Серен села на детский, слишком низкий для неё стул и принялась быстро есть, оглядывая кухню.
Помещение уже не казалось таким пустым, как вчера. На крючках высоко под потолком висел ряд медных кастрюль и сковородок, от маленьких ковшиков до громадных котлов в самом большом чане девочка легко могла бы спрятаться.
Каша была сладкой и вязкой, но лучше, чем в приюте. Проглотив её, Серен поинтересовалась:
А где же все? Семья и слуги. Я бы очень хотела поздороваться с Томосом.
Повисла напряжённая тишина.
Миссис Вильерс села напротив. Она выглядела так, словно ждала этого вопроса. Соединив кулачки перед собой на столе, она твёрдо проговорила:
Сейчас в доме только мы.
Как это?
И ещё кухарка Алис. Она приходит из деревни днём.
И больше никого?
Гвин, пробормотал Дензил.
Миссис Вильерс сердито взглянула на него.
Гвин сын садовника. Он не служит в доме.
Дензил пожал плечами.
Изумлённая Серен облизала ложку и положила её в миску.
Но я думала, капитан Джонс
Капитана Джонса здесь нет. Полагаю, он в Лондоне.
А леди Мэр?
Леди Мэр тоже в Лондоне.
Девочка была смертельно разочарована.
А они приедут на Рождество?
Воцарилась ещё более тяжёлая тишина, и Серен сразу поняла, что задала неуместный вопрос. Дензил на мгновение перестал скрести картошку, а потом с удвоенным усердием вернулся к своему занятию.
Миссис Вильерс встала, повернулась к девочке спиной и подцепила на вилку кусок хлеба.
Нет, не приедут. Боюсь, Серен, жизнь в Плас-и-Фране сложится не так, как ты ожидала. Хозяева здесь не живут, а где они и что делают, тебя не касается. Тебе будет одиноко, потому что ты не сможешь встречаться с деревенскими детьми
Почему? Что с ними не так? поинтересовалась Серен.
Дензил усмехнулся. Миссис Вильерс с раздражением взглянула на него.
Ничего Но ты теперь живёшь в доме и
Серен почувствовала разочарование: она мечтала совсем о другом.
Но в доме никого нет, с досадой заметила она. Даже не с кем поговорить и поиграть.
Миссис Вильерс выпрямилась и приняла суровый вид.
Прошу не разговаривать со мной в таком нахальном тоне! Не знаю, как ты вела себя в приюте, но
Там, по крайней мере, были люди. И уроки. Серен вдруг испугалась своих слов. Я хочу сказать, я же буду заниматься? С учителем или в школе?
Любишь учиться? удивился Дензил.
Да, конечно.
Девочки обычно не любят.
Чушь! огрызнулась Серен.
Миссис Вильярс вытаращила глаза:
Что ты сказала?!
Извините, мэм, но это правда. Почему бы вдруг девочкам не любить учёбу? Кроме того, я собираюсь стать великой писательницей, поэтому мне нужно получить хорошее образование.
Дензил удивлённо поморгал и нарезал очередную картофелину.
Как скажешь.
Некоторое время все молчали. Серен почесала нос и спросила:
Итак, куда я могу отправиться?
Миссис Вильерс с ещё большим изумлением уставилась на неё:
Что ты имеешь в виду?
Я хочу изучить местность. Можно мне осматривать поместье, гулять по дому? Она не сумела скрыть досаду, а потому вскочила и стала расхаживать по кухне туда-сюда. Извините, но здесь всё так странно! Такой большой дом, а в нём никто не живёт, а я так надеялась Тут она остановилась: внезапно её мечты показались ей глупыми. Можно было догадаться, что никто не станет заботиться о ней.
Если ты беспокоишься о том, что тут нечем заняться, то скучно не будет. Дензил, словно рассердившись, воткнул нож в стол. Наверху огромная библиотека, набитая книгами, а в детской полно
Он вдруг замолчал: миссис Вильерс положила белую руку на его запястье и одними губами, чтобы не слышала Серен, прошептала:
Замолчи. Потом она повернулась к девочке: Сядь.
Серен вызывающе сложила руки на груди, но села.
Теперь послушай меня. Ты должна соблюдать правила. Можешь гулять где угодно в саду, там много дорожек и скамеек. Но нельзя выходить через чугунные ворота в лес и приближаться к озеру. Это понятно?
Серен, глядя исподлобья, кивнула. Как она могла предположить, что ей предоставят неограниченную свободу?
Скажи это, пожалуйста, вслух.
Да, миссис Вильерс.
В доме можешь заходить в нижние комнаты, хотя большинство из них закрыты на зиму, и посещать библиотеку. Но ни в коем случае не поднимайся на чердак.
Вот тоска! Серен намотала прядь волос на палец и выпалила вопрос, который мучил её с тех пор, как она переступила порог этого дома:
Миссис Вильерс, а где Томос?
На этот раз тишина установилась мёртвая, даже пугающая. Девочка взглянула на Дензила. Тот бессмысленно смотрел на свои пустые руки. Миссис Вильерс встала, подошла к очагу и холодным голосом проговорила:
Его здесь нет.
Он с мамой в Лондоне?
Миссис Вильямс с белым лицом обернулась к девочке:
Где мастер Томос, тебя совершенно не касается. Ты дерзкая, невоспитанная девчонка!
Так нечестно, подумала Серен. Девочка покраснела, но, прежде чем она успела произнести что-либо ещё, миссис Вильерс подошла, схватила из-под носа у Серен пустую миску и кружку и понесла их в мойку. Там она с раздражением загремела посудой и стала плескать воду.
Серен взглянула на Дензила:
Что я такого спросила?
Он нахмурился:
Не расстраивайся, голубушка. Здесь всё очень сложно. Если бы мог, я бы тебе рассказал