стало видно, что там пустота.
Тайник?
Малена понимала, что поступает глупо, что вряд ли там что-то будет, что
Какая разница?
Пальцы не справились, а вот ножницы подошли, и через пару минут дощечка отошла, открывая пространство, заполненное корпией.
И в ней лежал небольшой полотняный мешочек. Совсем небольшой
Малена медленно взяла его в руки.
Что там?
Что-то мамино?
Пальцы дрожали так сильно, что завязки пришлось распускать зубами, но наконец они поддались, и в руках в Малены осталось зеркало.
Очень старое, в тяжелой металлической оправе черного цвета, кое-где позолота, кое-где царапины но только на оправе. На самом зеркале нет ни царапины, ни скола
Странное стекло, золотистого цвета, и лицо Малены в нем кажется совсем незнакомым, взрослее, серьезнее громадные глаза, серые, как у матери, высокие отцовские скулы
Очень старое, в тяжелой металлической оправе черного цвета, кое-где позолота, кое-где царапины но только на оправе. На самом зеркале нет ни царапины, ни скола
Странное стекло, золотистого цвета, и лицо Малены в нем кажется совсем незнакомым, взрослее, серьезнее громадные глаза, серые, как у матери, высокие отцовские скулы
Когда-то мама держала это зеркало в руках.
Малена медленно провела пальцем по оправе. Ойкнула, отдернула руку, видимо, металл плохо отполировали, осталась заусенца, а на подушечке пальца выступила капелька крови. Девушка слизнула ее
Внезапно накатила усталость, захотелось спать.
Мама
Ни за что она с этим зеркалом не расстанется, и не покажет его никому.
Зеркало решительно отправилось в тот же мешок и для начала под подушку. Так Малена и уснула, вцепившись в свою драгоценность даже во сне.
Лорена Домбрийская
Полетело в стену зеркало, вслед за ним отправилась книга, подушка, со злости женщина перевернула чайный столик, выдохлась и замерла среди комнаты демоном разрушения.
Тварь!
Титул, красота, молодость (что такое тридцать пять лет? Ерунда!), богатство, власть
Панацеей не является ничего из вышеперечисленного.
Муж умирает. А с ним умирают и надежды Лорены на счастливую обеспеченную жизнь.
Впрочем, метаться по комнате Лорене надоело достаточно быстро, и она помчалась в покои, отведенные для проживания графу Рисойскому. Брат-близнец, вторая половинка, родной и любимый человек. Да, такие бывают даже у гадюк.
Хотя лично Лорена себя ни гадюкой, ни гадиной не считала, дело-то вполне житейское
Когда тридцать пять лет назад в семье Рисойских родились близнецы, отец закатил по этому поводу пирушку на неделю. С угощением всех проезжающих, с подарками, с хмельными возгласами
Для него жизнь была счастьем и праздником, так он и вел себя, а чтобы деньги зарабатывать, преумножать фамильное достояние
Какие интересные у вас шутки!
Аристократам таким заниматься невместно, это для выскочек, выползков из низов общества, всякого отребья! Но уж точно не для Рисойского, который, бывало, и с королевским домом роднился!
Скончался отец от белой горячки, когда близнецам было по пятнадцать лет. Мать умерла в эпидемию холеры, тогда же умер и младший брат, впрочем, близнецы ни о ком не тосковали. Не умели. Друг друга им вполне хватало для счастья.
Быть красивой девушкой всегда приятно.
Но если ты бедна, как церковная крыса?
Если из всех платьев у тебя лишь два без дырок, а остальные перешиты из старых, еще материнских?
Если имение заложено за долги папочки, чтоб его шервули[5] сожрали?
У красивых бесприданниц есть два выхода. Даже три.
Монастырь Лорена отмела сразу, она слишком хотела жить и радоваться жизни. Ей нравились красивые платья, драгоценности, да, и мужчины ей тоже нравились! И она им, поэтому девушкой рассматривались два других варианта.
Содержанка или жена?
Оба имели свои достоинства и свои недостатки. На варианте жены настоял Лоран, и близнецы ни разу не пожалели о принятом решении.
А тогда, ночью, после похорон
Лоран и Лорена сидели в кабинете отца, пили отцовское же вино и разговаривали.
Рисой разорен. Доходов нам ни на что не хватит
Они все же есть? Лорена искренне сомневалась в этом.
Долгов у нас всяко больше. А потому сестренка, у нас безвыходное положение.
Какое же?
Тебе надо выйти замуж. За богатого старика.
Лорена подняла брови. Не то, чтобы ее пугала эта перспектива, в пятнадцать она уже отлично разбиралась в некоторых сторонах жизни. Братец и просветил, когда она его со служанкой застала. А девушкой Лорена оставалась из тех соображений, что девушки продаются дороже.