Всего за 408 руб. Купить полную версию
Важнейшее реформирующее значение для понимания биосоциальной природы личности человека имело открытие генетиками во второй половине 1970-х годов механизмов так называемого группового наследования. Тот факт, что носителем целостного комплекса генов является не отдельный индивид, а группа, связанная родственными узами, позволил объяснить как биологически целесообразные те виды поведения, которые традиционно противопоставлялись биологически обусловленному индивидному эгоистическому поведению, различные проявления альтруизма и самопожертвования.
В результате этих открытий стало возможным и необходимым развести два вышеназванных значения понятия «социальное», определяемого либо как противоположность «индивидному», либо как противоположность «животному». До этого времени существовала тенденция к отождествлению областей этих значений. Так, А. Н. Леонтьев в своей классической монографии «Проблемы развития психики» пишет о различии между психикой животного и человека, доказывает, что животное всегда действует само по себе, в одиночку, даже когда одновременно действуют несколько особей, воспринимая других как элементы окружающей среды, объекты. Феномен взаимодействия и взаимопонимания между членами сообщества, согласно его теории, возникает лишь на уровне человеческой психики.
Сегодня благодаря успехам биологии мы можем с точностью указать наличие «социального» фактора в животных сообществах, что позволяет на новом уровне поставить проблему специфичности человеческой психики по сравнению с психикой животного. Разведение как независимых дихотомий «животное-человек» и «индивид-сообщество» в контексте определения понятия «социальное» позволяет выделять следующие психические феномены:
Сегодня благодаря успехам биологии мы можем с точностью указать наличие «социального» фактора в животных сообществах, что позволяет на новом уровне поставить проблему специфичности человеческой психики по сравнению с психикой животного. Разведение как независимых дихотомий «животное-человек» и «индивид-сообщество» в контексте определения понятия «социальное» позволяет выделять следующие психические феномены:
животные, существующие на уровне индивида;
животные, существующие на уровне сообщества;
специфически человеческие, существующие на уровне индивида;
специфически человеческие, существующие на уровне сообщества.
Представляется, что уточнение содержания понятия «социальное» необходимо для продвижения в области исследования проблемы соотношения биологического и социального в психическом развитии человека. Так, Л. Г. Почебут (2002) видит трудности в разрешении данной проблемы в том, что логически и научно не определены понятия, используемые в дискуссии.
Можно утверждать, что искомое понятие определяется в различных психологических теориях либо как противоположность «индивидуальному», т. е. дихотомия «индивидуальное общественное», либо как противоположность «животному», т. е. дихотомия «человек-животное».
На современном этапе развития науки, когда нет оснований сомневаться в наличии биологических механизмов регуляции животных сообществ, отсутствие разделения вышеназванных значений понятия «социальное» часто приводит к утрате видения проблемы специфичности человеческой психики.
Начало и конец доакадемического этапа развития психологической науки, с XVII до конца ХIХ в., когда существовала так называемая «традиционная» психология, общим предметом которой было сознание, методом интроспекция, а основной теорией ассоцианизм, обозначен двумя яркими фигурами: Рене Декарта и Вильгельма Вундта. В трудах Р. Декарта, заложившего основы теории, определившей развитие психологии в этот период, вопрос о специфичности человеческой психики поставлен с максимальной остротой: жизнедеятельность животного осуществляется на рефлекторной основе, автоматически и не нуждается в психическом регулировании, так как полностью определяется объективной реальностью внешних воздействий и внутренних состояний. Только две вещи Р. Декарт полагал невозможным объяснить подобным образом: это сознание человека и его речь. Область психики он счел возможным ограничить лишь названными двумя явлениями и приписал ее наличие, т. е. душу, лишь человеку, полагая прочие живые существа лишенными души автоматами. Предметом традиционной психологической науки было сознание, а центральной проблемой природа свободной воли.
В. Вундт, появление научной школы которого означало переход психологической науки в новую фазу развития, жестко разделил психические явления на низшие, по отношению к которым он считал возможным применение объективных экспериментальных методов, и высшие, присущие только человеку и экспериментальному исследованию недоступные.
Возражения против положений «традиционной» психологии уже в первые десятилетия ее развития как самостоятельной науки привели к кризису, расколовшему науку на отдельные достаточно независимые школы. Преодолеть дуализм традиционной психологии было возможно, только предложив ту или иную теоретическую модель соотношения социального и биологического в психике человека. Имплицитно или в явной форме такая модель лежит в основе всех так называемых школ психологии, возникших в период кризиса. Каждое из современных направлений психологии в явной или неявной форме дает свои ответы на вопросы: