Всего за 400 руб. Купить полную версию
Больница и поликлиника находились в ту пору в доме 301, и когда мне уже разрешили ходить, я часто смотрела на свой дом, который был напротив, периодически размазывая по лицу слезы.
Именно тогда я осознала, что и мама иногда бывает права. Поскольку она настаивала, чтобы в тот злосчастный день весны я надела теплое зимнее пальто. Еще я поняла, как сильно я люблю и её и вредину-Нинку, и даже сгоряча решила, что не буду больше Нинку никогда обижать
Вот такая грустная история была в моей жизни. Напрягаю память, чтобы вспомнить, кто из одноклассников имел свой печальный опыт серьезной болезни. Помнится, только Маринка Хаитова сильно обожгла ногу, и мы ей очень сочувствовали. Палец обожжешь, и то жутко болит! А тут! Ужас!
Если честно, слегка поболеть в детстве даже приятно! А что? Если уроки надоели, а еще диктант какой-то намечается, и вдруг у тебя температура ура! В школу не надо, мама на работу не уходит, вкусное тебе на, короче, одно удовольствие! Ну, посопишь, покашляешь, таблетки выпьешь, градусник под мышкой подержишь. Главное, чтобы не в каникулы, и без больниц-уколов. В этом месте повествования все дружно вспоминают свои детские болячки! Вспомнили?
А я? Что я? После той грустной истории, больше на даче у Юльки я не была. Хотя нет, была! Но гораздо позже, со всем классом. С Юлькой я уже в ту пору не дружила
О Юльке, её семье, воспоминаний той поры у меня, понятно, намного больше, чем об остальных, и возможно, когда-нибудь я напишу целую повесть о нашей дружбе, а для этой книги, полагаю, достаточно. Тем более, что так или иначе вспоминать о ней буду еще не раз.
Очень здорово, что в моих архивах сохранилось фото, на котором есть и Юлька, и Маринка Баракина, и даже я где-то там на заднем плане. С удовольствием публикую это фото в книге.
Глава 8. Витька
А теперь вернемся к моменту учебы в четвертом классе.
В третьем и четвертом классе моим соседом по парте был Витька Лукьянов. Жил он в одном доме со мной, помнится, в третьем подъезде. Жил он вместе со старшим братом симпатичным таким голубоглазым парнем и мамой, которая работала уборщицей в домоуправлении, или как их называли тогда? ЖЭКе!
Во времена социализма существовало равенство всех граждан, и кандидат, а то и доктор каких-либо наук, мог вполне жить по соседству со слесарем-сантехником, к примеру. Причем, МНСу (младшему научному сотруднику) квартиру могли дать даже меньшей площади, нежели многодетному дворнику. Квартиры в ту пору «распределяли». На них записывались в «очередь», и при сдаче очередного нового дома, все кандидатуры очередников рассматривались на специальной «комиссии», которая решала сколько метров жилой площади ты имеешь право занимать. Только кандидаты и доктора наук имели право на дополнительные квадраты жилья. То есть занятия наукой поощрялись.
Кроме того, поощрялось и желание семьи иметь много детей. Помнится, в новых домах за Пустырем Академия Наук выделила сразу две квартиры на площадке для семьи Рожковых. Двое из этой семьи Муся и Сашка учились в нашем классе, потому и знаю эту историю. Но, если честно, такую многодетную семью я помню только одну.
Нашим родителям не платили «материнский капитал», и, тем не менее, практически у всех в нашем классе был брат или сестра. Ну, это к слову!
Что же касается Рожковых, то с ними в детстве, да и позже, я практически не общалась и написать мне о них, к сожалению, в данной части книги нечего. Одно помню хорошо, Муся на уроках часто рисовала в тетрадях разных животных, по большей части лошадей. И получалось у нее это здорово.
Ну, это я опять отвлеклась. Что поделать? Мои воспоминания, как и мысли, имеют свойство перескакивать с одного на другое.
Ну, это я опять отвлеклась. Что поделать? Мои воспоминания, как и мысли, имеют свойство перескакивать с одного на другое.
Вот так и жили дружно и вполне равноправно, пока в Академе не началось строительство так называемых, «сливочных» или «профессорских» домов, и бОльшая часть наших соседей перебралась в них. Так что одни оказались все-же «равнее» других.
Лично мне было жаль, что из соседней квартир уехали две девочки, с которыми мы вместе играли во дворе. Зато на площадке поселилась Лада Степанова, с которой впоследствии дружила моя младшая сестра. А в соседнюю квартиру въехала тетя Света Мацюшевская, с которой долго дружила моя мама. Вот так всегда «когда убывает в одном месте, то прибывает в другом».
Кстати говоря, «равенство» до определенных пор поддерживала и система вывоза мусора в нашем районе. Будь ты хоть директор, хоть кандидат наук, хоть «простой смертный» в час «икс» утром или вечером ты должен был выходить к «мусоровозке» со своим «поганым» ведром. В части производства «отходов» жизнедеятельности» все, понятно, равны.
А впоследствии там-сям воткнули мусорные баки, еще больше «углУбив», как говорил автор «перестройки», разрыв между прослойками нашего «академгородовского» сообщества.
Не всегда опрятные эти «мусорки» ужасно портят пейзаж Академа. И окна памятной мне квартиры в 305 доме, где мы жили, теперь смотрят вместо зелени на огромную, вечно «растрепанную» мусорку.