Но теперь уже и тот понимает, почему Пабес выбрал именно эти отрывки для своего «приветствия».
Лицо учителя сразу же становится страшным, глаза наливаются кровью. Он сжимает кулаки, встает и направляется к Пабесу.
Мальчики замирают. Но как раз в эту минуту открывается дверь, и на пороге показывается молодой человек, одетый так же, как и учитель, высокий, с открытым, приятным лицом и приветливым взглядом. Это помощник учителя, молодой писец Аменхотеп. Он быстро подходит к учителю и говорит:
— За тобой прибыл гонец из храма Птаха, господин. Верховный жрец храма желает немедленно видеть тебя по важному делу.
Учитель Шедсу останавливается и несколько мгновений стоит молча, затем он хлопает в ладоши и кричит:
— Эй, рабы!.. Возьмите его! — указывает он двум вбежавшим рослым нубийцам на Пабеса. — Свяжите его и заприте в подвал, а ключ принесите мне сюда. Да приготовьте плеть из гиппопотамовой кожи… Мы с тобой поговорим после! — угрожающе кричит он Пабесу, которого уносят нубийцы и который тем не менее бесстрашно улыбается. — Позови ко мне почтенного Миннахта, Аменхотеп! — приказывает учитель.
Аменхотеп безмолвно уходит и вскоре возвращается вместе с низеньким, очень толстым пожилым человеком. Это Миннахт, учитель младших мальчиков. Вслед за ними входит и один из нубийцев, который с низким поклоном передает учителю длинный массивный бронзовый ключ с четырьмя зубцами.
— Вот, почтенный Миннахт, — обращается учитель к Миннахту, протягивая ему ключ, — возьми этот ключ от подвала и никому не отдавай до моего возвращения. Там заперт этот негодяй Пабес, с которым я сегодня же рассчитаюсь за его неслыханную дерзость. А ты, Аменхотеп, проведешь после перерыва вместо меня урок письма. Рукописи возьмешь из этого ящика.
— Будет исполнено, — отвечает Миннахт, беря ключ.
— Слушаю, господин, — склоняет голову Аменхотеп и затем спрашивает: — Кому разрешишь писать на папирусе?
— Как всегда, Яхмесу и Неферу. — Учитель оглядывает мальчиков. — А кроме того, дай сегодня попробовать Сети и Минмесу.
Яркий румянец заливает щеки Сети.
— А мне, господин? — вскакивает Ини.
— Еще рано. Вчера ты опять плохо написал! — строго говорит учитель.
Ини грустно опускается на циновку.
— Ничего, Миу-бин, не горюй! — шепчет Сети. — Я тебе помогу сегодня, и тогда завтра он позволит и тебе попробовать писать на папирусе.
Старшие учителя направляются к двери. Но им преграждает дорогу Пасер. Слегка наклонив голову, он обращается к Шедсу:
— Разреши мне уйти домой, господин. Я совсем болен.
Шедсу молча кивает ему на ходу и выходит из комнаты в сопровождении Миннахта. Аменхотеп остается с мальчиками и весело обращается к ним:
— Ну, соколята, все во двор — есть, отдыхать, бегать, а потом снова за дело!
И мальчики, толпясь и толкаясь, выбегают из комнаты.
Глава IV
СУДЬБА ПАБЕСА. — ПЕРВЫЙ ПАПИРУС
Двор школы большой и вместительный, гораздо больше двора у дома Сети. Вообще-то вокруг здания школы имеется целых три двора: два с хозяйственными постройками, куда детям запрещено ходить, а этот, третий, отведен специально для них.
С каждой стороны двора устроены навесы, которые поддерживаются легкими деревянными подпорками. Под этими навесами, спасаясь от жарких лучей солнца, мальчики обычно и отдыхают между уроками.
Вот и сейчас они бегут прямо сюда и сразу же бросаются к большому глиняному сосуду с водой. Происходит короткая схватка за право первым напиться. Яхмес быстро наводит порядок и начинает по очереди наливать воду — кому в глиняную чашку, кому прямо в подставленные под струю ладони.
Под левым навесом отдыхают малыши; они кончили учиться раньше, успели уже поесть и теперь весело играют в кости или камешки, пробуют бороться, возятся, визжат.