Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
И потому спешу расправить плечи,
Чтоб взгромоздить на них не жизнь, а вечность,
А, может, только то, что мне осталось
Но я готов, презрев свою усталость!
Ничто и Нечто
Если есть в мире что-то такое,
Что нельзя не познать, не понять,
Вряд ли в этом себя обвинять
За незнание наше нам стоит.
Даже если оно существует
Это Нечто везде и вокруг,
И его мы пугаемся вдруг,
Но свой страх поборов, торжествуем,
Что мы тоже не просто Ничто,
Что мы тоже чего-то да значим.
Жизнь напрасной была бы иначе,
А сегодня со смыслом зато!
И пусть смысл жизни нашей в сомнениях,
Что наш мир не совсем то, что есть,
Но в нём главное то, что мы здесь.
И не важно, в каких поколениях
Мы очень похожи
Ваше величество, ваше высочество
Гордое царственное одиночество,
Вы по ночам ко мне в гости приходите
Позвольте спросить, что во мне вы находите?
А может и правда, мы очень похожие:
Судьбой обделённые и неухоженные,
И оба опять же под «мухой» при этом,
И оба пьянчуги, и оба поэты
Вместе мы пишем и вместе страдаем,
Вместе смеёмся и вместе рыдаем,
И так коротаем проклятые ночи,
Вот только друг другу мы рады не очень
И ближе к рассвету уйдём молчаливо
Я в полудрёму, а вы горделиво
В моё подсознание царство сомнений
До завтрашней ночи тоскливых мгновений
Двадцатый век
Казалось это было лишь вчера
Мазурки темп сменяли звуки вальса
И в вальсе том кружились юнкера
И весело смеялись их подруги
И от любви кружилась голова,
А может быть, вино в том виновато?
И в этот миг вступал в свои права
Век новый, век кровавый, век двадцатый
Но ничего никто ещё не знал
И ничего никто ещё не ведал
И продолжал шуметь весёлый бал,
Встречая век, несущий смерть и беды
Дети
Ничто и Нечто
Если есть в мире что-то такое,
Что нельзя не познать, не понять,
Вряд ли в этом себя обвинять
За незнание наше нам стоит.
Даже если оно существует
Это Нечто везде и вокруг,
И его мы пугаемся вдруг,
Но свой страх поборов, торжествуем,
Что мы тоже не просто Ничто,
Что мы тоже чего-то да значим.
Жизнь напрасной была бы иначе,
А сегодня со смыслом зато!
И пусть смысл жизни нашей в сомнениях,
Что наш мир не совсем то, что есть,
Но в нём главное то, что мы здесь.
И не важно, в каких поколениях
Мы очень похожи
Ваше величество, ваше высочество
Гордое царственное одиночество,
Вы по ночам ко мне в гости приходите
Позвольте спросить, что во мне вы находите?
А может и правда, мы очень похожие:
Судьбой обделённые и неухоженные,
И оба опять же под «мухой» при этом,
И оба пьянчуги, и оба поэты
Вместе мы пишем и вместе страдаем,
Вместе смеёмся и вместе рыдаем,
И так коротаем проклятые ночи,
Вот только друг другу мы рады не очень
И ближе к рассвету уйдём молчаливо
Я в полудрёму, а вы горделиво
В моё подсознание царство сомнений
До завтрашней ночи тоскливых мгновений
Двадцатый век
Казалось это было лишь вчера
Мазурки темп сменяли звуки вальса
И в вальсе том кружились юнкера
И весело смеялись их подруги
И от любви кружилась голова,
А может быть, вино в том виновато?
И в этот миг вступал в свои права
Век новый, век кровавый, век двадцатый
Но ничего никто ещё не знал
И ничего никто ещё не ведал
И продолжал шуметь весёлый бал,
Встречая век, несущий смерть и беды
Дети
Что после нас останется на свете,
Когда уйдём мы в мир иных стихий?
После одних останутся их дети
После других останутся стихи
А я хочу оставить то и это,
Надеясь в час, когда нас призовут
Стихи переживут своих поэтов,
А дети, точно, их переживут!
А их здесь нет
Идём к друзьям. Могильные холмы
Бумажными цветами украшаем,
Но ничего уже мы не решаем,
И что-то изменить бессильны мы.
И от того чувствительней потери
Друзей, которых больше не вернуть,
Но смерть, увы, нельзя нам обмануть
И всё-таки я в их уход не верю.
И кажется мне их давно здесь нет,
Могилы и кресты на них формальность,
Для тех, кто понимает смерть буквально
И кто не верит в тот загробный Свет
Приз
Лишь слабым в утешенье смерть дана
Лишь слабые в ней видят избавление.
Для них их жизнь лишь тяжкая вина,
В которой нет для подвига мгновений.
Для сильных жизнь борьба, а, значит, смерть
Всего лишь вариант исхода битвы.
И если суждено им умереть,
То лишь в бою. Отнюдь, не в час молитвы
И сильные не просят у судьбы
Поблажки для себя. Для них важнее,
Не то, куда их поместят гробы,
А кто в бою окажется сильнее!
Смерть это приз тому, кто духом пал,
Кто потерял надежду на иное
Я оказался слабым и пропал
И был убит в бою с самим собою
Итог
Смерть собирает дань на поле брани
И в том её работа не вина
Лишь ей одной известно всё заранее
Про всех, кого возьмёт себе война
Записаны все мы в тех чёрных списках.
Заполнены посмертные листы.
Погибшим смерть поставит Обелиски
Оставшимся в живых потом Кресты
9 мая
Звенят литаврами оркестры,
Гремят салюты повсеместно,
Победе нашей каждый рад.
Но не окончена война
Пока остался неизвестным
Хотя б один её солдат
Союз друзей
В час, который, увы, будет мне
Никогда не известен,
Но который придёт.
Он не может совсем не придти.
Попаду я на небо
И друзей соберу своих вместе,
Чтоб отметить начало
Моего неземного пути
Соберёмся, как было, и не раз,
На земле нашей грешной,
Посидим, погрустим,
И помянем оставшихся там.
Если Бог разрешит нам
На небе собраться, конечно,
А иначе зачем
Свою душу я Богу отдам?