Леонид Вильгельмович покрутил головой и улыбнулся лёгкости, с которой всплыл в голове текст секретной книжицы, читать которую можно было только в учебном центре. Он, как и другие офицеры, желающие остаться на службе, весь прошлый год, словно юный кадет, не только зубрил новые уставы наставления, но и сдавал экзамены по теории и практике применения. Тактика пехоты в обороне и в наступлении, Наставление по полевой службе штабов, Инструкции по взаимодействию родов войск, Наставление по использованию средств связи, Руководство по оборудованию оборонительных позиций ДОТами, ДЗОТами, колючей проволокой и самовзрывающимися фугасами Принимал у подполковника экзамены добрейший генерал Зарубаев, закрывший глаза на некоторые огрехи подчиненного, поэтому проскочить удалось с первого раза. А вот у самого генерала, как и всех военачальников, начиная с полковников, экзамены принимал лично государь и резал без всякой оглядки на старые заслуги. Количество оставленных на повторную переаттестацию с временным отстранением и даже уволенных без прошения среди них было ужасающим три четверти генеральских должностей осталось вакантными
Господин подполковник, разрешите обратиться? к начальнику укрепрайона спешил запыхавшийся связист.
Такое обращение тоже было новым. Ваше благородие оставили только для георгиевских кавалеров, Ваше превосходительство для кавалеров совсем новых орденов Кутузова и Суворова, Ушакова и Нахимова
Да, слушаю, подпрапорщик.
Мукден сообщение принял. Крепость не отвечает!
Продолжайте вызывать. Семь батальонов не иголка в стоге сена Что-то ещё?
Ставка объявила о смене шифра на красный и просит слать донесения по беспроволочному телеграфу каждые два часа..
Подполковник удовлетворенно кивнул. Это означало, что в Москве заработало Оперативное управление Генерального штаба и теперь через немыслимые расстояния связисты будут непрерывно передавать информацию с мест, а штабисты непрерывно наносить на карту империи свежие данные по каждому батальону местоположение, текущую задачу, направление движения, потери, боезапас, а также информацию о противнике, которой обладает каждое подразделение. Информация будет обновляться 12 раз в сутки. В таком случае есть надежда, что никого не забудут в суматохе, и их боевая работа, а может быть и смерть на поле боя не будет напрасной.
Сутки спустя
Капитан J.Kean Bart презрительно посмотрел на знамя первой Бейянской дивизии, развевающееся над его боевой колесницей, скривился, как от недозрелого лимона и поспешно отвернулся. Видеть над башней английского морского орудия флаг этих желтолицых варваров было невыносимо. Да и вообще участвовать во всем этом маскараде потомственный военный, гордо добавляющий к своему имени приставку сэр, считал неуместным и унизительным. Его бронепоезд, вооруженный "длинной 12-ти фунтовой"- 12 pr 12 cwt QF, швыряющей трехдюймовые гранаты аж на девять тысяч ярдов, в одиночку мог прогуляться по всем русским станциям и мокрой тряпкой загнать их гарнизоны обратно в русскую тайгу, но политики играли в свои игры, поэтому приходилось наступать песне на горло и изображать добровольцев-волонтеров, сражающихся за китайцев, освобождающих свою землю от русских интервентов то есть прямо намекать царю на русских добровольцев, воюющих за буров. Теперь приходится сидеть на солнцепеке и ждать, когда закончится этот восточный политес парламентёры, уточнение полномочий, переговоры, вручение китайцами местному русскому начальнику ультиматума о капитуляции, опять парламентёры Счастливый человек командир десанта и всех гламорганских йоменов майор Уиндем-Куин, отмеченный в Африке орденом «За выдающиеся заслуги». Он в своей стихии и с интересом смотрит на маневры идущего в авангарде китайского полка Бэйянской армии. Майор, нигде, кроме Англии и Африки не бывавший, увидев прусскую форму и вооружение китайцев, сделал охотничью стойку на эту помесь бульдога с носорогом востока с западом. А капитану Барту зоопарк не интересен. Он насмотрелся на него в Индии. Не представляет, что может быть нового-интересного у этих китайских-русских-японских дикарей? Они даже на лицо все одинаковые Капитан приподнялся на цыпочки, приглядываясь к отчаянно семафорившему адъютанту китайского полковника. Ну наконец-то, долгожданный сигнал! Теперь можно повеселиться! Орудие, к бою!
Решительные реформы, затеянные императором, застали штабс-капитана Гобято(**) на последнем курсе Михайловской артиллерийской академии, и Леонид с первых же дней стал их яростным адептом. Стрельба с закрытых позиций, вычисление вражеских батарей по трассировке и акустике, управление огнём специально подготовленными корректировщиками, настолько увлекли молодого офицера, что он не раздумывая подал рапорт на включение в специальное подразделение артиллерийских разведчиков. Почти год теоретические занятия перемежались с пытками и издевательствами на полигонах, где ветераны англо-бурской войны и казаки-пластуны, наглядно демонстрировали, чем отличается хороший разведчик от мёртвого. А еще требовалось приобрести навыки работы с полевым телефоном, беспроволочным телеграфом, морским семафором, сигнальными ракетами, приобрести навык наводить на цель по ориентирам, не видя противника и дистанционно корректировать огонь орудий. И вот сегодня проверка всех его теоретических знаний. Высота, на которой оборудован тщательно замаскированный наблюдательный пункт, оказалась на правом фланге развернутого в четыре батальонные колонны китайского полка. В тылу китайцев прямо напротив НП штабс-капитана пыхтел вражеский бронепоезд, водя жалом длинноносой морской трехдюймовки.