Всего за 749 руб. Купить полную версию
Я не верю. Егор быстро обернулся, снова посмотрел на меня. А почему Грэйсик здесь?
Кот? Я улыбнулся. У животных свои законы, Егор. Коты живут во всех пространствах сразу, для них нет никакой разницы.
Не верю. У него дрожал голос. Это все сон, я знаю! Когда свет меркнет Я сплю. У меня такое было.
Тебе снилось, что ты включаешь свет, а лампочка не загорается? Я знал ответ и уж тем более прочел его в глазах мальчишки. Или загорается, но слабо-слабо, как свечка? И ты идешь, а вокруг колышется Тьма, а протягиваешь руку не можешь различить пальцев?
Он молчал.
Это бывает со всеми нами, Егор. Каждому Иному снятся такие сны. Это сумеречный мир вползает в нас, зовет, напоминает о себе. Ты Иной. Пусть еще маленький, но Иной. И только от тебя зависит
Я не сразу понял, что у него закрыты глаза, голова клонится набок.
Идиот, прошипела с плеча Ольга. Он первый раз самостоятельно вошел в сумрак! У него нет на это сил! Вытаскивай его, быстро, или он останется тут навсегда!
Сумеречная кома болезнь новичков. Я почти забыл о ней, мне не приходилось работать с молодыми Иными.
Егор! Я подскочил к нему, встряхнул, подхватил за подмышки. Он был легкий, совсем легкий, в сумеречном мире меняется не только ход времени. Очнись!
Он не реагировал. Мальчик и так сотворил то, на что другим требуются месяцы тренировок, сам вошел в сумрак. А сумеречный мир обожает пить силы.
Тащи! Ольга взяла командование на себя. Тащи его, живо! Он не очнется сам!
И это было труднее всего. Я проходил курсы неотложной помощи, но вытаскивать из сумрака по-настоящему мне еще никого не приходилось.
Егор, приди в себя! Я похлопал его по щекам. Вначале слабо, потом перешел на полновесные оплеухи. Ну же, парень! Ты уходишь в сумеречный мир! Очнись!
Он становился все легче и легче, истаивал у меня в руках. Сумрак пил его жизнь, вытягивал последние силенки. Сумрак менял его тело, превращал в своего обитателя. Что же я натворил!
Закрывайся! Голос Ольги был холодным, отрезвляющим. Закрывайся вместе с ним дозорный!
Обычно я создавал сферу больше минуты. Сейчас справился секунд за пять. Вспышка боли будто в голове взорвался крошечный заряд. Я запрокинул голову, когда сфера отрицания вышла из моего тела и окутала меня радужным мыльным пузырем. Пузырь рос, надувался, неохотно вбирая в себя и меня, и мальчишку.
Все, теперь держи. Я ничем не могу тебе помочь, Антон. Держи сферу!
Ольга была не права. Она помогала уже одними советами. Наверное, я и сам сообразил бы создать сферу, но мог потерять еще несколько драгоценных секунд.
Вокруг стало светлеть. Сумрак все еще пил наши силы, у меня с трудом, у мальчишки вволю, но теперь в его распоряжении было лишь несколько кубических метров пространства. Здесь нет обычных физических законов, но есть их аналоги. Сейчас в сфере создавалось равновесие между нашими живыми телами и сумраком.
Либо сумрак растворится и выпустит добычу, либо мальчишка превратится в обитателя сумеречного мира. Насовсем. Такое бывает с магами, выложившимися до конца, по неосторожности или по необходимости. Такое бывает с новичками, не умеющими толком защищаться от сумрака и отдающими ему больше, чем следует.
Я посмотрел на Егора: его лицо серело на глазах. Он уходил в бесконечные просторы теневого мира.
Перекинув мальчишку на правую руку, я левой вынул из кармана перочинный нож. Зубами открыл лезвие.
Это опасно, предупредила Ольга.
Я не ответил. Просто полоснул себя по запястью.
Сумрак зашипел, как раскаленная сковорода, когда брызнула кровь. У меня помутилось в глазах. Дело было не в потере крови, вместе с ней уходила сама жизнь. Я нарушил свою собственную защиту от сумрака.
Зато он получил такую порцию энергии, которую был не в состоянии проглотить.
Мир посветлел, моя тень прыгнула на пол, и я переступил через нее. Радужная пленка сферы отрицания лопнула, выпуская нас в обыденный мир.
Глава 5
Кровь тоненькой струйкой брызгала на палас. Мальчик, сникший у меня на руках, был еще без сознания, но лицо его уже начинало розоветь. Кот вопил из другой комнаты, будто его резали.
Я опустил Егора на диван. Сел рядом. Попросил:
Ольга, бинт
Сова сорвалась с моего плеча, белым росчерком унеслась на кухню. Видимо, по пути она вошла в сумрак, потому что вернулась уже через несколько секунд с бинтом в клюве.
Егор открыл глаза как раз в тот миг, когда я взял у совы бинт и принялся перевязывать свою руку. Спросил:
Это кто?
Сова. Не видишь разве?
Что со мной было? спросил он. Голос почти не дрожал.
Ты потерял сознание.
Почему? Его взгляд испуганно пробежал по следам крови на полу и на моей одежде. Егора я ухитрился не испачкать.
Кровь моя, объяснил я. Порезался случайно. Егор, в сумрак надо входить осторожно. Это чужая среда даже для нас, Иных. Находясь в сумеречном мире, мы должны постоянно тратить силы, подпитывать его живой энергией. Понемножку. А если не контролировать процесс сумрак высосет из тебя все живое. Ничего не поделаешь, это плата.
Я заплатил больше, чем был должен?
Больше, чем имел. И едва не остался в сумеречном мире навсегда. Это не смерть, но, может быть, это хуже смерти.