Всего за 289 руб. Купить полную версию
По бокам от входной двери стояли два сварочных аппарата разной мощности, мощный трёхфазный дизель-генератор, компрессор, пара пневмомолотков и различный электроинструмент. Тут же четыре бочки с соляркой.
Самое интересное, что на внутренней стороне входной двери на гвозде висела амбарная книга, содержащая полный перечень всего содержимого эллинга с указанием номера стеллажа или места, где находится искомое.
После эллинга прошлись по стройплощадке, посмотрели экскаватор и автокран завели мотор, проверили работу подъёмного механизма.
Алексей заметил, что уровень их участков возвышается над окружающей его поверхностью с лесом на метр-полтора.
Интересно, на какой глубине расположен естественный слой земли, на который произошёл перенос? спросил он.
Алексей заметил, что уровень их участков возвышается над окружающей его поверхностью с лесом на метр-полтора.
Интересно, на какой глубине расположен естественный слой земли, на который произошёл перенос? спросил он.
Это легко проверить: посмотрим, если целы провода глубинного насоса в артезианской скважине, то это расстояние больше сорока трех метров, если оборваны, то их оставшаяся длина и определит расстояние, ответил Александр.
Они подошли к будке, поставленной на месте артезианской скважины. Алексей попытался вытянуть электрический провод из скважины. Не получилось: на конце был глубинный насос. Всё стало ясно. Нажав кнопку, запустил небольшой резервный дизель-генератор, предназначенный для работы во время аварийного отключения сети, и все услышали шум насоса. Из патрубка полилась чистая вода.
Значит, мы, с большой вероятностью, попали в то же место, где находился и раньше участок, только в другое время: ведь водоносные слои совпали, проговорил Александр.
Время подходило к девяти часам утра. Пора будить отца, женщин и детей.
Выйдя с участка соседа, направились к бане мимо беседки сначала будить отца. От беседки остались только угли и пепел, она сгорела дотла. Резкий порыв ветра и пепел развеялся по участку. Алексей перекрестился.
У Надежды Михайловны заныло сердце на дорожке лежали оплавленные часы подарок сослуживцев Геннадию Алексеевичу при выходе на пенсию. Глядя на них, она стала медленно опускаться на землю. Алексей вовремя успел её подхватить.
Мама, тело папы мы не нашли. Не бывает так, чтобы вообще ничего от человека не осталось. Раз нас перенесло куда-то, то и его могло куда-нибудь забросить. Будем надеяться на лучшее, старался успокоить мать Алексей.
Александр сбегал к бане: она была пустой.
Предстоял нелёгкий разговор.
Глава 2. Новая жизнь
Геннадий Алексеевич очнулся, лёжа на пуховой перине. В голове была неописуемая пустота, слабость сковала всё тело. Не было сил даже открыть пошире глаза, не то что повернуть голову. Сквозь ресницы проступали очертания какой-то неизвестной комнаты. Поодаль, около окна, стояло кресло, в котором сидела незнакомая, ещё не старая женщина, и будто спала. Пить хотелось неимоверно. Геннадий Алексеевич прошептал пересохшими губами:
Пи-и-ить
Женщина в кресле встрепенулась, подошла к постели и сказала ласково:
Петенька, сыночка, наконец очнулся. Пить хочешь? Сейчас клюквенного морсу налью.
Она поднесла к губам Геннадия Алексеевича большую кружку, немного приподняв второй рукой его голову, и живительная влага наполнила его рот.
Судорожно сделав несколько глотков, Геннадий Алексеевич попытался взять кружку руками, но они ему не подчинились, и он снова потерял сознание.
Следующее пробуждение произошло днём. Открыв глаза, Геннадий Алексеевич разглядел стоящего около постели пожилого мужчину, держащего его за кисть и считающего пульс по большим карманным часам. Такие часы, он вспомнил, были у его деда. Тот часто вынимал их из кармана жилетки, громко щёлкал крышкой и, посмотрев время, тут же убирал обратно. Никому из семьи брать в руки эти часы не разрешалось.
Так, прекрасно, пульс 55 ударов в минуту. Немного редок, но это ничего, слабость. Думаю, завтра всё будет нормально. А сейчас, Елизавета Афанасьевна, больному надо пить куриный бульон, понемногу, но часто, каждые два часа, и больше спать. Кризис прошёл. Организм молодой, быстро пойдёт на поправку, сказал мужчина, обращаясь к той женщине, которая пыталась напоить Геннадия Алексеевича.
Геннадий Алексеевич закрыл глаза.
«Все страннее и страннее. Молодой организм? Это у меня, что ль? Пульс 55 ударов, да я не помню, когда такой был в последнее время, 8090 вот моя норма. А сил вроде бы прибавилось. Уже могу двигать рукой».
Кажется, Петенька опять уснул. Не будем ему мешать.
Геннадий Алексеевич услышал, как закрылась дверь. Он приоткрыл глаза. В комнате никого не было. Приподнял руку, поднёс её к лицу. Это была рука молодого человека, сильная, покрытая небольшими рыжеватыми волосками. Пальцы длинные, ногти ухоженные, овальной формы.
«Это не моя рука, как-то равнодушно подумал Геннадий Алексеевич, и почему меня эти люди называют Петенькой?»
«Это не тебя называют, а меня. Ты кто такой? Почему сидишь в моей голове и путаешь мои мысли? И это не незнакомые люди, а маменька моя, Елизавета Афанасьевна, и доктор Казимир Войцехович из Новгорода».