Всего за 149 руб. Купить полную версию
Я не видела её лица, но почему-то мне показалось, что ей не более 50 лет. А может быть, я ошибалась.
Я абсолютно здорова! И сестра тоже! Зачем вы держите нас здесь? Где мои мама и папа? Мы хотим домой! Отпустите нас!
К сожалению, это невозможно. так просто и искренне ответила женщина.
У меня слова застряли в горле. Что это значит? Нас будут держать тут вечно? Сколько уже можно! Скоро месяц будет! Я была возмущена до предела.
Я хочу увидеть свою сестрёнку!
Ты с ней скоро увидишься! Потерпи немного и я обещаю, вы снова будете с ней вместе! женщина приложила мне ватку к месту укола и сделала знак рукой.
По её зову тут же пришли двое и повели меня куда-то не туда Я напряглась, видя, что мы идём мимо закрытых палат с железными дверями.
Это выглядело жутко! Эти двери, словно тюремные!
Слабая надежда, что меня ведут на выход и сейчас отвезут домой, улетучилась сразу же, как только мы подошли к одной из камер под номером 108.
Мужчина толкнул дверь и меня быстро завели внутрь. Грубый толчок в спину и мне пришлось сделать несколько шагов вперёд, чтобы не упасть.
Куда вы меня привели? Выпустите меня! Где моя сестра? Где мои родители? я продолжала барабанить в дверь, но уже понимала, что за ней давно никого нет.
Осмотрев свою келью, я поняла, это настоящая камера! Железная кровать с матрасом, чистое постельное белье застелено наспех. Оно даже ещё не высохло!
Над головой довольно высоко висела одинокая лампочка. Это было единственное освещение в этом клоповнике.
Мне было страшно и одиноко. Даже больше не за себя, мне в этот момент плевать было на моё благополучие. Мне хотелось знать, где мои родные!
К вечеру мне внезапно поплохело. Закружилась голова и я рухнула на пол, расхаживая взад-вперёд. Кое-как добравшись до кровати, я заползла и легла под одеяло. Меня знобило. Одеяла было явно не достаточно.
Зубы стучали так, что казалось, они просто раскрошатся в прах!
Вечером меня навестил медперсонал и мне измерили температуру. Я ждала, что мне дадут какое-то лекарство, но ничего такого не было. Каждый час ко мне заходили и брали кровь на анализ.
Изредка я засыпала и забывалась, но они приходили снова и снова и возвращали меня в эту суровую реальность.
Утром мне стало лучше. Кровь продолжали брать также каждый час и мне казалось уже, что из меня просто выкачали по капле всё, что во мне было. Я даже ворчала на них, но медперсонал по прежнему не реагировал на мои колкие замечания.
Вечером меня герметично запаковали, и к моему ужасу, отвезли в камеру смертников! Чёрт, никогда бы не подумала, что окажусь по другую сторону стекла! Почти месяц наблюдений за этим помещением и вот я сама в нём очутилась!
Уложив меня рядом с больными, ко мне подключили всевозможные аппараты и спешно удалились. Я осталась лежать в этом жутком месте, пропахшем смертью и отчаянием. Страх сковал меня до такой степени, что я буквально ощущала, как во мне рвутся нервы!
Утром я чувствовала себя гораздо лучше и попыталась встать в туалет. Конечно же, мне заботливо подложили утку, как и всем остальным умирающим, но я себя к их числу уже не причисляла.
Стоило мне только попытаться встать, как в палату сразу же забежали люди и стали снова меня упаковывать. Боятся заразиться, мерзавцы!
Стоило мне только попытаться встать, как в палату сразу же забежали люди и стали снова меня упаковывать. Боятся заразиться, мерзавцы!
Меня положили на каталку и повезли в какое-то помещение, похожее на операционную. Там было много света. Меня слепило так, что я долго не могла открыть глаза.
Меня обследовали, брали снова кровь, исколов мне все вены. Целый час мучений и меня отвели в палату, где я увидела Иришку! Она сидела ко мне спиной и что-то рисовала, развалившись на диванчике.
Эта палата была гораздо удобнее предыдущей. Она была похожа на гостиничный номер со всеми удобствами!
Кира! обрадовалась сестра и побежала ко мне, обнимая и радуясь.
Я не могла вымолвить ни слова. Боже, столько времени неведения! Я думала сойду с ума! И вот она передо мной, живая и здоровая! Ну теперь-то, когда они видят, что с нами всё в порядке, может нас отпустят домой?
Когда к нам в очередной раз пришли брать кровь, меня это уже порядком стало напрягать.
Когда вы нас выпустите отсюда? Сколько уже можно? У меня вены уже болят от игл! У ребёнка все руки чёрные от ваших уколов!
Сиди спокойно и не дёргайся, сама видишь, вену сложно найти! проворчала женщина. Меня это порадовало, потому что до этого никто из них не удосуживался отвечать или общаться со мной.
Когда я могу увидеть родителей? Где они? настаивала я, и по реакции медсестры сразу же поняла, что-то не так
Что с моими родителями, они знают, что мы тут? настаивала я, затем наклонилась к ней и попыталась заглянуть сквозь маску на её лице. Прошу вас, мне нужно знать! Скажите хоть что-нибудь!
Я не должна говорить, еле слышно прошептала женщина. Твоих родителей больше нет. Мало кто выжил из заболевших, только вы
Что вы сказали? Они не выжили?! меня буквально подбросило на месте. Но как же так? Я видела, что многие выздоравливали!!! Это какая-то ошибка!
Вирус мутировал, сообщила словоохотливая собеседница. Это уже что-то другое. Мы пытаемся понять. Лекарства пока не найдено. Иммунитет есть только у тебя и твоей сестры. Давай сюда руку, иначе попрошу, чтобы тебя связали!