Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Девочка, в двенадцать лет свободно говорящая на трех языках, это интересно, но Рада задумчиво покачала головой. Наши выпускники, не в двенадцать лет, конечно, но к окончанию школы, тоже свободно владеют английским, французским и немецким. Понимаешь, все дети способны к языкам, если, конечно, правильно учить.
Ирка окончательно пала духом. Языки были ее гордостью, в классе она была такая одна, на языковых курсах тоже. И вот оказывается, что для Рады и ее школы Иркины три языка фигня, все так могут.
Рада Сергеевна пристально поглядела на Ирку, словно оценивала впечатление от своих слов. Потом улыбнулась и подняла окольцованный золотом палец, призывая к вниманию.
Но! Для нас было бы интересно иметь в своих стенах ребенка-полиглота, владеющего десятком языков. Руководитель твоих курсов говорил мне, ты пыталась заниматься еще испанским и итальянским, но вскоре бросила, хотя преподаватели тебя хвалили. Силенок не хватило? Рада Сергеевна глядела на нее испытующе.
Ирка опять съежилась. Ей захотелось убраться подальше от Рады Сергеевны с ее пахучими травами, почему-то вселяющими в душу мир и успокоение, и такими неудобными вопросами, заставляющими Ирку смущенно прятать глаза. Она совершенно не собиралась сообщать о своих проблемах этой совсем незнакомой женщине. У нее есть гордость!
Я у меня не хватало времени и
Взгляд Рады стал сочувственным и таким глубоким, все понимающим, что Ирка почувствовала врать этой женщине нельзя! Даже в мелочах. Стыдно.
Дорого очень получалось, шепотом призналась Ирка. У меня таких денег нет.
Дорого, повторила директриса и вдруг, взяв одну из курильниц, поставила ее на столик перед Иркой. Правда, приятный запах?
Запах был странным. И опять-таки смутно знакомым.
Самостоятельно не пыталась заниматься?
Да чего она хочет? Ирка ж не машина для заучивания иностранных языков. Ей и телик иногда посмотреть хочется, с Богданом в охоту на орков погонять, у Таньки посидеть Но Ирка хорошо понимала: как и всем взрослым, Раде Сергеевне эти важные дела совершенно безразличны.
Иногда занималась. Совсем чуть-чуть, уточнила Ирка. Неужели проверять станет?
Стала. Рада Сергеевна положила перед Иркой листок с текстом, чистую тетрадь и резную деревянную ручку, почему-то завернутую в носовой платок.
Пиши перевод.
Ну зачем же она трепалась! Ирка склонилась над текстом. Кажется, итальянский? Да она года полтора к итальянскому не прикасалась! Сейчас у нее ничего не выйдет, и получится, что она наврала, нахвастала, и внимательный интерес, мерцающий в синих, таких молодых глазах Рады Сергеевны, мгновенно сменится презрением к врунье Напряженно закусив губу, Ирка принялась вчитываться. Ха, а не все так плохо! Смутные, полузабытые слова неожиданно начали выстраиваться во что-то связное. Ирка вытряхнула деревянную ручку из платка и принялась писать. Ручка оказалась ужасно неудобной. Неужели нормальной нет?
Вот. Ирка протянула директрисе готовый перевод. Я плохо помню итальянский
Ничего, ответила та, задумчиво вглядываясь в кривоватые Иркины строчки. Вполне даже прилично. Особенно если учесть, что это вовсе не итальянский. Это латынь. Рада подняла голову, всматриваясь в ошарашенное лицо Ирки.
Но я никогда не учила латынь, запротестовала Ирка, яростно почесывая ладонь. Как же я могла перевести?
Вот именно, как? развеселилась Рада Сергеевна. Что ты ладошку дерешь?
Ничего, ерунда, покачала головой Ирка.
А ну-ка, покажи. Женщина властно протянула руку, и Ирке ничего не оставалось, как подать ей свою. Покраснение, протянула Рада, и Ирке показалось, что в ее голосе звучит разочарование. Отчего это? и, видя Иркино смущение, потребовала: Ирина, ты должна мне все рассказать! Это очень, очень важно. Ты даже не представляешь, насколько, настойчиво глядя Ирке в глаза, повторила Рада Сергеевна.
Ирка нахмурилась не нравились ей такие заявления. Что значит все рассказать? У любого человека могут быть тайны! Она независимо повела плечом:
Ручка ваша, наверное, из осины сделана. А у меня на осину аллергия.
Аллергия? Всего лишь аллергия?
Ну да, кивнула Ирка, изумленно глядя на Раду. Ничего себе «всего лишь», теперь дня два чесаться будет. Около нашего дома осина растет, я маленькая была, даже ходить возле нее не могла. Когда выросла, получше стало, но стоит дотронуться сразу кожа красная и чешется.
Ах, вот оно что! В голосе Рады слышалось явственное облегчение. Почти неслышно она пробормотала: Конечно, постоянный контакт! Вот почему такая слабая реакция!
Снова обернув ручку валяющимся на столе платком, директриса убрала ее прочь. Интересно, у нее тоже на осину аллергия?
Так, теперь последнее испытание, бодро заявила Рада, и Ирка ошеломленно уставилась на фолиант, который директриса держала в руках. Это был огромный том, совсем не похожий на обычные книги. Кожаный переплет охватывали тускло отблескивающие металлические уголки. Рада откинула стальную застежку, и перед Иркой раскрылись желтые ломкие страницы, испещренные непонятными черными значками.
Я не знаю таких букв! воскликнула Ирка. Она вдруг поняла, что боится читать эту странную книгу, но одновременно та словно притягивает к себе, совсем как запах Радиных трав.