Всего за 320 руб. Купить полную версию
Пора обыкновенных истин
Подвально-погребковых вин
Когда писцы меняют кисти
Свои на жёсткий мастихин,
И плачет брошенная скрипка,
И на душе почти не цвет,
Мне так нужна твоя улыбка,
Твоя обычная улыбка
И принесенный с ней букет!
Песенка проказника
У взрослости есть странная черта
Смотреть на жизнь сквозь стёкла рассужденья,
И пусть сквозь них не видно ни черта,
Но всё равно сложить о жизни мненье.
У взрослости есть свойство не искать
Полутонов, не слышать полузвуков,
Примерным видеть взглядом, средним ухом
Расслышивать и где-то как-то знать.
У взрослости есть принцип, где «всё есть».
Есть в «принципе» и время, и удача.
Есть, в принципе, машина, деньги, дача.
Работа есть; и, в принципе, есть честь.
Ещё у взрослости есть умный вид.
С ним говорит и делает работу,
Куда-то вечно вместе с ним спешит
И делится о планах и заботах.
Привычки есть, уставы и права,
Законы есть, есть планы и решенья,
А на дворе с полметра трын-трава:
Похоже, что у зайцев воскресенье.
Тогда присяду, лягу на траву,
На трын-траву непрерванного детства,
И никуда мне от него не деться
От сна, что встретил как-то наяву.
И никуда мне от него не надо
Бежать, спешить, напялив умный вид.
Уж лучше пусть жжёт бедолагу стыд
За стыренную плитку шоколада.
И снова получается мечтать
И видеть в небе для фантазий место.
Ещё немного и начнёшь летать,
Как это было было это в детстве.
Многообразие единого
Ну что ты злишься? Каждый, как умеет,
И понимает, и благодарит.
И каждый, как умеет, зёрна сеет
И, как умеет, землю боронит.
И видит так, как может он лишь видеть,
И слышит так, как здесь ему дано,
По-своему прощает, ненавидит,
Как истинно ему предрешено.
Ну что ты злишься? Каждый, как способен
Понять, так непременно и поймёт.
И каждый (но по-своему!) свободен,
И плод по-своему здесь каждый с древа рвёт.
По-своему закон воспринимает
И мир по-своему трактует каждый здесь,
По-своему не помнит и не знает
Для каждого свои и честь, и спесь.
По-своему здесь каждый обещает
И держит слово, как считает сам,
По-своему и плачет, и страдает,
И по ночам уносится во снах
По-своему. И старится, и чает,
И проживает дни, но сам, свои!
По-своему здесь каждый умирает
К Единой Всеобъемлющей Любви!
Как облака в своем многообразье
Едины в Небе с хладной синевой;
Как пламя, что изменчивости красят,
Едино с пеплом серым и золой;
Как шум дождя и капли водопада
Едины в первообразе воды;
Как росы и благоуханья сада
Едины в предвкушении мечты;
Как все морщинки, что за боль в ответе,
Едины в начертаниях лица,
Так мы, такие разные на свете,
Едины в образе Предвечного отца!
Таинство жить
Жить так, как всё в последний раз.
Не в этом ли премудрость жизни?
Сегодня складываю мысли
В любви особенный рассказ.
Жить так, чтоб видимое видеть,
Чтоб чувствовать и замечать
И ни секунды не обидеть
Собою жизнь. Не развенчать
Обыкновенным невниманьем
Любви простую красоту
И помнить всякое названье
Её. И мерить высоту
Любви естественною мерой
(Принятием иных слогов),
Своею собственною верой
Друзьями делая врагов.
Жить так, как всё в последний раз:
Сосредоточенно, спокойно,
С благодарением, достойно
Препровождать здесь каждый час.
И будет так, что жизнь позволит
Её воздухами дышать,
И наше сердце сонастроит
С покоем мира благодать.
И в каждом незвуке вчерашнем,
Подобно зёрнышку на пашне,
И прорастёт, и зазвучит
Простое таинство любви!
Предрассветное
Таинство жить
Жить так, как всё в последний раз.
Не в этом ли премудрость жизни?
Сегодня складываю мысли
В любви особенный рассказ.
Жить так, чтоб видимое видеть,
Чтоб чувствовать и замечать
И ни секунды не обидеть
Собою жизнь. Не развенчать
Обыкновенным невниманьем
Любви простую красоту
И помнить всякое названье
Её. И мерить высоту
Любви естественною мерой
(Принятием иных слогов),
Своею собственною верой
Друзьями делая врагов.
Жить так, как всё в последний раз:
Сосредоточенно, спокойно,
С благодарением, достойно
Препровождать здесь каждый час.
И будет так, что жизнь позволит
Её воздухами дышать,
И наше сердце сонастроит
С покоем мира благодать.
И в каждом незвуке вчерашнем,
Подобно зёрнышку на пашне,
И прорастёт, и зазвучит
Простое таинство любви!
Предрассветное
Ещё недавно зеленели
Леса и грелись воды рек,
Потом дождей пришли недели,
И листопад А вот и снег!
А вот и снег холодный, мокрый,
Совсем не зимний первый снег,
Бездомный, жалкий и голодный
Идёт Почти как человек,
Вчера уволенный с работы,
Не сдавший времени зачёт,
Идёт. Точней скажу: не кто-то,
А снегочеловек идёт
Я у окна, я наблюдаю,
Я кое-что о снеге знаю,
Но всякий раз, приятель мой,
Пускай немного, но другой.
Другой он, снег, и мне заметно,
Что всё немножечко не так:
Не так ложится он на ветки,
На крыши, лавки всё не так.
Но всё равно не поправляю,
Наоборот, и в такт, и в тон
Все измененья принимаю,
С которыми приходит он.
Сегодня первый, значит, завтра
Второй и третий подойдут
И всё, что в жизни безвозвратно,
Покоем белым занесут
Игра с огнём
Здесь барабанов дробь и флаги
Лишь мило украшают дом
Войн не бывает на бумаге,
Как нет и в спорах за столом.