Всего за 529 руб. Купить полную версию
Из романа «Мессия Дюны» следует, что Бене Гессерит должным образом наказаны за свое высокомерие и близорукость. Они понимают, что скомпрометировали себя в погоне за Квисатц Хадерахом. Они ужасаются еще больше, когда мастер Тлейлаксу Сайтейл, будучи участником заговора с целью уничтожения Пола Атрейдеса, раскрывает им тайну, что Бене Тлейлаксу при помощи своей генетической модификации и аксолотоль-чанов создали собственных Квисатц Хадерахов.
Квисатц Хадерах, созданный Тлейлаксу факт, особенно невыносимый для сознания Преподобных Матерей, потому что Бене Гессерит всегда настаивали на естественном оплодотворении и рождении. Не допускалось никакого искусственного оплодотворения, смешивания генов или их суррогатов. Тлейлаксу, наоборот, использовали любые генетические материалы. Они относились к частицам и элементам человечества как к сырью, из которого можно создать любых существ. Созданные Тлейлаксу Квисатц Хадерахи сами уничтожили себя (эта историческая ветвь получила дальнейшее развитие в самой последней книге Брайана Герберта и Кевина Дж. Андерсона, «Пол с Дюны»), потому что оказались ограниченными моралью. Они были либо абсолютно добрыми, либо абсолютно злыми, и в конечном счете, их уничтожило принуждение стать своими противоположностями. Конечно, Сайтейл предполагает, что то же самое могло произойти и с Полом, Императором МуадДибом.
Заговор также служит для того, чтобы показать глупость программы размножения Бене Гессерит, так как Квисатц Хадерах оказывается на вершине власти через его предвидение, но сила и контроль, которые проистекают из него, также неумолимо заманивают предвидящего в предвиденное будущее, которое не может быть изменено. Интриганы запутались в клубке собственных интриг и козней.
Покаяние Бене Гессерит продолжается в «Боге-Императоре Дюны»: Бог-Император Лето II фактически использовал программу размножения Бене Гессерит в своих собственных целях. Тайное женское сообщество в течение тысячи лет терпит лишения у сестер очень мало Пряности, недостаточно контроля над своими собственными программами, и абсолютно никакого влияния на Лето II, который так же, как и Пол, претендует на роль Квисатц Хадераха.
Тысячелетие спустя, в «Еретиках Дюны», мечты Бене Гессерит о сверхчеловеке, который приведет их к власти, были разрушены. Вместо того, чтобы заниматься выведением человека с конкретной особенностью или созданием определенного индивидуума, они сосредотачиваются на выведении определенных человеческих характеристик для их укрепления и сохранения.
Этот гораздо более консервативный подход показывает, что они извлекли урок из своих предыдущих действий. Впредь они воздерживаются от выведения людей с какой-то одной целью. Как в «Еретиках Дюны», так и в «Капитуле Дюны» Бене Гессерит предпочитают думать о себе как о распорядителях человечества, плавно вносящих небольшие улучшения.
Этические последствия евгенических программ Бене Гессерит, возможно, являются самыми ясными из трех рассмотренных здесь: практика выведения людей для очень специфических целей, как, например, разведение собак или лошадей, приводит к катастрофическим последствиям. В дополнение к проблемам, связанным с феноменом Мессии, силы, которые были порождены в Поле Атрейдесе, поставили под угрозу не только Бене Гессерит, но и все человечество. Бене Гессерит продолжают следить и вести записи о выведении людей на протяжении тысячелетий между восхождением Пола и завершением истории в «Капитуле Дюны».
Вывод Герберта, по-видимому, состоит в том, что общий подход к программе размножения может быть неплохим, при условии, что он не направлен на какую-то конкретную цель. Повторяя аксиому Батлерианского джихада, урок, который, по-видимому, усвоили Бене Гессерит, заключается в том, чтобы «Никогда не пытаться воссоздать человека каким-либо образом».
Так, мы видим, что Бене Гессерит переходят от консеквенциалистского взгляда, в котором результат программы размножения определяет ее моральную ценность, к этическому подходу, в котором действия программы размножения определяют ее моральную ценность. Категорический императив Иммануила Канта, возможно, является самым известным примером деонтологического подхода. Кант утверждает, что морально похвальные поступки определяются моральной ценностью самих поступков, а не их результатами. Категорический императив подразумевает, что всегда морально неприемлемо использовать других в качестве средства для достижения наших целей. Моральный долг вытекает из нашей рациональности.
Согласно аксиоме Бене Гессерит, долг, заключенный в установке против конечной формы человеческого рода, состоит в том, чтобы избегать попытки полностью предсказать и контролировать результаты размножения человека (а действия человека вопрос этики предвидения). По мере развития Бене Гессерит в саге о Дюне, мы видим, что они в целом поддерживают эту аксиому, хотя (как и в случае запрета на создание искусственного интеллекта) они очень близки к ее нарушению при условии, что цели кажутся им оправдывающими средства.
Можно предположить, что на примере Бене Гессерит Герберт говорит о том, что евгеника не может руководствоваться консеквенциалистской этикой просто потому что результаты таких программ не могут быть известны достаточно хорошо, чтобы оценивать их моральную ценность.