Сергей Виноградов - Дорога в бесконечность. Стихи и проза стр 7.

Ещё один пополнил скорбный список
Не важно, кто  актёр он или бомж.
Век прошлый забирает тех, кто близок
Ему из нас. Знать, чем-то был хорош

И тот и тот, прибравшиеся к богу
Ведь изначально нет плохих людей
Нет палачей, нет жертв. Нет очень многих.
Как не было, и нет очередей

Мы все в свой срок туда откроем двери
И не толкаясь, в прошлое уйдём
И только лишь тогда себя проверим:
Останемся в нём или пропадём.

Пополним ли и мы тот скорбный список?
Сомнений нет. Знать только бы когда?
А лучше просто жить. Ведь нашим близким
Другого и не надо никогда

Я вспоминать уже устал
О том, что в памяти забылось,
О том, что было, что не сбылось
И кем, в конце концов, я стал
Я написать роман решил
Всю жизнь страницу за страницей,
Которая мне часто снится,
И ту, в которой я не жил
На лист бумаги изложить
Корявым почерком своим.
Вдруг пригодится тем, живым,
Которым долго ещё жить
О городе, который был
И в моей памяти остался,
А внукам так и не достался
О тех, которых я любил
О тех, кого я ненавидел
Без ненависти рассказать.
Себя, быть может, показать,
Конечно, в самом лучшем виде
Но обломилось вдруг перо
Вместо романа вышла точка.
Он никому не нужен точно 
Неинтересно и старо

Когда уходят люди в мир иной
Стрелою смерти наповал сражённые,
То оставляют вместе со страной
Все мысли и дела не завершённые

Нельзя, увы, сполна всю жизнь прожить
И ничего потомкам не оставить,
Чтобы они сумели завершить
Дела других, потом свои добавить

Выходит, жизнь  дорога без конца
Никто не помнит, где её начало,
Как Бог не помнит первого юнца,
Которого вся вечность обучала

Выходит, что не вечная и вечность!
Пока у нас есть мысли и дела 
Вся наша жизнь  дорога в бесконечность
Не будет нас  и вечность  умерла

Хотели как лучше,

а получилось как всегда

Простите пьяницам попойки
Прелюбодеям  весь их блуд
И Горбачёву  перестройку
И нынешним  их тяжкий труд

По устроительству России,
Какой не знали мы ещё
Быть может, мы бы всех простили.
Тогда кому предъявим счёт

За искалеченные души
За неродившихся детей
За пропитое и порушенное
За отнятое у людей?..

Не потому ли как и прежде
Грустим по старой жизни, той
Когда был жив товарищ Брежнев,
И полный был в стране застой

Знай жили бы себе спокойно,
Блудили, пили втихаря
Ну а теперь в Первопрестольной
Всё, что не делают  всё зря.

Лишь говорят: всё для народа!
А где сегодня он, народ?
Вся вышла русская порода
Не от того ль в душе разброд?

Я в зеркало смотрюсь
Оно всё знает.
В зеркальном отражении его
От глаз чужих
Какие скрыты тайны?
Лишь от меня не скрыто ничего

Я в зеркало смотрюсь
Хочу увидеть
Свою неправоту и свой порок.
Хочу увидеть тех,
Кого обидел,
И кем когда-то в жизни пренебрёг

Я в зеркало смотрюсь
А вижу годы
Наносят на лицо свою печать.
И чей-то взгляд
Зеркальный и холодный
Советует всё заново начать

Советует: с врагами осторожней,
В друзьях разборчивей
Советует мне быть,
Одним простить всё,
А других забыть
Но отчего мой взгляд
Такой тревожный?

Я в зеркало смотрюсь.

Памяти Игоря Талькова

Добро и зло свой вечный спор
Закончить вряд ли скоро смогут
Ещё один поэт в упор
Расстрелян на глазах у Бога

Ещё один убит поэт
Ещё одна гитара смолкла
Но для стихов забвенья нет
И убивать стихи без толку

Пусть смерть хоть всех на эшафот
Сведёт поэтов-горлопанов
Поэт  он в вечности живёт
Хоть и уходит часто рано.

Что-то вышло не так.
Что-то сделал не так.
Я остался живой
В урагане атак.

А мой друг за холмом
Бездыханный лежит,
А ему, как и мне,
Так хотелось пожить.

Перед боем мы с ним
Говорили о том,
Как увидим мы скоро
Наших мам и наш дом

Как к любимой щеке
Прикоснемся щекой
И не думали вовсе
Мы про вечный покой.

Мы мечтали, как выйдем
На знакомый перрон
Но в засаду попал
Наш седьмой батальон

И под шквальным огнём
Кто залег, кто упал.
Я из ада  домой,
Ну а он  в рай попал.

Он меня заслонил
От шального огня.
На безвестном холме
Он упал за меня

Что я дома скажу,
Мы ведь были друзьями.
Впрочем, что объяснять
И невесте и маме.

Все понятно без слов 
На войне убивают.
Только мучает совесть,
Моя совесть живая:

Что я сделал не так?
Почему не успел?
Ведь и он, как и я,
Жить не меньше хотел

Ты не плачь обо мне понапрасну
А не то, впрямь, накликаешь бед
Если спросят: воюет у красных?
Загляни к свояку в сельсовет

И скажи ему: вроде негоже
Забывать, что мы всё же родня
Поклонись ему, может, поможет
И привет передай от меня.

Может хлеба найдёт он немного
И протянете вы до весны,
Ну а там всё зависит от бога,
Да и мы возвернёмся с войны

Я вернусь, заживём мы богато,
Есть земля, руки есть, что ещё?
И не хуже, чем жили когда-то,
Ну а прошлые слёзы не в счёт

Если спросят: твой Ванька у белых
И, быть может, уже генерал?
Мол, советская власть проглядела
Кулака, а он взял и удрал

Промолчи. Наплевать на их гонор.
Не известно, чья сила возьмёт
Ну а если попробуют тронуть 
То в сарае зарыт пулемёт