Место и время я сообщу отдельно, кивнул Вандерлип. Мистер Стронг предлагает отдохнуть и набраться сил вдали от суеты, на частном курорте, принадлежащем мистеру Моргану на острове Джекилл, что неподалеку от побережья Джорджии
-
(*) Джейкоб Шифф самый яростный русофоб среди всех банкиров начала ХХ века. Финансировал всё и всех, кто мог хоть как-то навредить России. Наоми Коэн (англ. Naomi Wiener Cohen), биограф Джейкоба, называла отношение Шиффа к России своего рода «личной войной, которая с годами усиливалась и превращалась во всепоглощающую страсть, призывал своих коллег к бойкоту российских займов. Помимо прочего, он составил завещание, запрещающее его банкирскому дому кредитовать «антисемитскую Россию» даже после его смерти. За свою поддержку Японии во время Русско-японской войны (110 млн долларов) был награждён японским орденом Священного сокровища и орденом Восходящего солнца. Выступал против сионизма, считая эту идею утопичной.
-
(*) Джейкоб Шифф самый яростный русофоб среди всех банкиров начала ХХ века. Финансировал всё и всех, кто мог хоть как-то навредить России. Наоми Коэн (англ. Naomi Wiener Cohen), биограф Джейкоба, называла отношение Шиффа к России своего рода «личной войной, которая с годами усиливалась и превращалась во всепоглощающую страсть, призывал своих коллег к бойкоту российских займов. Помимо прочего, он составил завещание, запрещающее его банкирскому дому кредитовать «антисемитскую Россию» даже после его смерти. За свою поддержку Японии во время Русско-японской войны (110 млн долларов) был награждён японским орденом Священного сокровища и орденом Восходящего солнца. Выступал против сионизма, считая эту идею утопичной.
07.04.1902. Лондон
Эдуард VII, монарх империи, над которой не заходит Солнце, меланхолично разглядывал карикатуру в американском еженедельнике Puck, вполуха слушая доклад уже немолодого, и что гораздо хуже, серьёзно больного премьер-министра. Юмористический журнал из Сент-Луиса славился своей нелюбовью к России и регулярно публиковал убойные карикатуры на эту дикую северную страну. Художники не подкачали и в этот раз, выложив сразу несколько едких антирусских памфлетов. Но рядом с ними король вдруг обнаружил себя, толстого и беспомощного, никак не похожего на льва, чей образ традиционно ассоциировался с британским владычеством. И вот теперь карикатуру, намекающую на английскую немощь, так живописно дополняет страдающий одышкой и артритом космато-бородатый старик, больше нуждающийся в инвалидной коляске, нежели в кресле премьер-министра Великобритании. Тьфу! Эдуард VII с грустью посмотрел на журнал, сердито перевернул его обложкой вниз и, сцепив на животе пальцы, упёрся глазами в политического долгожителя, занимающего высшую исполнительную должность империи в третий, и наверняка, последний раз.
Роберт Артур Талбот Гаскойн-Сесил, 3-й маркиз Солсбери, пытаясь сделать политическую жизнь в метрополии плановой и управляемой, сосредоточил в своих руках как законодательные, так и исполнительные властные нити, являясь и премьером, и лидером консервативной партии. Одновременно с высшим исполнительным, он предпочел оставить за собой пост министра иностранных дел и только ухудшающееся здоровье заставило Солсбери в 1900 году уступить его лорду Лансдауну.
Всю свою жизнь сэр Роберт продвигал имперские интересы викторианской Англии по всему миру и делал это настолько искусно, что за эти годы в Европе не произошло ни одного серьёзного международного конфликта. Неоднократные столкновения с Францией, Германией, Россией так и не вылились при Солсбери в вооружённое противостояние Пока. Потому что последний год не кабинет министров Британии создавал обстоятельства непреодолимой силы для других мировых держав, а сам судорожно пытался реагировать на ускоряющийся поток событий, становящихся всё более опасными и менее управляемыми.
Говорите проще, Роберт, прервал король длинный спич своего премьера. Общественность не поймёт, если мы начнём какие-либо переговоры с Петербургом, кроме как о безоговорочной капитуляции русских. Так?
Так, Ваше величество, выдохнул Солсбери. Консультации с ведущими политическими и общественными организациями не радуют разнообразием, общественность уверена, что против нашей страны уже ведутся военные действия и ждёт решительных ответных шагов. Газеты так оформили и подали последние новости, что не оставили нам никакого пространства для политического манёвра.
И если я попытаюсь как-то договориться с моим племянником Никки, меня заклеймят позором, продолжил мысль премьера король.
В Трансваале работает военный корреспондент, некто Черчилль, так вот он написал: Если страна, выбирая между войной и позором, выбирает позор, она получает и войну, и позор
Неплохо сказано, кивнул король, присмотритесь к этому корреспонденту, из него определенно может выйти толк
Эдуард VII поморщился, тяжело поднялся, опёршись о ручку кресла, приволакивая ногу медленно подошёл к высокому окну и задумчиво посмотрел на Кенсингтонский парк с широким, в три кареты, променадом.
Вы же знаете, Роберт, как я ненавижу идти туда, куда меня подталкивают, произнес он настолько тихо, что Солсбери больше догадался, чем услышал слова короля.